Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Международный научно-исследовательский журнал публикации ВАК
Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №22 (июнь) 2015
Разделы: Искусствоведение
Размещена 27.06.2015.

Из истории русской художественной колонии в Риме. Дело о высылке пенсионеров в 1849 году (хроника событий по материалам архивов)

Степанова Светлана Степановна

доктор искусствоведения

Гос.Третьяковская галерея

научный сотрудник I категории

Аннотация:
В статье рассматривается ключевой эпизод из жизни русской художественной колонии в Риме в исторический момент, связанный с революционными событиями 1848–1849 годов.


Abstract:
The article considers the key episode in the life of Russian art colony in Rome in a historical moment connected with revolutionary events of 1848–1849


Ключевые слова:
русские художники; Академия художеств; русская колония; Рим; девятнадцатый век; революционные события; Николай I

Keywords:
Russian artist; Russian Academy of the fine arts; Russian colony; Roma; nineteenth century; revolutionary events; the Emperor Nicholas I


УДК 5527 

Сложный период в жизни русской художественной колонии наступил в тот момент, когда Рим оказался охвачен революционными событиями. Беспокойства, как известно, начались в ноябре 1848 года, когда попытка министра Росси обуздать народное движение привело к возмущению народных масс в папской области. После убийства Росси папа Пий IX бежал из Рима в неаполитанскую крепость Гаэту. Древний город стал ареной революционных событий, куда стали съезжаться республиканцы из других частей Италии. 21 декабря Гарибальди привел несколько сот своих приверженцев на помощь временному правительству. В январе 1849 года народ Рима добился проведения выборов в Учредительное собрание. 9 февраля была упразднена светская власть папы и в папских владениях провозглашена республика во главе с триумвиратом – Мадзини, Саффи и Армеллини.       

Эта политическая ситуация не могла не обеспокоить царское правительство России, что и повлекло за собой распоряжение Николая I русским подданым покинуть революционный Рим. Цель публикуемой статьи – проследить хронику событий, последовавших за данным распоряжением, что позволяет конкретизировать картину жизни русской колонии и характер взаимоотношений пенсионеров с властями. Основные документы, связанные с эпопеей выезда русских пенсионеров Академии художеств из Рима, сосредоточены в архиве внешней политики Российской империи (АВПРИ. Ф. 190. Оп. 525. Ч. 1. Ед. хр. 751. Дело о высылке в Россию пенсионеров и некоторых других художников. 1848–1849. Л. 35–147) и архиве Академии художеств (РГИА Ф. 789. Оп.1 Ч. 2. Ед. хр. 3486. Дело о высылке в Россию пенсионеров и некоторых других художников. 1848–1849). За канцелярской перепиской встают непростые обстоятельства этого «дела» и судьбы многих людей. Начальником Дирекции над русскими художниками в данный период был генерал-майор свиты Е.И.В. Лев Иванович Киль. В Риме и других городах Италии к тому времени проживало около трех десятков молодых художников, скульпторов и архитекторов, среди которых были не только пенсионеры Академии художеств, но и те, кто получал пенсион из других ведомств или от частных лиц, а также художники, живущие за свой счет.  

Первые документы по данному делу относятся к ноябрю–декабрю 1848 года.

            18/30 ноября 1848. Письмо Л.И.Киля – министру императорского Двора П.М.Волконскому (черновик), Рим: о возникших беспорядках в Риме, с просьбой прислать инструкции для дальнейших действий [1, л. 76].

            10/22 декабря 1848. Письмо (на фр. яз.) Л.И.Киля – русскому посланнику А.П.Бутеневу (находившемуся в Неаполе), Рим: о беспорядках в Риме, с вопросом о необходимых распоряжениях в сложившейся ситуации [2, л.7]

            13/25 декабря 1848. Письмо посланника А.П.Бутенева (на фр. яз.) – Л.И.Килю, Неаполь: о сложившейся ситуации и затруднениях к выезду художников, в частности, касающихся денежного обеспечения художников [2, л. 10].

            17/29 декабря 1848. Распоряжение Президенту Императорской академии художеств, Петербург: по случаю настоящих беспокойств в Риме, выехать из Рима в Неаполь пенсионерам, обучающимся мозаичному делу, и Л.И.Килю, кроме скульптора Н.С.Пименова (проживавшего во Флоренции), на которого возложено наблюдение за поставкой мрамора, впредь до особого повеления возвратиться [1, л. 35]; черновик – в архиве Академии художеств [2, л. 2].

В Рапорте министру императорского Двора Л.И.Киль задает вопрос: распространяется ли распоряжение о выезде на всех художников или только на пенсионеров? При этом он сообщает, что по библиотеке, находящейся в дирекции, уже сделаны распоряжения [2, л. 5, копия].

Выписка из журнала Правления ИАХ – принять к сведению и внести в Совет ИАХ полученный от Киля рапорт от 17/29 декабря и отношение к нему посланника от 10/22 декабря о встреченных затруднениях к выезду художников [2, л. 3].

Министру императорского Двора из Академии художеств отправлено сообщено о решении Совета Академии художеств: о необходимости обеспечить средствами художников для выезда из Рима «а некоторых снабдить средствами для путешествия, например архитекторов на восток и в другие страны» [2, л. 11–11об., черновик].

            20 декабря 1848 /1 января 1849. Министр императорского Двора – Л.И.Килю (ответ на рапорт Киля от 18/30 ноября 1848 о предполагаемом отъезде художников в Неаполь): сообщает, что принадлежащие дирекции библиотека и дела могут остаться в Риме под наблюдением доверенного лица [1, л. 37].

            6/18 января 1849.  Л.И.Киль – министру императорского Двора, Рим: о получении предписания от 17/29 декабря 1848 года, о чем было сообщено Бутеневу, находящемуся в Гаэте, для получения инструкций по поводу средств, на которые можно осуществить предписание о выезде. «К сему долгом считаю присовокупить, что до сих пор не только находящиеся здесь наши художники, но даже все другие принадлежащие другим державам, не исключая и австрийских, не подвергались никакому беспокойству или оскорблению» [1, л. 77–77об].

            17/29 января 1849. Л.И.Киль – министру императорского Двора, Рим: просит снабдить его подробной инструкцией и уполномочить взять необходимую сумму «для устранения всех изложенных препятствий», поскольку, пишет Киль, «в противном случае, внезапный выезд из Рима русских художников пенсионеров, без удовлетворения обязательств, в которые они вступили, в уверении оставаться в Риме до окончания их сроков, мог бы привлечь на нас, со стороны здешних обывателей, важные неприятности, от которых до сих пор мы избавились, потому что по собственному влечению и по моим неоднократным наставлениям русских художников, пенсионеры и не пенсионеры заняты весьма тщательно своими работами; ведут жизнь вовсе между собою, не вмешиваясь в здешние общества». Задает вновь вопрос – все ли художники должны выехать в Неаполь или только пенсионеры? [1, л. 90–91].

            29 января 1849. А.А.Иванов – Ф.А.Моллеру: «Трудно описывать политическое состояние Рима тому, кто совсем не имеет времени следить за всеми изворотами. Русские художники столько же занимаются, как и прежде, а с иностранными я не в сношениях, как и всегда почти бываю. Сейчас читал печатное воззвание скульпторов к братскому союзу» [3, с. 512]. Цитата уточнена по рукописи [4, л. 16].

            19 января/31 января 1849. Л.И.Киль – Г.П.Волконскому, Рим: с просьбой дать распоряжения по мозаичной мастерской, т.к. пенсионеры-мозаичисты находятся под его прямым надзором [1, л. 92].

            21 января/2 февраля 1849. А.П.Бутенев – Л.И.Килю, Неаполь: о препровождении двух векселей для секретаря дирекции, за сентябрьскую треть 1848 года на канцелярские расходы [1, л. 95].

            27 января/8 февраля 1849. В ответ на рапорт Киля от 6/18 января из министерства Двора приходит распоряжение: исполнить объявленную Волю Государя Императора о выезде художников в Неаполь. [1, л. 38].

            27 января/8 февраля 1849. От Л.И.Киля – А.П.Бутеневу, Рим: о получении векселей за сентябрьскую треть 1848 года [1, л. 39]. 

Тем временем, 9 февраля 1849 года Учредительным собранием была упразднена светская власть папы и в папских владениях провозглашена республика. Беспокойство в официальных кругах нарастало, но распоряжение о выезде художников натолкнулось на денежные затруднения пенсионеров и другие обстоятельства, препятствовавшие скорейшему исполнению царской воли. 

            6/18 февраля 1849. Рапорт художника Н.Тихобразова – Л.И.Килю, Рим: о наеме квартиры и мастерской, и необходимом пособии для расчета с хозяевам, а также на путевые издержки [1, л. 62].

            19 февраля/3 марта 1849. Письмо В.И.Панаеву, директору канцелярии министерства императорского Двора, из Академии художеств, Петербург, с препровождением отношения министра императорского Двора о выезде художников [2, л. 13].

            20 февраля/4 марта 1849. Рапорт архитектора-пенсионера С.А.Иванова – Л.И.Килю, Рим: в ответ на вопрос – отправится ли он в Неаполь, пишет: «уважение глубочайшее к Воле Царя передавалось у нас Русских, от отца к сыну и я наследовал оное также. При сем не могу не признаться что, так как дело это застало меня на самом горячем ходу моих занятий, для которых я два года готовился (чтением и измерением), то я осмеливаюсь, единственно ради любви к искусству, просить о исходатайствовании мне милостивой отсрочки» [1, л. 66–66об].). Аналогичный Рапорт С.А.Иванов отправляет в Академию художеств [2, л. 33].

            21 февраля/5 марта 1849. В.И.Панаев – конференц-секретарю ИАХ В.И.Григоровичу, с просьбой незамедлительно доставить ему список находящихся в Италии художников [2, л. 14].

            22 февраля/6 марта 1849. Из Министерства императорского Двора – В.И.Григоровичу: просьба отметить на представленном списке – откуда и какое пособие получают пенсионеры [2, л. 15].

            23 февраля/7 марта 1849. Записка о возвращении списка, Петербург [2, л. 16]. В приложенном списке указано количество художников, находящихся в Риме: пенсионеров – 9; живущих на пособии из казны – 5; обучающихся по назначению правительства мозаике – 3; находящихся на собственном иждивении – 7; отправленных на собственный счет – 5 [2, л. 17].

            12/24 февраля 1849. Прошение от художника Е.Е.Мейера – Л.И.Килю, Рим: о причинах, побудивших его остаться в Риме: контракт на квартиру за полгода, долги «по недостаточному для семейного человека содержанию, болезнь, лишившая возможности заниматься серьезно». Прилагается копия списка долгов – всего на 1253 римских скудо [1, л. 63].

            Б/даты (февраль?) 1849. Рапорт художника Я.Ф.Капкова, Рим – о заключенном им контракте на 8 месяцев для мастерской и взятом манекене, вследствие чего не имеет наличных средств «удовлетворить вышеприведенные обязательства». Просьба предоставить средства «исполнить священную волю ЕИВ» [1, л. 67].

            Март 1849. Рапорт скульптора П.А.Ставассера о заказах и болезни, препятствующей выезду, Рим [2, л. 26].

            19/31 марта 1849. Из Министерства императорского Двора – президенту ИАХ, Петербург: о повелении Государя выслать в Россию из Рима поименованных в списке художников с выдачею пособия из Государственного казначейства, в связи с чем требование опросить – когда могут окончить свои работы следующие художники: В.Е.Раев, С.Т.Федоров и И.С.Шаповалов мозаичный образ Св.Николая; Ф.Иордан – Преображение, Е.И.Ковригин – копию с картины Рафаэля «Венчание Богородицы», Борисполец – копию с картины Тициана «Смерть Петра Доминиканца», С.Ф.Деладвез – копию с картины «Падение Симона волхва в присутствии Петра», К.А.Бейне – рисунок с плафона дел Тассо (del Tasso) в палаццо Веккио, Гансеровский – рисунки мозаичных полов в залах делла Кроче и делла Мизе в Ватикане [2, л. 19].

В прилагаемом списке значится: пенсионеров - 6, получающих пособие от казны – 6, итого 12 [2, л. 21].

            19/31 марта 1849. Из министерства Двора – предписание Л.И.Килю и А.П.Бутеневу о выезде из Италии (Рима) в Россию художников и приложенный список на выплату пособия – 3 тыс. руб. Пенсионерам: С.Иванову, К.Климченко, Г.К.Михайлову, Н.Тихообразову, Я.Ф.Капкову, Е.Е.Мейеру – по 400 червонцев. На расплату с хозяевами и дорогу. Художникам, получающим пособие из казны: Гр.Чернецову, Ник. Чернецову – по 100 червонцев; неклассному художнику А.А.Пищалкину, П.Н.Орлову – по 100 р. Для выезда из Гренады – Резанову, Кракау – по 100 червонцев. Вторым пунктом поставлен вопрос – когда могут окончить свои работы художники: Раев, Федоров, Шаповалов – мозаичный образ Св. Николая; Иордан – гравюру «Преображение»; Ковригин – копию с картины Рафаэля «Венчание Богородицы»; Борисполец – копию с Тициана «Смерть Петра Доминиканца»; Деладвез – копию с картины «Падение Симона Волхва в присутствии Св. Петра» (П. Батони); Бейне – рисунок с плафона dell Tasso в палаццо Vecchio

Гонсеровский – рисунок с мозаик полов в залах Della Croce и Della Muse в Ватикане [1, л. 40-40об]. В-третьих: если состояние здоровья академика Ставассера и художника Эпингера позволяет работать, узнать когда могут закончить – первый статую Нимфы, обуваемой сатиром, а последний – рисунок с внутреннего двора Дворца Св. Иоанна Латеранского. Назначить им для того срок. Если же по болезни им необходимо переменить климат, то разрешить переехать на Мальту или в Ниццу, но без выдачи пособия. В-четвертых: прочих художников, находящихся в Италии, считать на равных с Российскими путешественниками, которым повелено оставить Италию. Пятым пунктом Килю предписывается выехать в Мюнхен вместе с секретарем, взяв только необходимые дела. Прочее, в т.ч. библиотеку, оставить в архиве посольства в Риме. Находящиеся в Гренаде Резанов и Кракау также должны быть высланы в Россию с выдачей по 100 червонцев из государственной казны [1, л. 40–42].

            24 марта/5 апреля 1849. Л.И.Киль – А.П.Бутеневу, Рим: о неполучении ответа на его рапорты по поводу затруднений при исполнении Императорского Повеления, об инструкциях, «касательно необходимых, немаловажных издержек» [1, л. 46].

            30 марта/12 апреля 1849. Из Министерства финансов, особая канцелярия по кредитной части, Петербург: об отправке векселей на имя посланника Бутенева, всего – на 8800 руб. серебром, составляющих 3 000 червонцев. Приписка: первые 5 векселей были отправлены к генералу Килю 18/30 мая [1, л. 48].

            12 апреля 1849. А.А.Иванов – Ф.А.Моллеру: «За нужное считаю вам сказать о положении денег в Риме: серебра и золота со дня на день становится меньше. Банкиры и банк Боргезе со своими пятнадцати скудовыми выдачами платят ассигнациями или банка Романа или банка di Tesoro. Размен этих ассигнаций на серебро дошел до потери пятой части! А в трактирах и кафе иначе не хотят служить, как за серебро. Есть мелкие бумажки в одну и две скуды; но чтоб добыть и те, нужно потерять на каждую скуду 9 баеков, а при всем том платя ими в трактире и кафе все таки встречаешь неудовольствие. В Тоскане делается то же самое. Заметьте, что это все растет и грозится еще большим затруднением, хотя и поговаривают, что с помощью монеты эрозы (медь высеребренная), которая уже начинает появляться, будто бы исчезнут эти бедствия. Мы вам советуем вести сюда из России чистого золота наполеонами или червонцами. Вексель везти гораздо невыгоднее, хотя в Лондоне курс и необыкновенно высок, но страшная здесь потеря при размене далеко превышает всякие курсы» [5, лл. 21–21об.] Частично опубликовано[3, с. 513]. 

            27 апреля Джузеппе Гарибальди ввёл революционные войска в Рим, чтобы защищать его от французской армии, посланной Наполеоном Третьим на помощь папе. 30 апреля  французский корпус во главе с генералом Удино атаковал Рим, но был разбит отрядами Гарибальди и отступил. В городе зажгли иллюминацию, всюду слышались песни и  звучала музыка. Но Рим подвегся осаде, территория республики постепенно занималась неаполитанскими, австрийскими и испанскими войсками. 

            30 апреля/12 мая 1849. Л.И.Киль – А.П.Бутеневу: о получении «не ранее вчерашнего дня» предписания министра двора от 19/31 марта о выезде художников и просьба выслать на его имя векселя, если означенная сумма выслана Бутеневу [1, л. 59].

            1/13 мая 1849. Л.И.Киль – А.П.Бутеневу, в дополнение к предыдущему отношению: о распоряжении оставить библиотеку в Риме – она насчитывает почти 1000 томов, хранящихся в больших шкафах. О полученном ему предписании выехать в Мюнхен [1, л. 57–57об.].

            3/15 мая 1849.  А.П.Бутенев – П.М.Волконскому, Гаэта: о получении отношения от 19 марта (н.ст.) по-поводу художников и денег, назначенных на их отъезд. С просьбой – отложить зависящие от него исполнения распоряжений, т.к. по случаю внезапных военных действий французских войск против Рима и сопротивления мятежников пресечены всякие сношения между Неаполем и Римом, где находится Начальник над русскими художниками и «подчиненные ему артисты», что вынуждает приостановить безопасную пересылку 3000 червонцев к генералу Килю до устранения препятствий [1, л. 96]. 

            15 мая Гарибальди совершил успешные операции против неаполитанцев при Палестрине и Веллетри. 

            15 мая 1849. А.А.Иванов – Н.В.Гоголю: «Рим осажден французскими, неаполитанскими и испанскими войсками, а Болонья австрийскими. Каждый день ожидаешь тревоги. Люди, теперь здесь во главе стоящие, грозятся все зажечь и погребсти себя под пеплом. При таких условиях, конечно, уже невозможно продолжать дело, требующее глубокого сосредоточенного спокойствия» [3, с. 515].

            18/30 мая 1849. А.П.Бутенев – Л.И.Килю, Неаполь: о невозможности по случаю пресечения сношений между Римом и Неаполем доставить полученные векселя, препровождая при письме первых 5 векселей и сообщая об оставлении вторых в канцелярии императорской миссии [1, л. 58– 58об.].

            2 июня 1849. Письмо А.А.Иванова – Ф.А.Моллеру: «Обстоятельства, в которых теперь находится Рим, каждый день подвержены самым сильным изменениям» [4, л. 22об.]. 

            3 июня 35-ти тысячная французская армия атаковала город, который обороняли 19 тысяч бойцов. Горожане с энтузиазмом поддерживали республиканские войска. Кровопролитные бои затянулись на месяц. Во время боев была уничтожена так называемая Вилла Рафаэля в садах Пинчио, изображенная на картине М.И.Лебедева («Вилла в Италии, 1837, ГТГ). 

            23 мая/4 июня 1849. А.П.Бутенев – Л.И.Килю, Неаполь: о невозможности перенести библиотеку и канцелярские бумаги Дирекции в оставшийся в Риме архив миссии. Предлагает оставить книги и бумаги на той же квартире, где они находятся, тем более, что на наем помещения отпускается 210 римских скуд, а для надзора за ними предлагает оставить секретаря Дирекции Г.И.Капелло [1, л. 99].

            24  мая/5 июня 1849. А.А. и С.А. Ивановы отправляют в Совет ИАХ прошение о заступлении в наследство после смерти их отца, А.И.Иванова, летом 1848 года: «мы… избегали беспокоить Совет Академии просьбой о заступлении и ходатайстве в рассуждении оставшегося нам родительского наследства, полные уверенности что ничего не может быть проще, как право введения детей во владение по смерти отца имуществом. Но проходит год, что мы имели нещастие лишиться нашего родителя, давшего Отечеству в лицах наших художников, самими Вами отличенных удостоением чужих краев, мы смеем надеяться что Совет Императорской Академии Худодеств возьмет в особое внимание свое, что постоянно трудясь в Риме, в отсутствиеи от любезного Отечества, с единственною целию со временем быть Ему полезным, мы может быть удостоимся того, чтобы Вы, в настоящую минуту, оказали нам Свое заступление, силою права данного Академии в непосредственном покровительстве художникам, необходимыми распоряжениями для скорейшего введения нас во владение имением.

При сем считаем не лишним упомянуть, что у отца нашего хранились художественные произведения и трудом приобретенные деньги наши, в которых мы теперь нуждаемся.

Прибавляя к сведению Совета Академии, что доверенная особа, как нас обоих, так равно и сестры нашей, находится теперь в Петербурге: это отставной штабс-капитан Гвардии академик живописи Федор Антонович Моллер» [6, лл. 2–3].

            1/13 июня 1849. Письмо С.А.Иванова в ИАХ о невозможности приехать в Россию, в связи с начатой работой – измерением терм Каракаллы [2, л. 37–38].

            3/15 июня 1849. Л.И.Киль – А.П.Бутеневу, Рим: о получении 5 векселей и о готовности «при первом устранении препятствий, которые представляет осадное положение Рима», исполнить распоряжение об отъезде художников [1, л. 100].

            11/23 июня 1849. А.П.Бутенев – Л.И.Килю, Неаполь: о размене присланных ему трех векселей, о запрещении вывозить из Неаполя значительных сумм, о передаче означенных денег капитану Зайцевскому, отправленному курьером в Чивитавеккию, который будет «испрашивать наставления, как ему доставить эти день в Рим» [1, л. 101].

            Июнь – Расписки художников о получении денег по векселям [1, л. 59–59об.].

            19/31 июня. Л.И.Киль – Г.П.Волконскому, в чьем ведении была мозаическая мастерская и Археологическая комиссия в Риме: о своем отъезде по делам службы в Милан и Мюнхен*, и просьба – взять присланные от Бутенева через нашего консула в Чивитавеккии г-на Араты деньги для художников и раздать их, согласно спискам и прочими инструкциями, оставленными секретарю Капелло [1, л. 106].

*Однако уехать Килю  из Рима до отправки художников в Россию не удалось.

10 июля 1849. Письмо А.А.Иванова Ф.А.Моллеру: «Парабола бомб миновала место в котором находится Ваша студия; но дело осады еще не кончено. Я хотел свернуть Вашу картину и нанять погреб с крепким сводом, для складки всего что у Вас; но покаместь это не нужно» [4, л. 23].

            Июль 1849. С.А.Иванову – Л.И.Киль: в ответ на его рапорт от 1/13 июня с прошением о доставлении прошения в ИАХ, отвечает: «хотя я принимаю в полное уважение художественные ваши страдания оставлять начатый уже вами труд [измерение терм Каракаллы]», однако «ныне не следует нам против сей Высочайшей воли представить какие либо возражения» и потому вынужден повторить свое предписание «возвратиться в Россию наравне с прочими вашими товарищами» [1, л. 127]. 

            3 июля после длительной осады города, получив сильное подкрепление, генерал Удино предпринял штурм и французские войска вступили в Рим. Римская республика капитулировала. Гарибальди повел свои войска к северу, чтобы продолжить борьбу с австрийцами. 14 июля генерал Удино заявил о восстановлении в городе светской власти папы. Казалось бы, препятствия для продолжения пребывания художников в Риме были устранены, но запущенный процесс возвращения на родину для многих оказался необратимым. 

            31 июля/12 августа 1849. Рапорт Л.И.Киля министру императорского Двора П.М.Волконскому: об обмене векселей на металлическую монету, т.к. здешние банкиры учиняют платежи республиканскими ассигнациями, имеющими сомнительный курс. «Я наконец мог привести в исполнение Высочайшее повеление, раздав каждому следующие деньги» [1, л. 111]. Сообщает о С.А.Иванове, который просил препроводить его просьбу остаться в Риме в ИАХ, и о вторичном предписании ему вернуться в Россию. «Устранив все препятствия к выезду отсюда, немедленно отправляюсь в Милан для осмотра и отправки оконченного слепка и формы с горельефа, и оттуда далее в Мюнхен» [1, л, 112]. В P.S. сообщает, что Климченко тяжко болен и ему отпущено 300 червонцев, а 100 удержано [1, лл. 111–112].  На лл. 113–126 расписки художников: Я.Капкова (7/19 июля), К.Климченко (20/10 августа), Е.Мейера (31 июля), Г.Михайлова (7/19 июля), Н.Чернецова (31 июля/12 августа), Н.Тихобразова (7/19 июля), А.Пищалкина (31 июля/12 августа), П.Орлова (31 июля/12 августа), А.Кракау (31 июля/12 августа), А.Резанова (31 июля/12 августа), Гр.Чернецова (31 июля/12 августа).

            5/17 августа 1849. От ИАХ – братьям Ивановым (за № 859): о состоянии дела по наследству, о невозможности ходатайствовать по их делу, «и так как вы вскоре должны возвратиться в Россию, то и примите сами лично законные меры касательно оставшегося имущества» [6, лл. 9–10].

            9/21 августа 1849. Прошение Никанора Чернецова А.П.Бутеневу с просьбой остаться в Риме по причине болезни брата Григория и с ними вместе – художнику А.И.Иванову, «ибо он будучи взят нами из России на собственное наше иждивение без нас возвратиться в Отечество средств решительно никаких не имеет» [7, л.159об.].

            11/23 августа 1849. Прошение Е.Солнцева А.П.Бутеневу о получении вместе с другими художниками приказания выехать из Рима, «но в настоящее время не имею решительно никаких средств для предпринятия возвратного пути моего в Россию, хотя и желал бы немедленно исполнить Монаршее Повеление». Прилагает прошение в ИАХ и письмо домой, которые объяснят «еще более причины моего замедления» [7, л. 363]; Прошение Е.Солнцева в ИАХ [2, л. 43].

            28 августа/10 сентября 1849. По распоряжению секретаря русской миссии при римском дворе Александра Яковлевича Скарятина выдано тридцать пять золотых наполеонов в 20 франков, назначенных гг. академикам братьям Чернецовым для возвращения А.И. Иванова в Россию. От имени Скарятина объявлено, что полученные заказы «не должны отнюдь служить поводом к неисполнению Высочайшего Повеления о выезде из Рима», с требованием расписки о прочтении [8, л.12]. Расписка в получении денег (автограф) [8, л. 13].

            30 августа/12 сентября 1849. Письмо Г.Г. и Н.Г. Чернецовых с просьбой об отсрочке выезда [2, л. 45].

            17/29 октября 1849. Г.И.Капелло – старшему секретарю посольства А.Я. Скарятину: о получении векселей и об отправке векселя в 100 руб. на канцелярские расходы Л. Килю в Мюнхен [1, лл. 61–61об].

26 октября/7 ноября 1849. Скульптор П.А.Ставассер – А.П.Бутеневу, Ницца: с сообщением суммы, необходимой по его расчетам на проживание в Ницце и на возвращение в Россию – 2500 руб. асс. Из них половина – на лечение и прожитие до весны, а другая – на обратный путь [1, л. 68].

            30 ноября/12 декабря 1849. А.П.Бутенев – П.М.Волконскому, Неаполь: в дополнение отношения от 8/20 сентября о смерти от чахотки скульптора, пенсионера К.Климченко, сообщает, что после осмотра оставшегося имущества кроме старого платья ничего более не оказалось. На похороны и прочие издержки выплачены деньги из 100 червонцев, назначенных на путевые издержки для возвращения в Россию. По счетам следует еще платить 228 римских скуд за мрамор и за уже оконченную «подстановку» статуи «Девушка с зеркалом». Предлагает удовлетворить долг в счет оставшихся за статую 1000 скуд и привести статую к окончанию для отправления в Петербург [1, л. 136]. 

Послесловие. К.П.Брюллов, приехавший в Рим в связи с болезнью, так описывал В.И.Григоровичу свое впечатление о городе в 1850 году: «как Вы изумились бы теперь взглянувши на эту трижды властвовавшую над миром Старуху, одрехлевшую наконец, и кажется уже невозвратно –это труп еще дышащий, а насекомые уже ползуют по нем; я сделал рисунок одной даме, представляющий Рим в виде старой седой женщины, облокотившейся на руку, на коленях бременящий её шлем. Щит с буквами SPQR свалился с левой её руки, в ногах обломанная мраморная Волчица с Ромулом и Ремом, но её защитники еще охраняют её, это Микель-Анжело, держащий рисунок, на коем начерчена Капелла Sistina, а по левую – Рафаэль с своими рисунками Ватикана, сзади их видны тени цезарей Тита, Траяна, Марка Аврелия и прочих, вдали нео.ренаные остатки древности и купол Петра. Вот что заставило так галов нынешних быть осторожными в метании арте[ллерийс]ких пилюль, а не то что новыя гуси удумали, то есть, что храбрость пробудившаяся в них заставила продлить осаду на два месяца, надобно отдать справедливость французам, что они даже учтиво стреляют. Я видел в нескольких местах ядра 30 фунтов, направленные именно туды, где не могло причинить никакого вреда ни монументам, ни каким либо изящным произведениям; но что из рук вон, так это церковь Pietro Montorio, которая вся растрелена, алтари картины колоны украшающие их балюстрады из дорогих мраморов, вся эта дорогая дрянь совершенно разрушено, кроме перваго придела, в котором находится биение Христа* Даниела de Voltera и как говорят с помощью Микель-Анжело написанная картина» [9, лл. 2об.–3].

*«Бичевание Христа» в ц. Сан Пьетро ин Монторио исполнено Себастьяно дель Пьомбо по рисунку Микеланджело. 

4 февраля 1850 года Л.И.Киль, будучи в Мюнхене, получает распоряжение: «по случаю вызова в Россию находившихся в Риме художников» сложить «со свиты Е.В. генерал-майора Киля» звание и обязанности начальника их с оставлением ему всего получаемого ныне содержания. Остающихся в Риме художников, как пенсионеров, обучающихся в образцовой мозаичной мастерской, так и не пенсионеров, оканчивающих начатые ими работы, подчинить русскому посланнику А.П.Бутеневу [6, л. 371]. Художникам, у которых оставался срок пенсионерской поездки, предоставлялась возможность поехать в другие края.

Г.Михайлов выехал из Рима в Петербург в январе 1850 г. 15 апреля, по предстательству министра двора, ему было разрешено отправиться в Мадрид для исполнения копий с Рафаэля с содержанием 1874 руб. 89 коп. сер. [10, л. 6, 16].  Летом того же года выехал за границу.

П.А.Ставассер умер в Риме от чахотки 25 апреля 1850 г. Ф.И.Иордан в мае отправился в Петербург для представления императору гравюры «Преображение» с Рафаэля. Е.Е.Мейер, получив по возвращении положительные отзывы о выполненной копии с картины Клода Лоррена «Мельница», был отправлен осенью того же года на Кавказ с сохранением пенсионерства. Впоследствии разносторонняя деятельность Мейера будет связана с Сибирью и Дальним востоком.

Я.Ф.Капков отказался от вторичного пенсионерства по личным причинам, оставаясь в Петербурге и занимаясь, в основном, писанием портретов и женских моделей в экзотических нарядах, участвуя в оформлении храмов.

С.А.Иванов, П.Н.Орлов, А.И.Иванов остались в Риме до конца своих дней. Е.Г.Солнцев, В.Е.Раев – до 1851 года. В июле 1851 года мозаичная римская студия была закрыта, а русские художники с выполненными мозаиками отправлены в Петербург, где шла организация Императорского мозаичного заведения.

В 1851 году пенсионерство в Рим было возобновлено, с 1853 создано Попечительство над русскими художниками, возглавляемое князем Г.П.Волконским и подчиненное министру уделов графу Л.Перовскому, действовавшему по инструкции, утвержденной 15 апреля 1854 года.

А.А.Иванова народные волнения в Риме и беспокойная обстановка в городе вынудили прервать работу над полотном «Явление Мессии» и начать разработку в рисунках и акварелях серии «Библейских эскизов», над которой он будет работать вплоть до возвращения в Россию в мае 1858 года. Позже его брат вспоминал: «1848 год, памятный всем бывшим в то время художникам в Риме, положил замечательный предел. Не только нечего было думать о каких-либо вспоможениях со стороны правительства, но существовало на деле приказание выехать из Италии даже и тем, кто желал остаться на свой счет, как я, например. В таких обстоятельствах картина была почти оставлена за недостатком средств, и с этого года он начал делать рисунки, которые и составляют все альбомы и часть на отдельных листах... Он предпочел делать их, выжидая лучшего времени, наступление которого он, однако ж, не предполагал, чтобы могло продлиться так долго» [3, с. 506–507] Исполненные А.А.Ивановым с натуры фигуры французских всадников послужили эскизами для группы римских воинов в картине «Явление Мессии». Ходатаем Ивановых в Петербурге по делу наследства станет Ф.А.Моллер.

Библиографический список:

1. АВПРИ. Ф. 190. Оп. 525. Ч.1. Ед. хр. 751.
2. РГИА Ф. 789. Оп.1 Ч. 2. Ед. хр. 3486.
3. Александр Иванов в письмах, документах, воспоминаниях. Сост. И.А.Виноградов. М., 2001
4. ОР РНБ. Ф. 302. Ед. хр. 6.
5. ОР РНБ. Ф. 302. Ед. хр. 9.
6. РГИА. Ф. 789. Оп. 1. Ч. 2. Ед. хр. 3553. Дело № 64.
7. АВПРИ. Ф. 190. Оп. 525. Ч.1. Ед.хр. 566.
8. АВПРИ. Ф. 190. Оп. 525. Ед. хр. 788.
9. ОР РНБ Ф.124. Оп.1. Ед. хр. 671.
10. РГИА Ф. 789. Оп. 14. 59-М.




Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх