Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Международный научно-исследовательский журнал публикации ВАК
Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №9 (май) 2014
Разделы: Лингвистика
Размещена 30.05.2014. Последняя правка: 06.06.2014.

Классификация частей речи в русском и узбекском языках

Хамраева Ёркиной Набижановна

кандидат филологических наук

Каршинский государственный университет

старший преподаватель

Аннотация:
В статье в сопоставительном аспекте проанализированы принципы классификации частей речи в русском и узбекском языках. Если в русском языке части речи классифицируются на основе лексического значения, морфологических признаков и синтаксической функции, то в узбекском языке при классификации учитываются, прежде всего, логико-смысловые признаки слов, так как в нем отсутствуют флексии.


Abstract:
In the article principles of parts of speech classification in Russian and Uzbek languages are analyzed in the comparative aspect. If in the Russian language parts of speech are classified based on lexical meaning, morphological and syntactic functions, in the Uzbek language, first of all, logical-semantic characteristics of words are considered in classification, since there are no inflections.


Ключевые слова:
части речи; принципы классификации; знаменательные слова; служебные слова; особые слова; имя действия; таклиды

Keywords:
parts of speech; principles of classification; the significant words; auxiliary words; special words; the name of the action; taqlids


УДК 81 

«Наиболее общими и необходимыми в грамматике каждого языка категориями являются части речи. С выяснения вопроса о частях речи начинается грамматическое описание любого языка» [3, с.320]. Поэтому вопрос о классификации частей речи всегда находился и продолжает находиться в центре внимания лингвистов. Все слова того или иного языка обычно классифицируются на основе определенных норм, условий и критериев. Так на основе общего категориального значения с учетом самостоятельного употребления в русском и узбекском языках  слова разделяются на знаменательные и вспомогательные части речи.  Есть и другие особые группы слов, которых нельзя соотнести ни с первой группой, ни со второй, вследствие чего они рассматриваются отдельно.

Традиционная морфология русского и узбекского языков классифицирует слова следующим образом:

 

I. Знаменательные части речи

Ot

Имя существительное

Sifat

Имя прилагательное

Son

Имя числительное  

Olmosh

Местоимение

Fe’l

Глагол

Ravish

Наречие

 -

Категория состояния

Taqlid (подражание)

-

II. Служебные части речи

Ko‘makchi (послелог)          

Предлог

Bog‘lovchi              

Союз

Yuklama

Частица

IIIОсобые группы слов

Modal so‘z

Модальные слова

Undov

Междометия,  звукоподражания

 

В русском языке имена существительные, прилагательные, числительные, причастия, а также местоимения (используемые в качестве заменителей первых) относятся к разряду именных частей речи, и названия первых трех говорят о себе. А в современном узбекском языке к именным частям относят кроме названных пяти еще имена действия  и таклиды [10].

Известно, что и в русском, и узбекском языках слова распределяются по классам по своим определенным грамматическим значениям и признакам.  В грамматических источниках середины ХХ века группировка слов по частям речи в узбекском языке целиком и полностью копировала русскую классификацию. Но в исследованиях по узбекскому языкознанию последних 20-30 лет на основе системно-структурного подхода к языку, с помощью дифференциации  общих и частных признаков, выявлены различные лексико-грамматические, а также функционально-стилистические возможности языковых единиц, которые отразились и на факторе отнесения их к той или иной части речи.

В академической грамматике [8], а также  большинстве традиционных грамматических источниках узбекского языка имена действия рассматриваются как функциональная форма глагола. Такой подход не совсем оправдывает себя, если учитывать самостоятельное функционирование имен действий в предложении в качестве заменителей имен существительных. Например: 1. O‘qish ikkinchi sentyabrda boshlanadi. – Учеба начинается со второго сентября. 2.Universitetimizda badiiy o‘qish kechasi bo‘lib o‘tdi. – В нашем университете состоялся вечер художественного чтения3. Yigit uni mojaz qomatidanchaqqon yurishidan darhol tanidi (M.Ismoiliy). – Парень сразу узнал ее по изящной фигуре, быстрой походке (М.Исмаили) [9, с.91].

Как видно из примеров, в данных случаях перед нами выступает не функциональная форма глагола, предназначенная выполнять какую-либо синтаксическую функцию в определенной синтаксической конструкции, а имя действия в полном смысле слова, то есть именная часть речи, отвечающая на вопрос что? и передающая в русском языке значение имени существительного. В последние годы оживился интерес к изучению глагольной семантики, так в исследованиях по узбекскому языкознанию ученые стали использовать термин «категория изменения» [2]. Так как именно эта категория изменяет глаголы, «превращая» их в часть речи, отвечающую на вопрос существительного, принимающую все грамматические аффиксы существительного, а также выполняющую все его синтаксические функции.  Но, в то же время имена действия сохраняют при себе грамматические категории глагола (залог, отрицательность и др.): o‘qitish-обучать (принудительный залог), o‘qimaslik-не учиться (отрицательный залог).

Что же касается седьмой именной части речи в узбекском языке – таклидов (подражательных слов), то в лингвистической литературе прошлого века, как и в русском языке, они рассматривались наряду с модальными словами и междометиями, хотя в отличие от русских звукоподражаний обладают существенными особенностями. В теоретических источниках по современному русскому языку указывается, что  «по морфологическим и синтаксическим особенностям, а также характеру соотнесенности с реалиями к междометиям примыкают звукоподражательные слова»[6, с.256].

Но таклиды узбекского языка резко отличаются и по количеству, и по семантическому объему от русских звукоподражаний (причем, имеют характер подражания  не только звукам, но и явлениям, образам, действиям и состояниям), и нынче в узбекском языкознании, данные единицы, благодаря их  лексико-синтаксическим и формальным признакам, оцениваются как одна из знаменательных частей речи [4]. В рамках одной небольшой статьи, естественно, нельзя рассмотреть всю специфику частей речи узбекского языка, но следует отметить, что  категориальные и  другие особенности данных единиц еще не изучены до конца.

Теоретическая лингвистика выдвигает три общих принципа классификации частей речи для всех языков: 1) Логико-семантический; 2) Формально-морфологический; 3) Функционально-синтаксический. Как справедливо отметил А.А.Реформатский: «Части речи – это грамматические категории (а не лексические и лексико-грамматические), состав и расположение которых в каждом языке особые, и определяются они совокупностью морфологических и синтаксических отличий и возможностей,  а отнюдь не своими лексическими свойствами» [3, с.324]. Слова знаменитого ученого, типологические исследования которого затрагивают не только флективные языки, но и агглютинативные, аморфные и другие типы языков, конечно, не подлежат обсуждению. Но следует отметить некоторые особенности частей речи узбекского языка, при классификации которых ощущается необходимость обращения к семантическому аспекту слов.

Как правило, прилагательные русского языка  имеют  в  именительном  падеже  окончания  -ая,  -яя, -ое, -ее, -ый, -ий;  наречия в основном  или , глаголы  оканчиваются  на -а(ть),  -я(ть), 0(ти), -и(ть), -и(ть)ся, -чь и др., и корни или основы соответствующих слов без этих флексий не используются.

Особую сложность для изучающих узбекский язык представляет собой дифференциация слов узбекского языка по частям речи на основе их исходных форм. Так как из-за отсутствия окончаний в узбекском языке классификация частей речи гораздо сложнее, чем в русском. Например, слова одинаковой структуры (гласный+согласный): оt (лошадь – существительное), оq (белый, -ая, -ое – прилагательное), оz (мало – наречие), оh  (ох – междометие),  ol (возьми – глагол) распределяются по разным частям речи лишь по их различным семантико-категориальным значениям, человек, не знающий лексических значений слов, не сможет соотнести данные единицы с разными частями речи. В связи с этим, если в теоретической литературе указывается, что «В зависимости от лексического значения, от характера морфологических признаков и синтаксической функции все слова русского языка делятся на определенные лексико-грамматические разряды, называемые частями речи» [1, с.143],  то слова узбекского языка классифицируются прежде всего на основе лексико-семантических признаков.

Безусловно, и в узбекском языке имеются производные слова, при классификации которых обязательно учитываются не только их семантические, но и морфологические признаки. Например, в  соотнесенности  слов,  принявших аффиксы -chi,  -dosh, -zor (ishchi-рабочий, sinfdosh-одноклассник, gulzor-цветник) с именами существительными, или же слов с аффиксами -li, -siz-gi (yogli-жирныйtuzsiz-несоленый, kuzgi-осенний) с именами прилагательными, или же с глагольной частью речи слов с аффиксом -la (ishlamoq-работать) особую роль играет наличие этих аффиксов. Однако функционирование в узбекском языке единиц supurgi (веник), esiz (жаль), yondosh (параллельный, смежный), alla(колыбельная песня) является все же важным признаком отнесения подобных примеров к определенным частям речи не только по формальным показателям, но и по логико-смысловым. Значит, лексико-семантический принцип классификации частей речи основной, но не единственный критерий в узбекском языке.

Очевидно, что в русском языке существительные в именительном падеже выполняют функцию подлежащего, слова, обладающие морфологическими показателями прилагательного, являются определениями, глаголы определенных грамматических форм – сказуемыми и т.д. По лингвистической истории нам известно, что академик Л.В.Щерба на вводных лекциях по курсу «Основы языкознания» использовал искусственную фразу, построенную по законам русского языка, которая содержит в себе все, что изучает русская грамматика. В ней все корневые морфемы заменены на бессмысленные сочетания звуков: «Гло́кая ку́здра ште́ко будлану́ла бо́кра и курдя́чит бокрёнка».

«Несмотря на это, общий смысл фразы понятен: некоторое, определенным образом характеризуемое, существо женского пола что-то сделало определённым образом с другим существом мужского пола, а затем начала (и продолжает до настоящего момента) делать что-то другое с его детёнышем (или более мелким представителем того же вида). Фраза создана для иллюстрации того, что многие семантические признаки слова можно понять из его морфологии» [5].

Несложно также разобрать данную модель предложения по членам, то есть угадать синтаксическую функцию каждой так называемой «словоформы». Здесь: куздра – подлежащее (выраженное подобием имени существительного); глокая – согласованное определение (подобие прилагательного); штеко – обстоятельство образа действия (подобие наречия); будланула, курдячит – сказуемое (подобие глагола), бокра, бокрёнка – прямое дополнение (подобие одушевленного существительного в винительном падеже).

Значит, в русском языке части речи обладают постоянными формальными показателями (флексиями), на основе которых их можно соотнести с какой-либо частью речи, и с помощью которых выполняют определенную синтаксическую функцию, что нельзя сказать о частях речи узбекского языка. Так, имена существительные в узбекском языке могут выполнять определенную синтаксическую функцию в исходной форме (т.е. в форме именительного падежа) и без каких-либо грамматических средств. Например: Tosh betondan qattiq – Камень тверже бетона (подлежащее); Rustam Anvarga tosh otdi – Рустам бросил камень на Анвара (дополнение);  Umrim bino bo‘lib bunaqa chiroyli tosh ko‘rmaganman. – Я в жизни не видел такого красивого камня (дополнение). Arava tosh ko‘chadan shaqirlab borardi – Арба громыхая двигалась по каменистой улице (определение).

Похожее явление можно проследить и в функционировании прилагательных и наречий, где нельзя различить их по форме. К примеру, в узбекском языке такие слова, как yaxshi (хороший), uzoq (далекий) относят к разряду имен прилагательных, а слова tez (быстро) и  kop (много) –  к наречиям. Но в предложении и те, и другие могут выполнять как функцию определения, так и обстоятельства, примыкая с главным словом. Например: Yaxshi bola yaxshi oqiydi. – Хороший мальчик учится хорошоHozirgi kunda ko‘p odamlar sport bilan muntazam shug‘ullanadilar. – Сейчас многие люди регулярно занимаются спортом. Kutubxonamizda yangi kitoblar ko‘p. – В нашей библиотеке много новых книг; Uzoq Sharq – Дальний Восток. Teatr uzoq emas. – До театра не далеко [7, с.485].                                   

Как видно из примеров, в русском языке есть специальные морфологические показатели (флексии), отличающие прилагательных от наречий, а в узбекском языке прилагательные и наречия не обладают такими признаками, так как в нем отсутствуют флексии.

При сопоставительной классификации частей речи узбекского и русского языков можно проследить также следующие отличительные черты:

а) В узбекском языке нет категории рода, присущей русскому языку, а в русском отсутствует категория принадлежности, свойственная узбекскому.

б) В узбекском языке нет предлогов, а в русском –  послелогов. Узбекские послелоги, как правило, связываются с главным словом способом примыкания, занимая постпозицию. А в русском языке «по требованию» предлогов слова принимают нужную падежную форму. Например, слова с предлогами из, от имеют форму родительного падежа;  с предлогом к – форму  дательного падежа и т.п.

в) В узбекском языке отсутствует категория вида, а в русском языке нет форм положительной или отрицательной оценки глаголов.

г) В узбекском языке нет инфинитива, а в русском отсутствует единица языка, обладающая всеми лексико-грамматическими и функциональными свойствами имени действия.

д) Нынешняя грамматика узбекского языка относит таклиды (подражательные слова) к разряду самостоятельных частей речи, а в русском языке нет таких взглядов, так как русские звукоподражания резко отличаются от подобных единиц узбекского языка.

е) Особые группы слов (в том числе и слова-предложения) узбекского языка оцениваются как промежуточные части речи, благодаря их семантическим, морфологическим и синтаксическим признакам, и дифференцируются по различным группам.

Итак, все три вышеназванных принципа имеют место при классификации частей речи каждого языка. Следовательно, с помощью семантического принципа части речи в обоих языках дифференцируются на: 1) единицы с лексическим значением и 2) единицы без лексического значения. Морфологический принцип определяет изменяемость, неизменяемость словоформ. А синтаксический принцип классификации опирается на такие свойства частей речи, как способность сочетаться с другими лексическими единицами, выполнять определенную синтаксическую функцию.

Различие частей речи каждого из двух языков отчетливо проявляется при морфологическом оформлении слов, использовании их в словосочетаниях, а также в порядке слов в структуре предложения.    Проблемы, касающиеся классификации частей речи узбекского языка еще не решены до конца, и их изучение в синхроническом, диахроническом и сопоставительном аспектах ждет своих исследователей.

Библиографический список:

1. Валгина Н.С., Розенталь Д.Э., Фомина М.И. Современный русский язык. М.: Высшая школа, 1987. – 480 с.
2. Замонавий ўзбек тили. Морфология. Тошкент: Мумтоз сўз, 2008. – 468 б.
3. Реформатский А.А. Введение в языковедение. М.: Просвещение, 1967. – 542 с.
4. Сайфуллаева Р. ва бошқ. Ҳозирги ўзбек адабий тили (Современный узбекский литературный язык). Ташкент: ЎзМУ, 2005. – 386 б.
5. Словари и энциклопедии на Академике: Глокая куздра. http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/9654.
6. Современный русский язык. Под ред. П.А.Леканта. М.: Высшая школа, 1988. – 416 с.
7. Узбекско-русский словарь Ташкент: Главная редакция УСЭ, 1988. – 726 с.
8. Ўзбек тили грамматикаси (Грамматика узбекского языка). I том. Морфология. Тошкент: ФАН, 1975. – 612 б.
9. Ўзбек тилининг изоҳли луғати. Тошкент: ЎзМЭ, 2008. – 592 б.
10. Хамраева Ё.Н. Отличительные особенности звукоподражательных слов в русском и узбекском языках. Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2014. № 2 (32). Ч.1. – С. 186-189.




Рецензии:

1.06.2014, 17:11 Бектурова Жанат Базарбаевна
Рецензия: Статья написана в соответствии с требованиями, предъявляемыми к работам данного типа и может быть рекомендована к публикации.

08.06.2014 5:05 Ответ на рецензию автора Хамраева Ёркиной Набижановна:
Уважаемая Жанат Базарбаевна! Спасибо за рецензию!

10.06.2014, 10:51 Закирова Оксана Вячеславовна
Рецензия: Работа Ё.Н. Хамраевой выполнена в русле контрастивной лингвистики. Автором статьи удачно продемонстрированы особенности системы частей речи разноструктурных языков. Особое внимание уделено компонентам, отсутствующим в русском и узбекском языках, например, тaqlid (подражание), категория состояния. Исследование интересно, своевременно и перспективно в плане дальнейшего изучения морфологической системы узбекского языка и решения проблем, связанных с классификации частей. В качестве замечания к работе отметим, на наш взгляд, некоторую неясность в следующем абзаце: «Как правило, прилагательные русского языка имеют в именительном падеже окончания -ая, -яя, -ое, -ее, -ый, -ий; наречия в основном -о или -е, глаголы оканчиваются на -а(ть), -я(ть), 0(ти), -и(ть), -и(ть)ся, -чь и др., и корни или основы соответствующих слов без этих флексий не используются». Например, непонятно, что понимает автор под -о и –е в наречиях? Данное замечание, однако, нисколько не умаляет научной значимости работы, которая может быть рекомендована к публикации. С уважением, к.ф.н., доцент Закирова О.В.
10.06.2014 21:21 Ответ на рецензию автора Хамраева Ёркиной Набижановна:
Уважаемая Оксана Вячеславовна! Благодарю Вас за столь внимательное изучение моей статьи. В указанном Вами предложении я имела ввиду, что наречия в русском языке в основном оканчиваются на -о или -е. Но, чтобы избежать повторения, видимо, допустила ошибку.

10.06.2014, 14:28 Крапивкина Ольга Александровна
Рецензия: Данная статья представляет интерес с точки зрения анализа разноструктурных языков. Стоит отметить, что подобные работы являются редкостью в настоящее время, что позволяет говорить об ее теоретической значимости. Выводы достаточно убедительны и логичны. Рекомендую данную работу к публикации.
10.06.2014 21:21 Ответ на рецензию автора Хамраева Ёркиной Набижановна:
Уважаемая Ольга Александровна! Спасибо за рецензию!



Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх