Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Вакпрофи. Публикация статей ВАК, Scopus
Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №56 (апрель) 2018
Разделы: История
Размещена 25.04.2018.

ВЗГЛЯДЫ К. ПОБЕДОНОСЦЕВА НА САМОДЕРЖАВНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX – НАЧАЛА XX ВЕКА

Андрияш Виктория Ивановна

доктор наук государственного управления, профессор

Черноморский национальный университет имени Петра Могилы Евтушенко

преподаватель

Евтушенко Александр Никифорович, доктор политических наук, профессор, Институт государственного управления, Черноморский национальный университет имени Петра Могилы


Аннотация:
В статье рассматриваются основные взгляды К. Победоносцева на особенности государственного управления в Российской империи конца 19 – начала 20 вв., его проекты, мысли, деятельность в период реформ государственного управления, могут быть ключом к пониманию содержания современных реформ в Украине и России. Тем более, что консервативная идеология в отличие от либеральной всегда обусловлена национальными особенностями, основанная на приверженности традициям и является фактором стабилизации общества, стремление к сохранению тех основ и ценностей, которые могли бы способствовать обеспечению его устойчивости.


Abstract:
The article deals with the basic views of K. Pobedonostsev on the features of public administration in the Russian Empire in the late 19th – and early 20th centuries, his projects, thoughts, activities during the period of public administration reform, can be a key to understanding the content of contemporary reforms in Ukraine and Russia. Especially because the conservative ideology, in contrast to the liberal always due to national characteristics, based on the commitment to tradition and is a factor in the stabilization of society, the desire to preserve the principles and values that could contribute to its sustainability.


Ключевые слова:
государственное управление; реформы; консервативная идеология; самодержавное государственное управление; консерватизм; местное самоуправление

Keywords:
governance; reform; conservative ideology; autocratic governance; conservatism; local self-government


УДК 35:001.89

Проблема концептуального осмысления феномена самодержавного государственного управления и его исторического становления появилась не сегодня и не была «импортирована» из-за рубежа. Источники самодержавного государственного управления идут в далекое прошлое. Проблема актуальна и потому, что рассматривает самодержавное государственное управление во взглядах представителя русской консервативной мысли К. Победоносцева, особенности его проектов, мыслей, деятельности в период реформ государственного управления, которые могут быть ключом к пониманию содержания современных реформ в Украине и России. Тем более что консервативная идеология, в отличие от либеральной, всегда была обусловлена национальными особенностями, основывалась на приверженности традициям и являлась фактором стабилизации общества, стремлением сохранить те основы и ценности, которые будут способствовать обеспечению её устойчивости. Ведь период рубежа XIX-XX вв. и современности имеет подобные проявления, а именно: все больше утверждается индивидуализм и релятивизм, меняются духовные традиции, усугубляется девальвация исторически сложившихся типов поведения. В этой связи взгляды К. Победоносцева, кроме чисто научного интереса, имеют практический интерес, поскольку могут быть основой для более глубокого понимания проблем современной эпохи.

Целью статьи является изучение взглядов К. Победоносцева на необходимость сохранения самодержавного государственного управления в Российской империи во второй половине XІX – начала XX века.

21 мая (02 июня) 1827 в Москве в семье профессора Императорского Московского университета родился Константин Петрович Победоносцев, который впоследствии стал российским государственным деятелем, ученым-правоведом, публицистом, действительным тайным советником, обер-прокурором Святейшего Синода, основателем Свято-Владимирской учительской школы, членом государственного Совета Российской империи, профессором в Московском, Петербургском, Казанском, Киевском и Юрьевском университетах, Петербургской, Московской, Киевской и Казанской духовных академий, почетным членом Парижской Академии Наук; основателем системы церковноприходских школ, народных и реальных училищ в России.

Именно К. Победоносцев был одним из тех, кому удалось наиболее полно олицетворять идеологию и политику российского самодержавия в 1870-1890-е гг. В частности, во время царствования его бывшего воспитанника Александра III (1881-1894 г.) – периода, когда обер-прокурор находился при власти и на практике пытался воплощать собственные идеи о необходимости формирования «правильно устроенного государства». В начале 1860-х годов К. Победоносцев был участником подготовки новых судебных уставов, которые определили содержание одних из самых смелых преобразований Александра II. Как большой специалист и умелый педагог он принимал участие в воспитании будущих императоров Александра III и Николая II. Как консерватор (отстаивает ценности традиционной, сложившейся основы общественной жизни) К. Победоносцев был монархистом, то есть сторонником самодержавия, или соборной монархии, а потому и выступал за сохранение незыблемости монархии. По его мнению, власть самодержца – в первую очередь есть огромной личной ответственностью монарха перед Богом, «власть существует не только для себя, она существует ради Бога, и есть служением, на которое обречен человек… Дело власти является делом непрерывного служения, а потому, по сути – делом самопожертвования» [13, с. 426-427]. Власть монарха, считал он, является основой государства, а потому неприкосновенной, это жертва, принесенная во имя Родины. Управляя государством – необходимо быть государственным человеком, то есть «не утешаться собственным величием, не веселиться имеющимися удобствами, а приносить себя в жертву тому делу, которому служишь, отдавать себя работе, что сжигает человека» [12, с. 207].

Власть самодержца по мнению К. Победоносцева «не является привилегией, не является простым сосредоточением человеческой власти, а есть трудным подвигом, великим служением, верхом человеческой самоотверженности, крестом, а не наслаждением», она не может никем ограничиваться, «потому что любое ограничение власти царя людьми приведет к освобождению его от ответа перед собственной совестью и Богом. Окруженный ограничениями, царь уже не будет подчинятся правде, а только тем или иным интересам, той или иной земной силе» [22, с. 531-532].

По собственным взглядам К. Победоносцев придерживался консерватизма, для которого было присущим наличие культа мощного государства, огромная роль в котором принадлежала церкви, армии, семьи, то есть тем общественным институтам, которые являлись основными проводниками и хранителями традиций. Кроме того, консерваторы выступали ярыми поборниками моральных традиций, патриотизма, а также защитниками традиционной культуры [9, с. 100].

Например, С. Перевезенцев считал, что: «консерватизм является системой взглядов, которая отстаивает и охраняет традиционный церковный, государственный и общественный порядок, в противовес либерализма, требует прогрессивных модернизаций и реформ» [10, с. 588]. Среди консервативных мыслителей XIX-XX века А. Карцев, выделяет «консерваторов-охранителей» как К. Победоносцев и М. Катков, которые «выступали против каких бы то ни было серьезных изменений, считая, что любые новации могут привести только к ухудшению состояние общества и государства, но считали невозможным полное возвращение к дореформенным порядкам» [6, с. 12].

Государство, по мнению К. Победоносцева, является неповторимым организмом с присущими ему формами и духовностью, а душой российского самодержавия считал православие. Будучи обер-прокурором Синода К. Победоносцев своей главной задачей для укрепления всего российского государственного строя считал защиту интересов православной церкви [25, р. 175]. Кроме того он считал, что народ должен доверять власти во всем, как ребенок доверяет своим родителям. Как следствие консерватор представлял Россию своеобразной большой «семьей», в которой присутствует абсолютный отеческий авторитет власти и полная покорность ей народа. Он считал, что сущностью самодержавной власти является наличие огромной личной ответственности монарха перед Богом, жертвы, принесенной во имя Родины [19, с. 81].

Однако система взглядов К. Победоносцева не исчерпывается понятием «консерватизм» под которым понимается «установка на сохранение существующих институтов» [8, с. 105]. Как и все российские консерваторы в отличие от своих зарубежных коллег, он был монархистом, то есть сторонником самодержавия или соборной монархии. В отличие от либералов, которые выступали за разделение властей (законодательная, исполнительная, судебная), он и другие российские представители консерватизма допускали возможность независимого существования власти государства (император), Церкви и Земли (местное самоуправление) [7].

До начала Великих реформ стремление к преобразованиям у К. Победоносцева сводилось исключительно к разным попыткам проведения внутриведомственной оптимизации, а не возможности допуска общественности к тому, что составляло исключительную бюрократическую сферу компетенции. Наличие аналогичного реформизма – как стремления сделать государственную жизнь более эффективной – характерно для большинства консервативных мыслителей, которые были уже сформированными личностями во время воцарения Александра ІІ на престол. Поэтому и К. Победоносцев не стал исключением [15, с. 125].

Заметим, что К. Победоносцев считал, что политический строй России, возникший как результат проведения реформ Петром І, не требует радикальных изменений, а лишь постепенных, эволюционных изменений, направленных на то, чтобы улучшить качество законов, их выполнение, повысить нравственность самых широких слоев населения, и одновременно усилить роль православия в жизни общества. При этом будучи государственным деятелем и мыслителем К. Победоносцев в начале 80-х годов решительно выступил против идей конституционализма, парламентаризма, созыва Земского собора, которые пользовались большой популярностью в правительственных кругах и среди образованной части общества. Идеи ограничения Российского самодержавия, принятие конституции он называл «сумасшедшими стремлениями».

Он называет парламентаризм «большой ложью нашего времени», потому что парламент совершенно не выражает волю и интересы народа, а подавляющая масса народа абсолютно не компетентна в политических вопросах, которые являются наиболее сложными. На парламентских выборах избиратели отдают свои голоса совсем не самым образованным и честным. На выборах побеждает наличие «смелости, самоуверенности в соединении с ораторством и даже некой пошлостью, которые нередко действуют на массу» [14, с. 104]. «Выборы – дело искусства, что, подобно военному искусству, имеет свою стратегию и тактику» [18, с. 445]. «Выбор должен бы падать на разумных и способных, а в действительности падает на тех, кто нахальнее суется вперед» [18, с. 446].

Относительно парламента то он воспринимался как учреждение, служащие для удовлетворения личного честолюбия, тщеславия и интересов представителей. К. Победоносцев считал, что испытывая на протяжении веков гнет самовластия при единоличном и олигархическом правлении и не замечая, что пороки единовластия являются пороками самого общества, которое живет под ним – люди науки и разума возложили всю вину за действия на своих обладателей и на форму управления и убедили себя, что перемена этой формы на форму народовластия или представительного правления – то общество сможет избавится от своих бедствий и от терпимого насилия [18, с. 442].

Также он утверждал, что народные представители, попав в парламент, используя популизм и деньги, «и руководствуются лишь собственным произвольным усмотрением», однако, как правило, руководствуются указаниями лидера парламентской партии, к которой принадлежат, при рассмотрении наиболее важных вопросов. Именно поэтому система образования правительства на парламентских и партийных началах приводит к тому, что «министры в действительности своей являются самовластными; и скорее именно они насилуют парламент, нежели парламент насилует их» [14, с. 100].

По мнению К. Победоносцева все преимущества демократии имеют фиктивный характер. Наличие всеобщего избирательного права приводит к дроблению политических возможностей отдельно взятых людей к ничтожно малым величинам, в следствие чего они легко становятся жертвами демагогов. Европейский опыт показывает, что во времена демократии «правителями, в первую очередь, становятся ловкие подбиратели голосов, которые имеют своих сторонников, а также механики, которые очень искусно орудуют закулисными пружинами, что приводит в движение кукол в период демократических выборов». Обер-прокурор считал, что преимущества самодержавия в том, что неограниченный монарх действительно независим и всегда имеет возможность призвать к руководству государственных людей, которые «просветленны высокой идеей и глубокими знаниями». Также он считал, что таких государственных людей меньшинство в обществе, однако именно оно (меньшинство) является более развитым и деятельным. Другое дело, когда желающим попасть на высокие должности приходится апеллировать к мнению большинства: «расширение выборного начала приводит к принижению государственной мысли и вульгаризации мнения среди массы избирателей» [13, с. 278].

Кроме того К. Победоносцев критиковал демократический строй, так как не видел в нем ничего положительного. Он писал, что «демократия есть неотделимой от коррупции и усиленной бюрократизации, потому что всегда победители торопятся укрепить себя при помощи раздачи должностей, и вместе с тем число должностей постоянно увеличивается, однако не на пользу, а для обременения народа» [13, с. 282].

У К. Победоносцева и Ф. Достоевского, была одна общая черта политических взглядов, а именно чувство отвращения к демократическому устройству христианского государства, что вызвало у них и неприятие частных проявлений демократизма, неестественные для нее демократические институты (суд присяжных, например) [3, с. 305].

Горький исторический опыт показывает, писал К. Победоносцев, что демократы, как только получают власть в свои руки, сразу же превращаются в тех же бюрократов, на которых когда-то настолько сильно возмущались, становятся такими же распорядителями жизни народа, которые смещены от народной жизни, но не только не лучшими, а даже наоборот, еще и худшими чем были прежние чиновники.

«Сколько уже существует человечество, оно так и не перестало страдать то от власти, то от безвластия. Наличие насилия, злоупотреблений, безумия, своекорыстия власти поднимают мятежи. Разочаровавшись в идеалах власти, люди начинают мечтать о том, что ее не будет, а на ее месте будет слово закона». Однако К. Победоносцев утверждал, что «такие мечты напрасны: возникающие во множестве во имя закона самовластные союзы приводят к борьбе за власть, а раздробление власти приводит к насилию, которое еще хуже прежнего. Бедное человечество в поисках лучшего устройства носится точно по волнам безбрежного океана, в котором бездна призывает бездну, кормила нет – и не выдать пристани» [18, с. 423].

В апреле 1880 К. Победоносцева было назначено обер-прокурором Святейшего Синода; 28 октября того же года – он стал членом Комитета министров, что стало беспрецедентным на то время формальным повышением статуса обер-прокурорской должности. После совершения убийства Александра II, во время речи в Государственном Совете 8 марта 1881 К. Победоносцев выступил с резким осуждением проекта М. Лорис-Меликова, который предусматривал создание при Государственном Совете представительного органа, создание конституционной монархии в России, и государь Александр III поддержал своего обер-прокурора [23, с.160]. К. Победоносцев вместо перестройки учреждений предлагал классический для российского консерватизма путь перестройки внутреннего мира человека через Церковь.

Кроме того К. Победоносцев в течение четверти века упорно боролся против всех попыток либерализации правительственной политики. «Он знал только «идею», которой и служил до гробовой доски» [17, с. 13]. Можно согласиться с авторами новейших исследований Е. Тимошиной, И. Иванникова, что взгляды и идейное влияние К. Победоносцева на последних российских императоров помогли предотвратить русскую революцию в начале 80-х XIX в. и отстрочить её почти на 40 лет [4].

Заметим, что К. Победоносцев был против славянофильского проекта созыва Земского собора, который предложил министр внутренних дел Н. Игнатьев, потому что считал его более опасным, чем проект М. Лорис-Меликова [2, с. 412].

«Есть эпохи, – утверждал К. Победоносцев, – когда преобразовании являются назревшим плодом общественного развития, выражением потребности, всеми испытывающей необходимости развязки узлов, веками сплетенных в общественные отношения; преобразователь является пророком, что изрекает слово общественной совести и осуществляет мнение, что все в себе носят» [14, с. 154].

Большое влияние на формирование К. Победоносцева як убежденного консерватора оказали противоречия пореформенного развития и подъем революционного движения. Кроме того, будучи глубоко религиозным человеком, он полностью разделял положения о высшем назначении государственной власти как орудии божественного домостроительства. Именно подчинение власти создает условия для реализации порядка, начало которого, К. Победоносцев видел в Божьем промысле, поэтому он считал, что отказываться от подчинения власти – значит совершать тяжкий грех, однако и пребывание во власти требует «полного понимания ее сакральной природы» [5, с. 220]. От носителей власти нужно наличие высокой нравственности и непрерывного самопожертвования [11, с. 23].

Можно согласиться с исследователями, что консерватизм конца XIX – начала XX в. – это защитная реакция государственников на угрозы самодержавию и общественные катаклизмы (убийство Александра II, покушение на Александра III, террористические атаки на государственных деятелей, народные волнения, свободомыслие и т.п.) [1, с. 12].

Кроме того К. Победоносцев выступал и поддерживал необходимость проведения контрреформ местного самоуправления: выступал с критикой бессословности, выборного начала, обособленности от правительственных учреждений, дублирования функций, отсутствия контроля и налогового произвола земств. Также поддерживал проект А. Пазухина – Д. Толстого о необходимости надзора за местными властями, однако скептически относился к идеям института земских начальников. Отметим, что по некоторым вопросам К. Победоносцев занимал даже более реакционную позицию, чем Д. Толстой, однако в главных вопросах оставался непреклонным: выступал против замены выборных управ, назначения помещиков гласными вне выборной системы, сокращения полномочий МВД, хотя поддерживал идею определенной свободы в местных делах, которой, по его мнению, не следовало опасаться. Кроме того он выступал за сохранение определенных привилегий для дворян, не будучи выразителем их интересов в целом. Он был категорически против наличия у дворян права на самостоятельную политическую роль, считая, что они, как и другие сословия, нуждаются в обуздании [20, с. 19].

«Остерегись же, очнись, восторженный почитатель изменения и преобразований! Подумал ли ты, что значит обычай в жизни человечества, как странно все наше знание, вся наша практика ... Смотри – разрушая ложь, не заменяешь ли ты ее новой ложью, новой ложью ... Если так, – последние в тебя будут хуже первых» [14, с. 198].

Заметим, что К. Победоносцев почувствовал, понял, что в определенный момент Россия перешла ту черту, за которой политическими реформами, простыми изменением государственно-правовых форм (на чем фактически и настаивала либеральная интеллигенция) можно было решить проблемы бюрократизации, взяточничества, пренебрежения власти народными интересами, нищеты большинства населения. Эти проблемы, имея внешне выраженный политический, экономический, социальный характер, были следствием, в конечном итоге, морально-религиозной деформации, которая поразила сознание всех слоев российского общества. Все очевиднее становилось ослабление веры не только в образованной части общества, но и в самых широких масс народа. Вирус безверия, морального разложения имел во многом привнесенное извне, западное происхождение. В этих условиях реформы, ориентированные на внешние, формально-юридические (опять же заимствованы в той же Европы), изменения, не основаны на духовно-нравственных изменениях общественного сознания, привели бы только к отрицательным результатам. Любые формы народного представительства открыли бы доступ к власти либеральным элементам, априори враждебно настроенным к российскому самодержавию. Вместо выразителя народной мысли и интереса, политического помощника престол получил бы смертельного врага [23, с. 161].

В свое время К. Победоносцев считал, что Россия по природе своей обречена на доминирование консервативного начала. В отличие от других стран она не может себе позволить вольницу, независимость ни отдельного человека, ни состояния, ни церкви, ни общества в целом. А религия православия является важным государственно-образующим обстоятельством. К. Победоносцев стал серьезным препятствием на пути распространения религиозной реформации и политической революции. Это и стало причиной резко негативного отношения к нему в советской и части постсоветской историографии [21, с. 3].

Но в этом и есть сила традиционализма, поскольку консервативные ценности своими корнями глубоко уходят в бессознательное (коллективное и индивидуальное), способствуют воспроизведению жизненно необходимых и проверенных историей образцов поведения. К. Победоносцев так описывал внутреннюю силу традиционалистского мировоззрения: «старое учреждение тем драгоценное и незаменимо, что оно не было просто придумано, а было создано жизнью, вышло из жизни прошлой, истории, и освящено в народной мысли именно тем авторитетом, который дает только история. Ничем другим нельзя заменить этот авторитет, так как корни его в той части бытия, где прочнее всего происходит связывание и глубокое утверждение нравственных уз, а именно в бессознательной части бытия… массой усваиваются идеи только при помощи непосредственного чувства, которое воспитывается, утверждается в ней не иначе, как самой историей, передаваясь из поколения в поколение, из поколения в поколение. Разрушить этот перевод возможно, однако нельзя его по произволу восстановить» [24, с. 643-644].

Итак, деятельность и мысли К. Победоносцева показывают, что его пугала либерализация, европеизация есть подражание европейских порядков, так как открывала доступ к власти либеральным элементам, априори враждебно настроенным к российскому самодержавию. Поэтому он выступал за консервативные подходы в решении общественных и политических проблем, считая, что невозможно учредить систему государственной власти основанную на идее либерализма, парламентской или представительной демократии Запада. Защищающие всю свою жизнь самодержавие, монархический абсолютизм, он защищал и общинные основания российского общественного устройства. Нужно согласится, что К. Победоносцев был прав, политическими реформами, невозможно решить проблемы бюрократизации, взяточничества, пренебрежения власти народными интересами, нищеты большинства населения, потому что это следствие нравственно-религиозной деформации, которая поразила сознание всех слоев российского общества.

Библиографический список:

1. Васильев А.А. История русской охранительной политико-правовой мысли (VII-XX вв.) / Васильев А.А., Серегин А.В. – М.: «Юрлитинформ», 2011. – 450 с.
2. Глинский Б.Б. Константин Петрович Победоносцев // К.П. Победоносцев: pro et contra. – СПб., 1996. – С. 412-413.
3. Диакон Димитрий Пашков. К.П.Победоносцев и Ф.М.Достоевский. – С. 299-317.
4. Иванников И.А. Проблема формы российского государства в истории русской политико-правовой мысли второй половины XIX – середины XX веков: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук / Иванников И.А. – Саратов, 2000. – 43 c.
5. Карпачев М. Д. Альтернативы русской консервативной бюрократии конца XIX века. / М. Д. Карпачев // Логос. – 2005. – № 4. – С. 200-210.
6. Карцов А.С. Правовая идеология русского консерватизма /А.С.Карцов. – М.: Издательство «Центр издательских и учебных программ», 1999. – 223 с
7. Корнев А. В. Консервативная и либеральная теории государства и права в России : XIX-начало XX вв. : автореферат дис. ... доктора юридических наук : 12.00.01 / Акад. упр. МВД РФ. – М., 2004. – 37 c.
8. Политическая наука: Либерализм, консерватизм, марксизм : сборник. I / проблемно-тематический сборник. - М. : [б. и.], – № 1. – 1998. – 168 с.
9. Минаков А. Ю. Особенности русского консерватизма в первой четверти XIX века. // Диалог со временем. – 2011. – Вып. 34. – С. 100-117.
10. Перевезенцев С.В. Россия. Великая судьба. / С. Перевезенцев. – М.: Белый город, 2006. – 704 с.
11. Пешков А.И. «Кто разоряет – мал во царствии Христовом...» // Победоносцев К.П. Сочинения. – СПб., 1996. – С. 23.
12. Письма Победоносцева Олександру ІІІ. – Т. І. – М., 1925. – С. 207.
13. Победоносцев К.П. Сочинения. / К.П. Победоносцев. – СПб : Наука, 1996. – 508 с.
14. Победоносцев К.П.: Pro et contra. Личность, общественно-политическая деятельность и мировоззрение Константина Победоносцева в оценке русских мыслителей и исследователей. Антология. – СПб.: Изд-во Русского Христианского гуманитарного института, 1996. – 575 с.
15. Полунов А. Ю. К.П. Победоносцев в общественно-политической и духовной жизни России / А.Ю. Полунов. – М. : РОССПЭН, 2010 . – 374 с.
16. Полунов А.Ю. Под властью обер-прокурора. Государство и церковь в эпоху Александра III. – М.: АИРО-ХХ, 1996. – 144 с.
17. Преображенский И.В. Константин Петрович Победоносцев, его жизнь и деятельность в представлении современников его кончины. – СПб., 1912. – 138 с.
18. Просвещённый консерватизм: Российские мыслители о путях развития Российской цивилизации: Политическая антология 1 Авт.-сост. Д.Н. Бакун. – М.: Грифон, 2012. – 608 с.
19. Репников А.В. Тернистые пути консерватизма в России. Общественные науки и современность. – 2002. – № 4. – С. 80-94.
20. Соловьев А.Л. Общественно-политические взгляды и государственная деятельность К.П. Победоносцева. Автореф. Істор. – Екатеринбург. 2001. – 25 с.
21. Суржик О. С. Проблемы пореформенной россии в духовно-нравственной концепции К.П. Победоносцева. Автореф. істор.– М. 2012. – 28 с.
22. Тихомиров Л. А. Критика демократии. / Вступ. статья и комментарии М. Б. Смолина. Оформление М. Ю. Зайцева. – М.: Москва, 1997. – 672 с.
23. Цыганов В.И. К.П. Победоносцев об опасностях парламентаризма в России: Власть и право // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского: Власть и право. – Нижний Новгород: Изд-во ННГУ, 2003, Вып. 2 (7). – С. 159-161.
24. Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. – М.: АНО Развитие духовности, культуры и науки. 2004. – С. 643-644.
25. Byrnes R.F. Pobedonostsev: His Life and Thought. Bloomington, London, 1968. – P. 175.




Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх