Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Международный научно-исследовательский журнал публикации ВАК
Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №27 (ноябрь) 2015
Разделы: Политология
Размещена 02.11.2015. Последняя правка: 01.11.2015.

Политика США в отношении Киргизии на современном этапе

Пазилов Бекболот Каримович

Дипломатическая Академия МИД РФ

Аспирант

Жильцов Сергей Сергеевич, доктор политических наук, заведующий кафедрой политологии и политической философии, Дипломатическая Академия МИД РФ.


Аннотация:
В статье рассматривается взаимоотношения США и Киргизской Республики,как с момента приобретения независимости Киргизии так и современные отношения. Киргизско-американские отношения актуально тем, что меняется роль и влияние США в Киргизской Республики с учетом вхождения Киргизии в Евразийский Экономический Союз.


Abstract:
In this article discusses the relationship between US and Kyrgyz Republic. Kyrgyz- American relations are changes the influence of USA in the Kyrgyz Republic, because of Kyrgyz Republic is a member of the Eurasian Economic Union.


Ключевые слова:
сотрудничество; взаимоотношения; Центральная Азия; Кыргызская Республика; США.

Keywords:
foreign policy; cooperation; Central Asia; Kyrgyz Republic; USA.


УДК 32

Соединенные Штаты Америки были среди первых стран мира, признавших Киргизию в качестве суверенного государства с установлением полноправных дипломатических отношений (27 декабря 1991 года), а их посольство, открытое уже в феврале 1992 года стало первым иностранным дипломатическим представительством такого высокого уровня не только на территории страны, но и среди прочих новых государств Центральной Азии.

Не следует, впрочем, видеть в данном факте исключительность или приоритетность Киргизии для США, поскольку аналогичные шаги осуществлялись ими в отношении практически всех новых государств, возникших на политической карте мира в результате дезинтеграции Советского Союза. В основе таких действий, очевидно, лежали совершенно четкие экспансионистские устремления Соединенных Штатов, нацеленные на установление контроля над прежде недоступными для них регионами и ресурсами.

Безусловно, Киргизия весьма существенно выделялась на фоне остальных центральноазиатских государств своими демократическими тенденциями, что подтверждается применением в отношении Киргизии того времени такого прилагательного, как «островок демократии». Полагаем уместным в данном контексте привести пример забаллотированности руководителя Компартии Киргизии А. Масалиева на должность Президента Киргизской ССР депутатами Верховного Совета республики, что стало исключением для всех центральноазиатских республик, в которых руководители республиканских Компартий, по-существу, автоматически стали президентами соответствующих республик. Поскольку проникновение США в центральноазиатский регион сопровождалось идеей демократизации, при этом исключительно западного образца, Киргизия объективно могла рассчитывать на значительные преференции с их стороны, в условиях ограниченности собственных природных ресурсов и изолированности (географического положения), что крайне невыгодно отличало ее от соседей по региону в привлечении к себе внимания. На наш взгляд, последнее обстоятельство наложило, в значительной мере, свой отпечаток на весь комплекс и историю киргизско-американских отношений.

Безусловно, Соединенные Штаты были не единственным субъектом мирового сообщества, обратившим свое внимание на нового его члена – суверенную Киргизскую Республику (КР). Среди прочих следует отметить Турцию, с ее пантюркскими амбициями, ряд стран Европы, Китай и Иран. Однако, США превосходили всех прочих партнеров нового государства по своей мощи и статусу, оставшись после распада СССР единственной мировой сверхдержавой, конкурировать с которой на деле не мог себе позволить никто.

При этом, с момента обретения независимости, Киргизия была объективно заинтересована в скорейшем политическом и экономическом интегрировании в мировое сообщество со всеми его институтами и процессами, проводником которого, в числе приоритетных, руководством молодого государства рассматривались страны Запада и, в первую очередь, США.

Взаимная заинтересованность киргизской и американской сторон заложила серьезный фундамент двусторонним отношениям, а состоявшийся в мае 1993 года первый после установления дипломатических отношений визит в США Президента Киргизии А. Акаева  придал импульс политическим контактам двух стран, принявшим с того времени регулярный, системный характер. 19 мая 1993 года в Вашингтоне было подписано Соглашение между Правительствами Киргизии и США относительно сотрудничества по облегчению оказания содействия, призванное “... облегчить оказание гуманитарной помощи и экономического и технического содействия на благо народа Кыргызской Республики”.

Следует признать, что Соединенные Штаты внесли свой заметный вклад в формирование современной Киргизии, как суверенного государства, и ее общества. История киргизско-американских отношений охватывает период без малого в четверть века, на протяжении которого Киргизия получила от США значительную поддержку в вопросах финансового, гуманитарного, военного и политического характера. Так, по данным Государственного департамента США, объем оказанной непосредственно правительством Соединенных Штатов внешней помощи Киргизии (гранты, льготные кредиты, товары гуманитарной направленности) за 1992 – 2005 гг. составил 792,2 млн. долл., при этом 120,7 млн. долл. из данной суммы было направлено на поддержку т.н. демократических преобразований, включающих в себя финансирование деятельности НПО и независимых СМИ [1]. Предоставление кредитов и финансовой помощи молодой стране со стороны Международного Валютного Фонда, Всемирного Банка, Азиатского Банка Развития и других международных финансовых институтов также осуществлялось не без поддержки США. Принятие Киргизии, единственной, на тот момент, из центральноазиатских государств и, в целом, стран-участниц - СНГ в члены Всемирной Торговой Организации (1998 г.) также прошло, несомненно, под патронажем Соединенных Штатов.

Всего же, по данным Посольства США в Бишкеке, Киргизии, за период двустороннего сотрудничества, была оказана поддержка в различных сферах на общую сумму около 2 млрд. долларов.

Отдельный этап киргизско-американских отношений связан в дислоцированием в международном аэропорту “Манас” г. Бишкек авиационной базы им. Ганси (впоследствии Центр транзитных перевозок “Манас”). Ее появление было обусловлено трагическими событиями 11 сентября 2001 года и последовавшей за ними военной операции США и их союзников “Несокрушимая свобода” против движения “Талибан” в Афганистане. Сам факт появления базы выдвинул мало кому известную из широкой публики Киргизию на авансцену мировой политики. Существенно возрос уровень и двусторонних киргизско-американских отношений, поскольку Киргизия, де-факто, влилась в ряды союзников США. На протяжении почти 13-ти лет, “Манас” использовался США и их союзниками в качестве ключевого транзитного центра, посредством которого осуществлялось обеспечение коалиционных сил в Афганистане всем необходимым (до лета 2009 года место базирования истребительной и бомбардировочной авиации). За время его функционирования через “Манас” было транспортировано около 5,5 млн. военнослужащих (примерно 98% всей численности военного контингента, прошедшего через Афганистан) и совершено более чем 33 тыс. дозаправок в воздухе авиации антиталибской коалиции [1]. Наряду с политическими дивидентами, Киргизия получила и дополнительный источник пополнения своего достаточно скудного бюджета. Помимо арендных платежей за пользование базой, которые после 2009 года составляли 60 млн. долл. в год (до 2009 года – 17,7 млн. долл.) [2], имел место производный экономический эффект от ее присутствия на территории страны, а также значительный объем прямой военной помощи. Полагаем уместным, при этом, отметить присутствие коррупционных составляющих вокруг деятельности авиабазы, поскольку в поставках авиационного топлива для нее были задействованы аффилированные с семьями первого (А.Акаев) и второго (К.Бакиев) президентов Киргизии организации и лица, информацией о чем американская сторона, безусловно, располагала и, вероятно, использовала в собственных интересах.

Нахождение на территории Киргизии военной базы Соединенных Штатов в заметной мере осложнили киргизско-российские отношения, хотя на первоначальном этапе каких-либо проявлений открытого недовольства с российской стороны проявлено не было. Не проявил своего недовольства и Китай, непосредственный сосед Киргизии. Однако, в формате ШОС и ОДКБ вопрос функционирования базы постоянно находился в поле внимания их участников, а также являлся постоянной темой обсуждения в рамках двусторонних встреч руководителей государств-членов в них входящих. Не останавливаясь на перепитиях вокруг базы, отметим лишь факт прекращения ее деятельности 10 июля 2014 года, когда последние сотрудники персонала Центра транзитных перевозок (ЦТП) покинули территорию Киргизии.

Полагаем возможным принять данную дату, хотя и несколько условно, за начало отсчета современного этапа киргизско-американских отношений, поскольку со стороны Киргизии именно тогда на деле была продемонстрирована способность к самостоятельным шагам в отношениях со столь влиятельным глобальным актором как Соединенные Штаты. При этом, очевидно, что столь однозначная позиция Киргизии по вопросу вывода ЦТП с ее территории стала результатом определенных объективных исторических и политических обстоятельств, а также компомисов среди заинтересованных акторов региональных процессов.

Уровень киргизско-американских отношений, несмотря на некоторое их охлаждение в последние годы, продолжает оставаться достаточно высоким, несмотря на явно выраженный российский вектор внешнеполитической ориентиции Киргизии последнего времени. Ее вхождение в Евразийское экономическое сообщество (ЕАЭС), масштабные инвестиционные проекты с участием российского капитала (строительство каскада Камбар-Атинской ГЭС, приобретение Кыргызгаза Газпромом и т.п.), огромный, по меркам Киргизии, объем прямой военно-технической помощи (1,1 млрд. долл.) – явная иллюстрация резко активизировавшегося характера киргизско-российских отношений.

На современном этапе, США осуществляют, на наш взгляд, в отношении Киргизии, в целом, политику в парадигме Стратегии Большой Центральной Азии, сформулированной Фредериком Старром в 2005 году и получившей свое конкретное отражение во внешнеполитической деятельности Соединенных Штатов [1]. В рамках данной Стратегии, США в регионе Центральной Азии целеориентированы на: “1) укрепление демократической стабильности и экономические реформы; 2) укрепление региональной безопасности и сотрудничества в войне с наркотиками и терроризмом; 3) содействие экономическому росту и региональному сотрудничеству” [2]. При этом, в стратегическом плане, посредством реализации указанной Стратегии, США, безусловно, стремятся к абсолютному доминированию в регионе, не декларируя, разумеется, своей цели.  Добиться достижения ее в условиях современного, по-существу, сложившегося многополярного мира весьма проблематично, поскольку подобные амбиции, хотя и не столь большого масштаба, демонстрируют здесь такие глобальные и региональные акторы как Россия, Китай, Турция, Индия, Пакистан и Иран, а в последнее время и монархии Персидского залива. Наложение их интересов в полной мере испытывает на себе и Киргизия, что вынуждает ее к многовекторности во внешней политике, в целях обеспечения собственной безопасности, сохранения суверенитета и создания условий, обеспечивающих стране устойчивое развитие.

В формате своей центральноазиатской политики, США осуществляют многоплановое сотрудничество с Киргизией. Так, взаимодействуя с ней в рамках укрепления демократических институтов и в целяхрешения вопросов, призванных обеспечить прозрачность и легитимность избирательных процессов, США, за последние пять лет, на безвозмездной основе, предоставили 17 млн. долларов.Продолжается достаточно тесное сотрудничество в сфере обороны и безопасности, находящее свое отражение в таких прикладных мероприятих, как совместные антитеррористические учения, стажировка киргизских военных и сотрудников силовых структур в американских учебных центрах. Несмотря на значительное сокращение объема военной помощи со стороны США, она, тем не менее продолжает поступать. Здесь полагаем отметить тот факт, что ее сокращение коснулось всех стран Центральной Азии.

Поддержка неправительственного сектора (НПО) Киргизии представляет собою уже традиционно сложившуюся практику американских государственных структур и формально негосударственных институтов. Весьма активная деятельность киргизских НПО, продвигающих на средства американских и европейских грантов идеи западного образца, вызывает неоднозначную реакцию в обществе. Следствием этого стало инициирование в парламенте страны, по примеру Российской Федерации, внесения некоторых дополнений в законодательство страны, регламентирующих деятельность некоммерческих организаций, финансируемых из зарубежных источников.

При всей дискуссионности вопроса функционирования киргизских НПО, следует признать достаточно высокую эффективность их деятельности, результатом которой стало формирование заметного, хотя и не очень многочисленного, слоя населения с западным образом мышления, а также широкое распространение в киргизском обществе идей общества западного образа жизни. США продолжают и, вне всякого сомнения, продолжат поддерживать прозападно настроенные НПО, как в финансовом, организационном, так и в политическом плане, поскольку они выступают инструментом непосредственной реализации задачи трансформации общества в интересах Соединенных Штатов, а также его т.н. “демократизации”. Кроме этого, США весьма успешно “пестуют” киргизских политиков явно выраженной прозападной ориентиции, организуя для них тематические поездки и различные мероприятия.        Экономическая компонента киргизско-американских отношений всегда существенно уступала политической. Присутствие американского капитала в экономике Кыргызстана можно считать минимальным (гостиничный бизнес и завод “Кока-Колы” в Бишкеке), а товарооборот – незначительным. Говорить о перспективах увеличения доли коммерческих структур США в экономике Киргизии представляется весьма сомнительным, поскольку даже в  более благоприятный для этого период американо-киргизских отношений их заинтересованности отмечено не было. Вероятно, американский капитал не рассматривает Киргизию в качестве площадки реализации собственных чисто экономических интересов.

Итак, политика США в отношении Киргизии носит комплексный характер, каковой, по-существу, и была с самого начала двусторонних отношений, поскольку ориентируется на достижение конкретных результатов во всех сферах  жизнедеятельности общества с их естественным интегрированием, в контексте, на наш взгляд, исключительно геополитического положения страны. Оценивать эффективность такой политики на текущем историческом этапе представляется весьма сомнительным, поскольку конкретные обстоятельства отодвинули США на второй план, а вернее, сами они, по нашему мнению, заняли такую позицию в ожидании более благоприятных для них условий в активизации усилий по достижению собственных целей в центральноазиатском регионе и, конкретно, в Киргизии. Косвенным доказательством этому выступает строительство новых зданий посольства США и Американского Университета в Центральной Азии в Бишкеке, на что прямо указывает в своем интервью, в конце своего срока пребывания в Киргизии, посол США Памела Спратлен – “Оба эти факта свидетельствуют: США заинтересованы в долгосрочном сотрудничестве с КР.

Определенное похолодание киргизско-американских отношений получило весьма неожиданное продолжение, став следствием, казалось бы, рутинного факта присуждения, мало кому известной из широкой общественности Киргизии, премии “Защитник прав человека” киргизскому гражданину Азимжану Аскарову. Государственный департамент США, осознанно либо не отдавая отчет о возможной реакции официальных властей Киргизии и последствиях для двусторонних отношений, определил лауреатом такой премии человека, отбывающего пожизненное наказание, в соответствии со вступившими в законную силу судебными решениями, за доказанное его участие в организации и осуществлении массовых беспорядков на межнациональной почве во время трагических событий на юге Киргизии в июне 2010 года, повлекших многочисленные человеческие жертвы. Непосредственной реакцией Правительства Киргизии стала денонсация Соглашения между Правительством Киргизской Республики и Правительством США относительно сотрудничества по облегчению оказания содействия, подписанного 19 мая 1993 года в городе Вашингтоне.

В свою очередь, США, весьма оперативно, предупредили Бишкек о возможных последствиях такого шага для него, указав посредством пресс-релиза своего Посольства в Киргизии на то, что такое решение «...может поставить под вопрос оказание программ поддержки, приносящих пользу гражданам республики. В том числе могут быть затронуты программы по противодействию экстремизму, содействию экономическому росту и созданию рабочих мест, совершенствованию систем образования и здравоохранения и поддержке демократических процессов в Кыргызской Республике» [1]. Однако, 20 августа 2015 года действие указанного Соглашения завершилось. Последствия данного демарша, при этом, не нашли своего конкретного отражения в американо-киргизских отношениях, а некоторая напряженность в них не получила практического проявления. Американская сторона заняла, на наш взгляд, как бы, позицию ожидания дальнейшего развития ситуации. Более того, как заявил посол Соединенных Штатов в Казахстане Дж. Крол – «Сейчас мы изучаем возможности осуществления … программ без этого Соглашения.

Любые двусторонние отношения эффективны при условии взаимной заинтересованности, которая, однозначно, имеется как у американской, так и у киргизской стороны. Безусловно, геополитическое положение Киргизии обеспечивает весьма внимательное отношение к ней со стороны Соединенных Штатов. И это отношение, по нашему мнению, актуализировано современным конфронтационным характером российско-американских отношений на глобальном уровне, что не может не найти своего отражения в центральноазиатском сегменте. Расчет на определенные дивиденты от дружественных отношений с Соединенными Штатами, разумеется, имеются и у нынешнего руководства Киргизии, вне зависимости от ее явно сформулированного приоритета во внешнеполитической деятельности, каковым являются страны ЕАЭС и ШОС и, в первую очередь, Россия. Вопрос в том: насколько в своей многовекторности внешней политики Киргизия найдет баланс в отношениях с США и Россией в контексте их региональных интересов? От этого, в заметной мере, зависят ближайшие перспективы развития Киргизии.

Библиографический список:

1. СОГЛАШЕНИЕ между Правительством Соединенных Штатов Америки и Правительством Кыргызской Республики относительно сотрудничества по облегчению оказания содействия, г. Вашингтон, от 19 мая 1993 г.
2. Казакпаев М. “США-Кыргызстан: модель взаимодействия неравновесных участников”, журнал “Центральная Азия и Кавказ”, №3/45 2006 г. стр.60
3. Пресс-релиз. 23.07.2015 г. КЫРГЫЗСКАЯ РЕСПУБЛИКА: Результаты поддержки, оказанной США. Ответ на денонсацию двустороннего соглашения от 1993 года
4. «Битва за «Манас», 30.08.2014. http://rusplt.ru/world/bitva-za-manas-12434.html
5. “Киргизия разрешила американцам остаться в Манасе”, 25.06.2009
6. Роберт Гуан Тянь «От Центральной Азии к Большой Центральной Азии: цели и корректировки стратегии США в ЦА», журнал “Центральная Азия и Кавказ”, №3/63 2009 г. стр.80-81
7. Boucher R.A. Remarks at Elektrisity Beyond Borders: A Central Asia Power Sector Forum. Istanbul, Turkey, 13 June 2006 http:www.state.gov/p/sca/rls/rm/2006/67838/htm.
8. Совместное заявление о третьем раунде ежегодных двусторонних консультаций между Соединенными Штатами Америки и Кыргызской Республикой, 17.04.2015 г.
9. «Посол США: Америка смотрит на будущее Кыргызстана с оптимизмом», 04.12.2014 г., http://www.vb.kg/doc/295820_posol_ssha:_amerika_smotrit_na_bydyshee_kyrgyzstana_s_optimizmom.html 8
10. Постановление Правительства КР от 20 июля 2015 года № 510
11. Пресс-релиз. 23.07.2015 г. КЫРГЫЗСКАЯ РЕСПУБЛИКА: Результаты поддержки, оказанной США. Ответ на денонсацию двустороннего соглашения от 1993 года.
12. США были разочарованы денонсацией Соглашения с Кыргызстаном, - Дж.Крол, посол США в Казахстане. 18.08.2015 г. http://www.ca-news.org/news:1159001




Рецензии:

3.11.2015, 12:22 Коломиец Анна Ивановна
Рецензия: Рекомендую для публикации

04.11.2015 2:02 Ответ на рецензию автора Пазилов Бекболот Каримович:
Благодарю Анна Ивановна

8.11.2015, 11:09 Адибекян Оганес Александрович
Рецензия: Адибекян Оганес Александрович. Статья интересна в международном плане, в связи с распадом СССР и ныненшними претензиями США на мировое господство. Доступно показаны интерсы США в отношении данной республики, "купля" возможностей выгодных для себя действий. Статья достойна публикации в силу соответствия предъявляемым требованиям. Но стоило отметить, что американская сторона заинтересовалась Киргизей не после распада СССР, а в период "холодной войны", которая была задумана ради этого распада. Стоит оговорить позицию республики относительно СНГ, создаваемого Евразийского Союза. Не мешало оговорить по рассматриваемому поводу отношения Киргизии с соседними республиками Средней Азии.



Комментарии пользователей:

15.11.2015, 2:43 Пазилов Бекболот Каримович
Отзыв: Благодарю Вас , учту Ваши замечания.


Оставить комментарий


 
 

Вверх