Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Международный научно-исследовательский журнал публикации ВАК
Научные направления
Поделиться:
Разделы: Философия
Размещена 17.11.2015. Последняя правка: 17.11.2015.

Роль образа прошлого в развитии народов Молдовы

Славова Галина Олеговна

Владимирский Государственный Униерситет

студент

Аннотация:
Интеграционные процессы в Европе, восприятие событий начала 90-х годов ХХ века как «конца истории» способствовали возрастанию значения региональной идентичности, которая характерна для определенного исторически сложившегося этноса в определенной местности. Иллюстрацией к этому может служить эволюция образа прошлого «задунайских переселенцев» - гагаузов и болгар. Образ прошлого не просто отражает особенности исторического развития страны, региона, этноса, а выступает в роли памяти об истории. В XIX веке большое значение приобретает фактор этнической идентичности, интенсивно развивается процесс становления наций. Формирование этнических образов прошлого тесно связано с ростом этнического самосознания. Основой для формирования целостной картины мира настоящего служит образ прошлого, целью которого является создание адекватного отражения прошлого, которое служит движущей силой в идее сохранения своей национальной принадлежности.


Abstract:
Integration processes in Europe, the perception of the events of early 90-ies of XX century as the "end of history" have contributed to the growing importance of regional identity, which is characteristic of a particular ethnic group historically established in a particular area. An illustration of this can be evolution of the image of the past of "Transdanubian persons" - the Gagauz and Bulgarians. The image of the past does not simply reflect the historical development of the country, region, ethnic group, but is as a memory of history. In the XIX century, great importance is the factor of ethnic identity, the process of becoming a rapidly developing nations. Formation of ethnic images of the past is closely linked with the growth of ethnic consciousness. The basis for the formation of a coherent picture of the world is the image of the past, which aims to create an adequate reflection of the past, which is the driving force in the idea of preserving their national identity.


Ключевые слова:
образ прошлого; историческая память; нация; национальная идентичность; этногенез.

Keywords:
image of the past; historical memory; nation; national identity; ethnogeny.


УДК 130.2

Философия является  не только наукой и формой мировоззрения, но и формой общественного сознания. Общественное сознание формирует представление о принадлежности к той или иной культурной общности (к Русскому миру, к Православному миру), представление о прошлом, настоящем и будущем. Представление о прошлом формируется под влиянием тех процессов, которые происходят в настоящем. Образ прошлого постоянно переосмысливается человеком, потому что мы постоянно размышляем о вечных человеческих достижениях и промахах, пытаясь каждый раз выделить что-то новое, что поможет нам в разрешении некоторых конфликтов в настоящем.

Интеграционные процессы в Европе, восприятие событий начала 90-х годов ХХ века как «конца истории» (в концепции Ф.Фукуямы) способствовали возрастанию значения региональной идентичности, которая характерна для определенного исторически сложившегося этноса в определенной местности. Признается главенство наций как определяющей, движущей силы мирового баланса, достижение которого возможно лишь с утверждением в умах людей таких понятий, как уважение к прошлому и почитание памяти.

Иллюстрацией к этому может служить эволюция образа прошлого «задунайских переселенцев» - гагаузов и болгар. В XIX веке оба народа переселились в Бессарабию из Болгарии, которая тогда была частью Османской империи. В тот момент и еще примерно полвека гагаузы не отделяли себя от болгар. И в образе прошлого, предложенном священником Д.Чакиром указывается, что гагаузы это славяне[9], хотя и говорят на тюркском языке. Но еще через полвека  другой священник, М.Чакир предложил тюркскую версию происхождения гагаузов[10].

Дальнейшие процессы привели к тому, что болгары и гагаузы оказались в разных административных единицах, хотя межэтнических столкновений между ними не было. Несмотря на обособление, болгары и гагаузы, по моему мнению, имеют много общего: самое главное – это непреклонность перед другими народами и верность идеалам своего народа. Это стремление к обособленности и самоутверждению мы можем наблюдать и по сегодняшний день. Оно выражается в соблюдении обычаев и традиций народами, а так же в проведении мероприятий, посвященных различным историческим событиям. В частности, болгарские города и села ежегодно чтят память национального героя Болгарии Васила Левского, которого казнили 19 февраля 1873 года. Каждый год в этот день у памятников «Апостолу Болгарской Свободы» проходят небольшие собрания людей, которые вспоминают заслуги Левского перед Отечеством, чтят его память минутой молчания и возлагают цветы.

В моем представлении образ прошлого складывается из трех составляющих. Во-первых, информативный компонент, который дает нам сведения об определенном историческом событии. Во-вторых, концептуальный компонент, который представляет нам ход и смысл исторического процесса, его факторы. В-третьих, аксиологический компонент, который помогает нам оценить историческое событие или явление, опираясь на ценности человеческого мира. Все вместе эти составляющие помогают нам по-достоинству оценить то или иное событие в рамках нашего представления о прошлом.

Образ прошлого не просто отражает особенности исторического развития страны, региона, этноса, а выступает в роли памяти об истории. Он  определяет значение тех или иных событий  в контексте национальной истории, содержит обоснование исторической миссии этноса или региона, окрашивает пространство, соседей, персонажей исторических событий, указывает культурных героев. На ранних этапах формирования он содержит мифо-символический комплекс, выступает в роли памяти об истории.[7, c.99]

Большой вклад в развитие проблематики  исторической памяти внесен представителями семиотической школы, в частности Ю.М. Лотманом. Исследователь указывает на актуальность содержания образа прошлого — соотнесенность его с современностью: «память — инструмент мышления в настоящем, хотя ее содержанием является прошлое» [5, c.388].А ведь действительно, прошлое помогает нам сделать правильный выбор в настоящем, по достоинству оценить ситуацию, которая сложилась у нас в этот период времени, и, используя опыт прошлых лет, не ошибиться с решениями, которые мы принимаем.

П.Нора, автор концепции «мест памяти» противопоставляет память и историю. Значение мест памяти (музеев, архивов, кладбищ, коллекций, праздников, годовщин) он связывает с деритуализацией современного мира[6, c, .26]. Этот процесс, приводящий к дисгармонии человеческой жизни, очень сильно проявляется в умах подрастающих поколений, которым «нет дела до истории и прошлого», но власти болгар и гагаузов пытаются пресечь распространение этого явления у себя, проводя различные конкурсы и олимпиады среди школьников и студентов, посвященные родным языкам и истории народа. А стимулируется участие в таких мероприятиях денежными поощрениями. Таким образом, с ранних лет дети приобщаются к своей национальной среде и осознают, что их нация, пусть и незначительная в мире, все же является частью нашей большой Вселенной и вносит свой вклад в мировое развитие.

Велика роль образа прошлого и в формировании системы идентичностей. Интерес исследователей вызывают как факторы, влияющие на процесс формирования идентичностей, так и сам этот процесс. Активизации интереса исследователей способствуют не только  социальные трансформации, в частности, разрушение основ традиционности общества, а значит, исчезновение механизма «автоматического» воспроизводства идентичностей, но и эволюция самих систем идентичностей.

С началом Нового времени размываются монолитные блоки, скрепляемые конфессиональной идентичностью и подкрепляемые значимостью   «сакрального» языка (каким, например, для Западной Европы долгое время являлся латинский язык) [8, c.169]. Это послужило, я считаю, очень важным моментом в истории для формирования национальной идентичности и развития отдельных монокультурных регионов.

В XIX веке большое значение приобретает  фактор этнической идентичности, интенсивно развивается процесс становления наций. Некоторые исследователи противопоставляют нации и империи, считая, что формирование наций происходит в борьбе с наднациональными империями. Но это справедливо, прежде всего, для  тех молодых европейских наций Восточной Европы, которые действительно добиваются создания национальных государств в ходе национально-освободительных движений. Для англичан и французов идея нации оказалась связана с созданием колониальных империй. И это закономерно, поскольку идея нации связана с расширением. Нация стремится к созданию государства, государство стремится к расширению территории. Германия, Италия, Румыния движимы идеями объединения. Молодые Балканские страны стремятся к собиранию своих земель, что создает особые проблемы в силу пестрого этнического состава пограничных территорий и в начале ХХ века это приведет к Балканским войнам. Ряд территориальных споров разрешается в ходе мировых войн. Но некоторое напряжение остается. Отчасти оно связано со сложностями сохранения этнической идентичности в условиях интенсивного национального строительства.

Страны, не получившие спорные территории, которые считали своими по праву, считают это проблемой. Еще в начале XXI века в Болгарии сохранялась печальная поговорка, отражающая эти реалии: «Болгария граничит сама с собой». Остановка движения, прекращение расширения серьезным образом сказывается на идее нации и проблеме идентичности. П.Нора указывает на это применительно к Франции: «Нация больше не является объединяющей рамкой, которая ограничивает сознание определенной общности людей. С тех пор как определение нации перестало быть вопросом, мир, процветание и ограничение ее могущества довершили дело» [6, c. 25]. Это лишает идею нации того эмоционального заряда, который  помогает созидать коллективный образ прошлого. Нация больше не выступает в борьбе за свою свободу, а смиряется с жестокими реалиями мира и принимает все как данность, которой невозможно избежать.

Еще одной тенденцией общественно-политического развития в XIX веке  стало   усиление значения политических партий. Оформляются политические доктрины, партийная принадлежность приобретает важное значение для индивидуальных систем идентичностей. В дальнейшем идеологический фактор оказывается значимым для отдельных эпох и для отдельных обществ. Это не могло не отразиться на содержании образа прошлого, а также на национальных историографических школах, развитие которых в XIX веке идет быстрыми темпами.

Различия в интерпретациях исторических событий в национальных историографических школах вполне укладываются в современную картину науки.

По-моему, в процессе рождения новых наций и становления новых национальных государств формирующиеся образы прошлого  проходят эволюцию в соответствии с законом «трех стадий» О.Конта. На самых ранних этапах этого процесса образ прошлого включен в мифо-символический комплекс, в котором все еще неразрывно сплетено то, что Ф.Ницше называл «аполлоновским» (разумным, рациональным) и «дионисийским» (чувственным) началами.

Наиболее актуальной проблемой представляется проблема этногенеза. Когда рациональное начало вытесняет чувственное, то  в образе прошлого усиливается значение научных интерпретаций, но одновременно  угасает  стремление устанавливать памятники и учреждать новые празднества, которые подчеркивали бы национальное самосознание этноса, укрепляли бы его как нацию и поддерживали бы его будущее намерение не поддаваться чужой культуре.

Эволюция роли национального государства также сказывается на состоянии образа прошлого. Снижение ее вследствие развития интеграционных процессов в Европе вызвало возрастание значения региональной идентичности, что можно увидеть и на примере болгар и гагаузов, проживающих в Молдове. Они не поддаются различным провокациям: они стойки в идее сохранить свои нации на юге Молдовы и всячески стараются сближаться со своими прародинами – болгары с Болгарией, гагаузы с Турцией.

Интересно, что очень долгое время болгарский народ находился в рабстве сначала у Византийской империи, а затем у Османской. Поэтому-то, кстати говоря, болгарам и пришлось бежать в Бессарабию: сохранить свою культуру, ведь жестокие турки-османы старались всячески стереть болгарскую нацию с лица земли, «отурчивая» ее. Но этот исторически сложившийся этап, печально отразившийся на болгарской культуре и болгарском процветании, не помешал болгарам сохранить свой этнос таким, каким он был тогда, во времена Османского ига. С разрешения Александра II, царя Российской империи, болгарам и гагаузам выделяется территория в Бессарабии, где они спокойно живут и по сегодняшний день, никоим образом не тронутые другими нациями или государством: они сохранят свои статусы национальных меньшинств, их не принуждают забывать свое прошлое, им не навязываются некоторые государственные идеи, основанные на признании себя частью молдавской нации, которая отождествляет себя с румынской.

В настоящее время динамика эволюции отличает не только коллективные системы идентичностей, но и системы идентичностей на индивидуальном уровне. З.Бауман удачно назвал настоящее время «текучей современностью» [3]: система идентичностей не просто перестает быть «приписанной» человеку обстоятельствами его рождения, но еще и эволюционирует на протяжении его жизни. Действительно, в настоящее время не исключено переосмысление ценностей человеком и как следствие переход к другому образу жизни, мышления, другому поведению.

Информационные технологии, меняя представление о пространстве и времени, позволяют индивиду свободно конструировать свой культурный мир. Вместе с тем, легкость выбора набора идентичностей, легкость смены «жизненной формы», «аватара» в социальных сетях, характерна, прежде всего, для ранних этапов процесса формирования системы идентичностей. События на Украине показывают, что сделав выбор в условиях противостояния, индивид готов защищать его ценою собственной жизни.

Крушение идеологических систем может заставить индивида повторно сформировать систему идентичностей, выстроив ее уже на принципиально иных основаниях. Многочисленные примеры этого, позволяющие исследовать механизм формирования идентичностей, можно было наблюдать в постсоветское время, когда каждая из республик пыталась обрести себя и найти свое место в нашем огромном, непредсказуемом мире.

Формирование этнических образов прошлого тесно связано с ростом этнического самосознания, энергетика которого привлекает для данного процесса чаще всего не профессиональных историков, а дилетантов-энтузиастов. Создание образа прошлого государства также связано с энергетикой — энергетикой созидания нового государства. Однако государственные механизмы — система образования, государственные символы, государственные праздники, карта государства, государственные СМИ – образуют дополнительную систему поддержки данного процесса. Б.Андерсон рассматривает некоторые из этих дополнительных средств в своем труде «Воображаемые сообщества».[1]

 Образ прошлого не просто отражает особенности исторического развития страны, региона, этноса, а выступает в роли памяти об истории. Он  определяет значение тех или иных событий  в контексте национальной истории, содержит обоснование исторической миссии этноса или региона, аксиологически окрашивает пространство, соседей, персонажей исторических событий, указывает культурных героев. Образ прошлого определяет смысловые значения, но делает это исходя из ценностей и смыслов настоящего. Образ прошлого страны способны разделять носители разных конфессиональных  и этнических идентичностей. Он позволяет формировать гражданскую идентичность.

В рамках единого образа прошлого могут существовать различные трактовки тех или иных событий, но интерпретация ключевых событий и пантеон культурных героев должны соответствовать некоей системе ценностей и, таким образом, представлять собой целостность. Образ прошлого хранит в своей душе каждый уважающий свою страну, свой народ человек, ведь именно в этом и проявляется его национальное самосознание, связанное с теми или иными событиями в стране, которые позволили народу на определенном историческом этапе осознать свое место в мире и сплотиться против внешних угроз.

События на Украине ярко демонстрируют, что если варианты образа прошлого различаются кардинальным образом, то это может являться индикатором раскола в стране. Пантеон героев и интерпретация событий составляют внутренне согласованную систему, своего рода «область конечных значений» (если пользоваться термином А.Щюца). Например, разная   оценка личности С.Бандеры важна не сама по себе, а в контексте разного отношения к украинскому  национализму. Для тех, кто склонен придавать ему большое значение, вклад С.Бандеры в становление украинского национализма перевешивает остальные его дела.

 Для обоснования исключительности болгарской и гагаузкой наций оказывается очень важным резко отделить ее от той культурной общности, в которой взаимодействие этих народов и русского народа оказывалось слишком тесным. Одним из периодов, подвергаемых особенно резкой критике, является советский период. Такая оценка данного периода не является ни уникальной, ни парадоксальной. Развитие промышленности, рост городов, развитие социальной сферы, развитие национальных культур в советских республиках с точки зрения критиков не должны затмить того, что это отодвинуло достижение независимости. Это объясняет негативную оценку на Украине В.И.Ленина,   хотя в рамках СССР Украина не только получила возможности для развития языка и культуры, но территориально увеличилась. Тем не менее, памятник Ленину был разрушен даже в Харькове, который в советское время вплоть до 1939 года был столицей УССР. Такое отношение к создателю интернационального государства, по сути восстановившему Российскую империю и гипотетически воспрепятствовавшему существованию независимого украинского государства, вполне вписывается в идеологическую конструкцию, в которой  национальная независимость — абсолютная ценность.

Ситуация, сложившаяся в связи со становлением  и развитием образа прошлого Молдовы представляется весьма привлекательной для исследователей.

Долгая история молдавской государственности, давняя историческая традиция, начатая летописцами (Г.Уреке, М.Костин, И.Некулче), давняя литературная традиция на молдавском языке — все это действительно достаточно убедительные доводы  в пользу значимости молдавской идентичности. Достаточно детально доводы в пользу молдавской самобытности рассмотрены в труде П.М.Шорникова[11]. Но период трансформации этносов в нации в Восточной Европе выпал на XIX век. А с 1812 года часть Молдовы пребывала в составе Российской империи. Остальная часть Молдовы в результате объединительного движения стала частью нового государства Румынии, чья созидательная энергия вобрала в себя тот потенциал, который давал мифо-символический комплекс образа прошлого Молдовы.

Но у молдавской идентичности и молдавского образа прошлого появился уникальный шанс  в связи с особой исторической судьбой Бессарабии. Регион попадал и в состав Румынии, но ненадолго. Однако часть творческой  интеллигенции оказалась под обаянием румынского образа прошлого, идеи румынской идентичности и идеи объединения румынского культурного пространства. Идея объединения имеет мощный эмоциональный потенциал и эффективно работает на идею нации.

С момента создания государства Румынии шло интенсивное формирование образа прошлого, начальные этапы которого  возводятся к истории фракийских государств. В городах Румынии основываются памятники Буребисте и Децебалу, их именами называют улицы. То, что Румыния возникает как европейское государство, сказывается на отношении к античности. Румыния оказывается одновременно символической наследницей Римской империи. Это вполне в духе Европы, где новые империи со времен средневековья были Римскими (как империя Карла Великого, империя Оттона I). Да и Византийская империя была, в конечном итоге, Ромейско-Римской. То, что Римская империя разрушила Дакию не вызывало негативизма к железной хватке Рима. Подчеркивался созидательный момент в этой истории — в частности, важными «своими» культурными объектами  считалась колонна Траяна и Капитолийская волчица.

В итоге независимо от того, где именно в Румынии или Молдове проживают носители  румынской идентичности, они разделяют ее во всей полноте со всей эмоциональной составляющей. В ХХ веке это были 1918-1940 годы и небольшой эпизод в годы Второй Мировой войны. События этих лет сформировали представления о румынах у жителей  Буджака.

Вместе с тем, создание МАССР (1924 г.), а затем и МССР создавали возможность создания и развития специфического молдавского образа прошлого. Для молдавского образа прошлого фракийский  и римский периоды оказывались менее значимыми. Однако перед Историческим музеем в Кишиневе была установлена статуя Капитолийской волчицы. Тем не менее, гораздо большее значение приобрел средневековый период.

Стоит согласиться с тем, что одной из задач молдавской исторической науки было обоснование молдавской самобытности и специфичности. Но это не единственный повод обращения к проблематике данной эпохи. Вместе с тем Средневековье – это время, когда были обретены многие значимые элементы системы идентичности: конфессиональная принадлежность, язык, название страны и т. д. В самой Европе растет понимание того, что подлинное рождение Европы происходит именно в эту эпоху. И, в частности, что средневековые города в не меньшей степени могут претендовать на роль «отцов демократии», нежели античные полисы и цивитас.

Никак не может быть названо случайностью то, что все двадцать три года независимости наиболее значимым культурным героем оставался Штефан чел Маре. В образе Штефана чел Маре совпали две значимые ипостаси культурного героя — воина и защитника Православия. Для Молдовы, для которой конфессиональная идентичность стала важным фактором, объединяющим различные этносы, а также фактором, «сшивающим» земли страны, это имело большое значение.

В настоящий момент наиболее серьезные попытки создания образа прошлого страны в рамках ее границ предпринимает Ассоциация историков и политологов PRO MOLDOVA. Создаваемый ею образ прошлого призван поддержать гражданскую идентичность всех этносов и регионов Республики Молдова.

Существует и другой образ прошлого, поддерживающий национальную идентичность румын и вписывающий историю страны в румынское культурное пространство. Он также претендует на роль государственного культурного проекта. Со дня обретения независимости в доуниверситетских учебных заведениях изучается именно этот образ прошлого. Проблема состоит в том, что этот образ не в состоянии принять как государственный те, кто не является носителем румынской идентичности. Но, в свою очередь, носители румынской идентичности не могут считать целостным образ прошлого не включающий все румынское культурное пространство.

Сложности в формировании единого образа прошлого страны во многом способствовали тому, что сформировались культурные проекты, а иногда и особые образы прошлого национальных меньшинств и проект ПМР, наиболее последовательно отстаивающий молдавскую самобытность и формирующий специфический молдавский образ прошлого, а также образ «чужого».

Существование региональных культурных проектов не исключает возможности укрепления государственного культурного проекта. Его слабость делает Молдову полем для уникального социального эксперимента, поскольку позволяет  рассмотреть  степень значимости факторов, подкрепляющих национальные проекты – наличие собственной территории,  признанных мировым сообществом границ, собственного символического пространства (столица) и символических элементов (гимна, герба) в условиях отсутствия целенаправленной и последовательной деятельности интеллектуальной элиты по формированию и развитию государственного культурного  проекта.

Культурный проект Приднестровья  и связанный с ним образ прошлого непрерывно формировался  с 1924 года и претендует на то, чтобы восприниматься в качестве продолжения собственно молдавского проекта, став его последовательным и убежденным наследником. Это обеспечивает ему относительную устойчивость.

В Гагаузии этнорегиональный образ прошлого является важным атрибутом укрепления Автономии, способствует консолидации общества. Он транслируется через тексты (научные,  публичные и  т.д.), подкрепляется местами памяти и праздниками.

Формирование его заняло более чем столетие. Началом процесса можно считать появление первой историософской концепции, выдвинутой Д.Чакиром в «Биографический очерк рода и фамилии Чакир».[9] В дальнейшем историческое сочинение М.Чакира  «История гагаузов Бессарабии» стало не только первым оригинальным сочинением,  написанным на гагаузском языке, но и знаменовало новый этап в формировании образа прошлого, вписав историю гагаузского народа в контекст истории тюркского мира.[10] В дальнейшем именно эта линия стала магистральной, хотя в болгарской историографии представлена и альтернативная точка зрения. Стоит особо подчеркнуть то, что «острота противопоставлений» этих версий относится не к сфере истории, а к сфере образов прошлого.

Ведь тюркский фактор в этногенезе болгар так же присутствовал, никем не оспаривается и даже привлекает особое внимание в настоящее время. Этот фактор проявляется в том, что в болгарских диалектных языках в Молдове прослеживаются некоторые тюркские слова, которые не искореняются, а, наоборот, используются в повседневной речи обычных жителей. Так же это проявление можно уследить в фольклоре болгар: присутствуют некоторые мотивы песен и элементы национальных атрибутов, схожих с тюркскими. Это очевидно, учитывая то, что болгары долгое время находились под властью тюрок-сельджуков.

В соответствии с законом О.Конта о стадиях интеллектуальной эволюции в создании образа прошлого принимали участие священники Д.Чакир и М.Чакир, поэты и писатели (в частности, Д.Танасоглу), заменившие в данном случае философов, и ученые. То, что этническая мобилизация застала гагаузское общество на этапе трансформации традиционного общества, способствовало тому, что большая часть исследователей, занятых изучением гагаузской культуры являлись этнографами. Стоит отметить, что «титаны гагаузского Возрождения» - М.В.Маруневич и С.С.Курогло - выступали не только в роли исследователей, но и в роли политических и общественных деятелей, организаторов научного процесса. М.В.Маруневич способствовала открытию Научного центра и много лет возглавляла кафедру общественных дисциплин Комратского государственного университета. С.С.Курогло внес вклад в развитие гагаузской литературы.

В процесс создания образа прошлого на современном этапе включилось много энтузиастов. Они собирают воспоминания очевидцев исторических событий, пишут истории сел, предлагают свои версии этнической истории. Вовлечение в процесс формирования и развития образа прошлого помимо ученых непрофессионалов-энтузиастов способствует его интенсификации, но не является спецификой гагаузского и болгарского проекта:  каждый такой проект проходит особый путь по мере накопления эмпирического материала. В настоящее время мифо-символический компонент еще присутствует, причем не только в трудах энтузиастов-непрофессионалов, но и в академических изданиях, таких как том «Гагаузы», под редакцией М.Н.Губогло. изданном РАН в 2011 г.

Вообще вклад российских исследователей в изучение гагаузского общества очень велик. В настоящее время наиболее активно работают в данной области. И.А.Субботина, Л.В.Остапенко, Н.В.Аникин. Роль М.Н.Губогло в формировании и популяризации образа прошлого трудно переоценить, он выступает при этом как в роли организатора научных мероприятий и исследовательских проектов, так и в роли исследователя. Бесценным источником для дальнейших исследований стали мемуары М.Н.Губогло. Стоит особо подчеркнуть, что этот жанр пока мало представлен в гагаузской историографии.

В болгарской культуре таким выдающимся деятелем был К.К.Бритков, портрет которого до сих пор можно увидеть во Дворце Культуры в г. Твардица. Он долгое время боролся за возможность национального меньшинства болгар существовать как отдельный маленький мир в Молдове, не подвергающийся «румынизации».

Культурный проект гагаузов – единственный из проектов национальных меньшинств – имеет политический ресурс в виде Автономно-Территориального Образования Гагауз Ери. Осознавая значимость идеальных конструктов в условиях информационного общества, руководство  преуспело в создании своего собственного культурного проекта.  Гагаузы, переживающие в настоящее время важнейшие этапы строительства нации, создали проект, который сочетает в себе символическое наследие советской эпохи (представление о мессианской роли гагаузов),  европейские ценности (подчеркивается, например, особая толерантность) и важность традиции (значимость православия). Он гибок и открыт миру.  Для  его широкого распространения  используется  русский язык, что не умаляет значения такой цели Автономии как создание условий для развития национальной культуры, включая условия для развития гагаузского языка. Тщательно разработанная и разделяемая патриотами символическая составляющая призвана компенсировать недостающие физические элементы, например, отсутствие автономной  экономики, непрерывной территории.

Советский период в этом образе прошлого не исключен. Его восприятие сбалансировано: повсеместно в городах и в некоторых селах устанавливаются памятники жертвам репрессий, но не уничтожаются памятники советской эпохи. Особенно большое внимание уделяется празднованию Дня Победы 9 мая. Сохранились памятники В.И.Ленину; в г. Чадыр-Лунга и г. Твардица памятники даже были отчасти реставрированы. Памятник героям-афганцам был установлен в Комрате и недавно в Чадыр-Лунге. Чаще всего вспоминаются трагические моменты истории: репрессии, голод. Своеобразными памятниками советской эпохи выступают здания школ, детских садов, больниц, промышленных предприятий.

Внимания удостоены не только события советского периода. Планируется установление памятников, посвященных событиям Первой мировой войны. В г. Твардица установлен памятник Великой Отечественной войне.

Интерес к прошлому способствовал усилению значения музеев, особенно Комратского, Твардицкого и Бешалминского. Показательно то, что развиваются не только городские, но и сельские музеи. Именно к числу последних относится Бешалминский музей, уже доказавший свою значимость для Гагаузии и недавно открытый музей в селе Авдарма.

Руководство Автономии уделяет большое внимание распространению образа прошлого, как посредством активной издательской деятельности, а также посредством СМИ, так и путем организации  разного рода мероприятий – от узких научных конференций до масштабных Всемирных конгрессов гагаузов. Стремясь добиться включения гагаузского проекта в проект государственный, руководство Автономии прибегает к различным мерам. Большое внимание издательской деятельности уделяет ныне действующий Башкан АТО Ирина Влах. Следует отметить, что большинство болгар тяготит к гагаузам и желает включения себя в АТО. Несколько лет назад даже стоял вопрос о проведении референдума в болгарских городах и селах, но это только в перспективе будущего сотрудничества.

Гагаузы – это национальное меньшинство, проживающее рядом с моим болгарским нацменьшинством на юге Молдовы. Более достойного, более самоотдающегося и гордого  своим национальным самосознанием народа я не встречала никогда. Для них, как и для болгар, образ прошлого священен и не сравним ни с какой жизненной ценностью, особенно с материальной.

Образ прошлого, выступающий в роли памяти об истории, определяющий значение исторических событий в контексте национальной истории, содержащий обоснование исторических миссий народа, составляет основу общественного сознания, обеспечивая возможность самоидентификации как отдельной личности, так и общества в целом. Основой для формирования целостной картины мира настоящего служит образ прошлого,  целью которого является создание адекватного отражения прошлого, которое служит движущей силой в идее сохранения своей национальной принадлежности. 

Библиографический список:

1. Андерсон Б.Воображаемые сообщества.Размышления об истоках и распространении национализма. Москва:Канон-пресс Ц, 2001, 288 с.
2. Анкерсмит Ф.Р. Возвышенный исторический опыт. Москва:Европа, 2007,612 с.
3. Бауман З. Текучая современность. Спб: «Питер», 2008, 240 с.
4. Бырлэдяну В. От Бессарабии к Республике Молдова: паттерны пограничной идентичности в дискурсе осмысления пространства//Республика Молдова в контексте воображаемых и действительных границ (Паттерны пограничной идентичности) Вильнюс: ЕГУ, 2010, с.7-41
5. Лотман Ю.М. Возможна ли историческая наука и в чем ее функция. В: Семиосфера, Спб: «Искуство-Спб», 2010, с.385-389
6. Нора П. Между памятью и историей. Проблематика мест памяти. В: Франция-память.Спб:Изд-во С- Петерб. Ун-та,1999, с. 17-51
7. Папцова Алла. Образ прошлого как социокультурный капитал этнорегионального развития.//Conferinţa ştiinţifică internаţională „Politica de stat faţă de minorităţile naţionale şi securitatea în bazinul Mării Negre” / «Государственная политика в отношении нацменьшинств и безопасность Черноморского региона» (Chişinău / Comrat, 12-13 mai 2014) .Кишинев.2014, с.99-103
8. Папцова А.К.Образ прошлого как фактор формирования системы идентичностей.//655-летию молдавской государственности посвящается. Исполнительный Комитет Гагаузии, Народное Собрание Гагаузии, Науч.-исслед. Центр. Гагаузии им. М. В. Маруневич; редкол.: Палачор Д.Г. [и др.] ; гл. ред.: Пашалы П.М. – Комрат: Б. и., 2014 (Tipogr. «ELAN POLIGRAF»). С.169-181
9. Чакир Д. Биографический очерк рода и фамилии Чакир//Страницы истории и литературы гагаузов XIX – начала ХХ вв. Кишинев:Pontos.2005, с.25-56.
10. Чакир М. История гагаузов Бесарабии. //Страницы истории и литературы гагаузов XIX – начала ХХ века. Кишинев:Pontos, 2005, с.80-108.
11. Шорников П.М. Молдавская самобытность. Тирасполь: Изд-тво Приднестровского университета, 2007, 400 с.
12. Элиаде М.Космос и история. Москва: Прогресс,1987 312 с.




Рецензии:

17.11.2015, 18:19 Ковалева Светлана Викторовна
Рецензия: Статья познавательная, интересная, заслуживает внимания исследователей. Написана грамотно. Единственное замечание: в отдельных местах статьи автор излагает информацию от 1-ого лица единственного числа. Это не совсем корректно, тем более, что указан научный руководитель проекта. Надо исправить: либо сделав предложения безличными, либо переделав на множественное число. Если устранить эти формальные замечания, то статья рекомендуется к публикации.

17.11.2015 18:18 Ответ на рецензию автора Славова Галина Олеговна:
Спасибо Вам большое!

27.11.2015, 1:28 Колесникова Галина Ивановна
Рецензия: Стать интересна, обширна, присутствуют авторская позиция.по поводу замечаний полностью присоединяюсь к моему коллеге: привести в соответствие с квалификационными требованиями. после этого статья может быть рекомендована к публикации

21.09.2016, 13:09 Назаров Равшан Ринатович
Рецензия: Статья очень интересная и информативно насыщенная, хотя и не бесспорная. Явно видно, что автор стремится к философским обобщениям, что у него (у неё) в общем получается. Однако с историко-этнографической точки зрения есть ошибки, и даже очень серьезные. Почему гагаузы не отделяли себя от болгар, а потом вдруг ни с того ни с его начали? Спорен тезис о "непреклонности" - в Болгарии и Румынии до сих пор живут "помаки" - потомки принявших ислам болгар. Потомки принявших ислам гагаузов давно слились с турками, и это факт. Спорен момент по поводу границ Болгарии, хотя конечно, Болгария может иметь исторические претензии на Добруджу, Македонию и т.д. Неполиткорректно говорить о "жестоких турках" (хотя это и правда), не очень политкорректно говорить о гагаузах как о самом достойном народе (хотя он безусловно этого достоин!), и вообще в научных статьях не следует использовать публицистические обороты.



Комментарии пользователей:

18.11.2015, 21:01 Ульянова Юлия Семеновна
Отзыв: Адибекян Оганес Александрович. Статья Славовой Галины Олеговны показывает современное жизненное значение исторических сведений о собственном народе, дает исторические сведения о гагаузах, которые влились в народ Болгарский. Работа читается легко, построена логично, с известными сведениями сочетаются оценки автора, если не новые сведения. Претензий к содержанию, построению работы претензий нет. Публиковать можно. Но хотелось бы знать, почему гагаузы ушли с Тюркской территории, ведь у них, как указано, тот же тюркский язык. Стоит одной строчкой сообщить об этом читателю.


Оставить комментарий


 
 

Вверх