Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Научные направления
Поделиться:
Разделы: Литература, Филология
Размещена 28.04.2021. Последняя правка: 27.04.2021.
Просмотров - 77

Трансформация мотива одаривания в любовной лирике В. С. Высоцкого

Воробьева Марина Юрьевна

ГОУ ВО МО "Государственный социально-гуманитарный университет"

магистрант, методист отдела развития образования

Научный руководитель: Кулагин А. В., доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка и литературы Государственного-социально-гуманитарного университета г. Коломна


Аннотация:
Статья освещает трансформацию мотива одаривания возлюбленной в процессе эволюции любовной лирики В. С. Высоцкого. Наибольшее внимание уделено анализу песен двух поздних периодов творчества барда.


Abstract:
The article represents the transformation of the motive of gifting a beloved woman in the process of evolution of V.S.Vysotsky's love lyrics. The main attention is paid to the analysis of the songs of the two later periods of the bard's work.


Ключевые слова:
авторская песня; барды; В.С. Высоцкий; любовная лирика; мотив одаривания; трансформация; эволюция

Keywords:
bard song; bards; V.S. Vysotsky; love lyrics; gifting motive; transformation; evolution


УДК 82-14

Давно известно, что лирика способна наиболее глубоко воздействовать на человека: читая лирическое произведение, он может не знать предыстории, не видеть истоков чувств, их причин, в стихотворении могут вообще отсутствовать какие бы то ни было действия героев, видно лишь движение их душ, причем ощущения передаются автором таким образом, чтобы эмоционально затронуть, вовлечь читателя в сферу лирических переживаний. Это свойство литературного рода позволяет говорить о большом педагогическом потенциале изучения лирических произведений на уроках литературы и внеурочных занятиях в школе. Это, в свою очередь, изначально придает актуальность теме нашей статьи.

В первую очередь, занимаясь разработками в области филологии (да и не только), каждый исследователь должен думать о последующих поколениях, о том, что будет оставлено потомкам. Конечно же, ребята, сидящие за школьными партами, достойны того, чтобы получать новые современные знания. Мир меняется с небывалой быстротой, поэтому необходимы новые имена в поэзии, новые судьбы, чтобы говорить о них с учениками на уроках литературы. И выбирать следует лучших из лучших, тех, кто сможет увлечь даже современного подростка. Возможность проследить вместе с учениками этапы развития, трансформации конкретно любовной лирики позволит учителю охватить широкий круг явлений в творчестве поэта, связать вехи его жизни с качественными изменениями в творчестве, показать искренность и сердечность бардовской песни Высоцкого, ее глубокое содержание.

В процессе своего становления творчество каждого поэта и писателя проходит определенные вехи, то есть ему присуща эволюция: стилевая, жанровая, эволюция мотивов и образов. В.С. Высоцкий не исключение: в его случае можно говорить о масштабной творческой эволюции, что стало основой для диссертационной работы исследователя-высоцковеда А.В. Кулагина «Эволюция литературного творчества В.С. Высоцкого» и для трех изданий монографии той же тематики. Тема нашей статьи напрямую генетически связана с работами Анатолия Валентиновича и продолжает его традицию.

В зависимости от этапа творчества поэта, стихотворения сильно различаются между собой, образ женщины, возлюбленной, жены подвержен в лирике Высоцкого серьезной трансформации с течением времени. Но происходящая эволюция не заставляет полностью исчезнуть все, что было наработано ранее, оно проглядывает сквозь новые очертания. И в нашей статье мы попытаемся доказать это на примере трансформации мотива одаривания возлюбленной.

Творчество первого периода интересно тем, что В.С. Высоцкий обращается к образу маленького человека, человека из маргинальной среды, которого нельзя назвать положительным героем, при этом говорит от его лица. Интерес барда к уличному, «блатному» фольклору продиктован был теми условиями жизни, теми реалиями, в которых существовало послевоенное общество. Люди устали слушать то, что до́лжно, наступил момент перелома сознания, когда истина, так долго подвергавшаяся замалчиванию, вышла на поверхность. Общество желает видеть правду, а творчество, как способ отражения жизни, должно соответствовать этим запросам. Поэтому даже «интеллигенция поет блатные песни», как выразился поэт Евгений Евтушенко. Кроме того, в Москве на улицах было много шпаны, подросткам из компании Высоцкого приходилось часто сталкиваться с людьми из уголовного мира. Подобные встречи обернутся для поэта «отменным знанием мира «улицы», нравов, повадок, лексики его обитателей, а также обостренным чувством справедливости» [9, с. 5].

Высоцкий перенимает некий образец, трафарет, по которому будет выстраивать собственные подражания, пародии и стилизации. Почти все поэты начинали свой путь с подражания, и очень часто именно фольклор, как выразитель общенационального, становился отправной точкой. Сила таланта художника слова в том и состоит, чтобы самосовершенствоваться, вырастая из форм и тем, предложенных фольклором, глубоко их переосмысливать, поднимать на качественно новый уровень.

В описании характеров героев-уголовников проглядывают черты будущих персонажей лирики Высоцкого, рыцарей, бросающихся в омут с головой, готовых на подвиги ради любви. Разница между этими типами героев велика, ведь если говорить о маргинальном типе, то естественным будет воспринимать его образ мыслей в неразрывной связи со средой, его породившей, следовательно, «рыцарство», ему присущее, базируется на других понятиях. Герой может, конечно, «жистью» [1, с. 18] рисковать, но это только по случайному стечению обстоятельств, и Высоцкий в песне «У тебя глаза – как нож» иронизирует, используя такую фразу. Мысли героев-маргиналов более низменны, хотя движут ими искренние стремления. Как правило, такой персонаж хочет обеспечить своей женщине богатую жизнь или хотя бы подарить ей добытые блага из материальной сферы жизни, которые бы возвысили избранницу в глазах окружающих: одежду, драгоценные украшения, дорогие духи. Во многих из тех песен, которые ранее были упомянуты, можно найти такие примеры: «Самое красивое – на твои бока» [1, с. 11], «на тебя, отраву, деньги словно с неба сыпались...» [1, с. 11], «…я души в тебе не чаю, // Для тебя готов я днем и ночью воровать» [1, с. 15], «…я духи ей купил! – // Французские, братцы, за тридцать четыре семнадцать» [1, с. 31], «одел, обул и вытащил из грязи» [1, с. 39], «Я б для тебя украл весь небосвод // И две звезды Кремлевские в придачу…» [1, с. 39], «…подарю тебе Большой театр // И Малую спортивную арену…» [1, с. 39], «Ну а ей – в подарок нужно кольца; // Кабаки, духи из первых рук…» [1, с. 41], «Я икрою ей булки намазывал, // Деньги просто рекою текли…» [1, с. 51].

Такие посулы выглядят зачастую иронично, если учитывать, что исходят они от героя-маргинала, но мотив некого сокровища, которое готов отыскать и подарить возлюбленной герой, будет использован Высоцким и в позднейшие периоды творчества, пройдет трансформацию временем и творческое переосмысление.

Примерно с середины 1960-х годов диапазон творчества Высоцкого расширяется. Увеличивается количество тем, волнующих автора. Бард описывает судьбы очень разных людей, живущих на просторах СССР. Творчество его охватывает огромное количество профессий, постепенно приобретая энциклопедические черты, так как способность к перевоплощению, так называемый протеизм, позволяет поэту достоверно вжиться в роль любого человека, к которому он испытывает творческий интерес.

В песне 1973 года «Диалог у телевизора» мы видим двоих героев, Ваню и Зину, это обычные советские люди. Они смотрят по телевизору цирковое представление, по ходу успевая комментировать выступления. Зина всегда начинает с комментария, а завершает его, упоминая какие-нибудь важные для нее мелочи из жизни, пытаясь вызвать партнера по просмотру на диалог. Но ее муж включается в предложенный диалог только чтобы раскритиковать женщину, оправдаться перед ней или в свою очередь на что-то попенять. Здесь мы наблюдаем пример полного равнодушия к точке зрения оппонента, неумения слышать его, желания отстраниться от той ситуации, которая складывается дома, а если точнее, нежелание мириться с проблемами спутника, «перетягивание одеяла на себя». В сложившихся отношениях виноваты оба, не желая слушать друг друга, они усугубляют и так сложную ситуацию. Зина, пытаясь растормошить мужа, причитает, увидев на экране красивую маечку:

 

В конце квартала – правда, Вань, –

Ты мне такую же сваргань…

Ну что «отстань», опять «отстань», –

Обидно, Вань! [1, с. 276]

 

А пассивный пьющий мужчина, не желающий никуда выходить лишний раз из дома, который, если не пьян, то кричит на жену, на деле имеет причины быть таким раздражительным:

 

– Ты, Зин, на грубость нарываешься,

Все, Зин, обидеть норовишь!

Тут за день так накувыркаешься…

Придешь домой – там ты сидишь! [1, с. 277]

 

Герою настолько невыносима необходимость слушать жену с ее претензиями после долгого трудового дня, когда хочется только тишины и покоя, что он выбирает поход в магазин, в котором всегда найдется компания друзей для застолья. Бард поет о типичной советской семье, но ситуация эта отвратительна в своей сути: не понимая друг друга и даже не стремясь услышать, двое людей постепенно становятся ненавистны друг другу, копят обиды из года в год, превращаясь в чужаков. И эта мелочная обида женщины из-за какой-то маечки перестает казаться такой уж мелочной: отказ от таких мелочей (из которых и складывается вся жизнь) в отношениях равносилен абсолютному равнодушию героя к своей жене. Мотив одаривания в данной песне дан с отрицательным значением.

Следующий период творчества В.С. Высоцкого – автобиографический. Песня «Дом хрустальный» была написана бардом в 1967 году, спустя недолгий срок после знакомства с Мариной Влади. Герой готов ради возлюбленной построить целый дворец, точнее сказать, «дом хрустальный»:

 

Если я богат, как царь морской,

Крикни только мне: «Лови блесну!»,

Мир подводный и надводный свой,

Не задумываясь, выплесну!

 

Дом хрустальный на горе – для неё,

Сам, как пёс, бы так и рос в цепи.

Родники мои серебряные,

Золотые мои россыпи! [1, с. 118]

 

Образ хрустального дома на горе восходит сразу к двум прообразам:

1)Из европейской традиции в творчество Высоцкого перекочевал образ дворца, в котором живет принцесса;

2) Из русской старины пришел образ церкви, которая ставилась на возвышенности, как путеводный маяк, который всем должен быть виден издалека, чтобы спасать души людей.

Кроме того, можно задуматься о том, почему же дом, который предназначается возлюбленной, именно хрустальный. Кажется наиболее очевидной перекличка с выражениями «замки на песке», «хрустальная мечта» и прочими, смысл которых сводится к несбыточности загаданного, его зыбкости. Такая трактовка образа вполне совпадает с пониманием ситуации, сложившейся на тот момент в личной жизни автора. И пусть нельзя все образы и мотивы лирики Высоцкого сводить к его внутренним переживаниям, но зачастую эта связь очевидна.

Мотив одаривания в данной песне представлен не только образом хрустального дома, но и серебряных родников и золотых россыпей, которые, по всей видимости, олицетворяют сокровища души героя, его способности, все, что только у него и в нем самом присутствует хорошего. Он готов все это положить к ногам своей любимой, самому же остаться псом у ее ноги, прикованным цепью к своей конуре. Для себя ему не нужно ничего, только чтобы возлюбленная была награждена как подобает.

Следующая песня, «Здесь лапы у елей дрожат на весу…», написана в момент, когда чувства между Влади и Высоцким приходят к некоему пиковому состоянию. Первого декабря 1970 года пара наконец оформит отношения официально. Это, конечно же, не могло не сказаться на эмоциональной составляющей песни: она передает ощущение всемогущества, удали и счастливой уверенности.

Заколдованный лес, в котором живет героиня, сразу наводит на воспоминания о фильме «Колдунья», по которому Марина Влади известна всей стране. Лес волнуется, он насторожен, а кроме того, «…колдунами на тысячи лет // Укрыт от меня и от света» [1, с. 198], поэтому герою придется постараться, чтобы проникнуть туда и украсть свою возлюбленную: везде может поджидать опасность, да и сама она любит место, в котором рождена, считает, что «…прекраснее нет, // Чем лес заколдованный этот» [1, с. 198].  Но герой терпеливо ждет того мига, когда прекрасная колдунья выйдет к нему сама, согласится быть украденной, и он сможет унести ее на руках, чтобы спрятать от всего мира и видеть только самому. Конечно, хотелось бы забрать свою королеву в место, достойное ее величия, но если не в прекрасный «дворец, где играют свирели» [1, с. 198], не в «светлый терем с балконом на море» [1, с. 198], то хотя бы в какой-то дом, ведь главное, что они будут вместе, а там, где они вместе, всегда рай, даже если речь идет о шалаше. В этих последних строках нашла свое отражение реальная обеспокоенность Высоцкого местом дальнейшего проживания. Пройдет немного времени, и он начнет обустраивать собственный быт, обзаведется собственным жильем. А пока лирический герой Высоцкого переживает, чтобы одарить свою невесту как положено, чтобы она жила во дворце, как настоящая принцесса его грез.

В последние годы своей жизни В.С. Высоцкий испытывает серьезные проблемы со здоровьем: углубились те, что уже были, возникли новые, и в целом его состояние продолжает ухудшаться, врачи ставят неутешительные диагнозы, но бард, вопреки всем прогнозам, продолжает жить и творить.  Этот жизненный этап для него как обратный отсчет, когда бард начинает испытывать ностальгию и тоску по детству, желание отбросить ненужные связи, иначе смотрит на жизнь и людей вокруг себя. Темы, которые возникают в любовной лирике заключительного периода творчества Высоцкого, подводят своеобразный итог всему, что поэт понял о любви и о женщинах, о ценности чувства в жизни человека, его судьбе.

Песня, «Реальней сновидения и бреда…», была написана в 1978 году для фильма по повести Б. Можаева «Падение лесного короля». В основу песни положена удэгейская легенда, в которой рассказывается о глубоком озере на вершине сопки Сангия-Мама, на дне которого лежат небесные ракушки. Если собрать их, то можно стать самым богатым человеком и сравняться по силе с богом Сангия-Мама. Герой песни Высоцкого, человек простой и много в жизни повидавший, много перенесший трудностей, хочет достать «кружки блестящие» [1, с. 360] со дна озера для своей возлюбленной, чтобы достойно одарить ее, сделать ей «ожерелие, какое у цариц» [1, с. 360]. Не выйдет с ракушками – попытается «сцарапать» [1, с. 360] с небес звезду, опять же «Алмазную да крупную – какие у цариц!» [1, с. 360]. Стремление подарить возлюбленной сокровище, которого она достойна, – это высокая романтическая цель, попытка доказать свою любовь действием. Но герой понимает, что эта цель не всегда достижимая, поэтому он готов поменять планы, намеченные маршруты, если в этом возникнет необходимость. В этой песне мы видим прямое продолжение мотива сокровища, одаривания любимой, который развивался на протяжении всех этапов творчества барда. Здесь он приобретает философский подтекст: герою мало одарить свою спутницу, сейчас он полон бескорыстного стремления достать и раздать всем людям бесценные дары, те, что будут скрашивать их жизнь:

 

Нанес бы звезд я в золоченом блюде,

Чтобы при них вам век прокоротать, –

Да вот беда – заботливые люди

Сказали: «Звезды с неба – не хватать!» [1, с. 360]

 

Тот же мотив одаривания прозвучит и в «Райских яблоках» 1978 года. Эта песня особенно интересна своим финалом. Герой, готовый к смерти, надеется быть убитым и попасть в рай, чтобы набрать в здешних садах «бледно-розовых яблок» [1, с. 374]. Но когда он до рая доезжает, оказывается, что очередь перед воротами представляет собой огромный этап. Рай – такая же тюрьма, посмертный лагерь для смирившихся душ, потому герой принимает решение все-таки набрать яблок, хоть и мороженых, для преданных друзей и жены и вернуться восвояси. Он выполняет свой план и, умирая от стрелы сторожа, отрицает саму смерть, отправляясь в обратный путь, готовый вернуться к той, что его «и из рая ждала» [1, с. 374]. Герой уверен в себе, не испытывает ни малейших сомнений в том, что ему все удастся, его ворованные кони вывезут, яблоки за пазухой оттают. Кроме того, сама смерть не становится препятствием в планах героя: дважды он отрицает ее, представляя чем-то незначительным, неспособным ему помешать. Эта удаль, готовность дважды пересечь границу смертных владений, характеризует героя как самоотверженного, рискового, смелого, с готовностью бросающегося в пучину ради достижения поставленной цели. Лирический герой в песне, безо всякого сомнения, носит автобиографические черты.

Где-то между 1970 и 1978-м годами было написано стихотворение «Вот она, вот она…». В нем ясно различимы приметы жизненных обстоятельств Высоцкого, отражены наметившиеся разногласия между бардом и Мариной Влади. Поэт рефлексирует по поводу близкого будущего и, вероятно, в предчувствии разрыва пишет следующие строки:

 

Но перестал дарить цветы он просто так, не к случаю;

Любую женщину в кафе теперь считает лучшею.

И улыбается она

Случайным людям у окна,

И привыкает засыпать одна. [1, с. 457]

 

То есть, отличительной чертой по-настоящему влюбленного человека выступает здесь желание дарить цветы просто так, без конкретной цели или повода. Это не что иное, как закрепление значения мотива одаривания за конкретной чертой, чертой влюбленности. Если человек перестает одаривать любимую женщину, это значит, что любовь прошла. Пожалуй, это можно считать своеобразным итогом, который подводит сам бард.

Итак, обобщая все вышесказанное, следует отметить, что в  статье прослеживается трансформация мотива одаривания возлюбленной. Сначала этот мотив проявляется в ранний период творчества барда и носит ироничный, пародийный характер. Те ценности, которые присущи герою маргинального типа, несоизмеримы с ценностями зрелой личности. Женщины любого класса требуют к себе внимания, богатых даров, только в этот период дары скорее являются разбойничьей добычей. Как в животном мире самец подносит самке тушу убитого оленя, так здесь мужчина все, что было украдено красивого и дорогого, отдает своей женщине. Это атрибуты роскошной жизни, за которые данный мужчина требует к себе соответствующего отношения, как минимум, преданности.

На следующем этапе развития творчества мотив также претерпевает изменения. Теперь герой Высоцкого – смелый рыцарь, готовый пасть к ногам своей избранницы, одарить ее хрустальными домами, замками, положенными ей по статусу (как ему это представляется), он готов украсть ее у всего мира, отдать все, что ему принадлежит, лишь бы сделать возлюбленную счастливой. Он чувствует, что его судьба заключается в этом служении, в этом безграничном дарении самого себя.

Последний этап творческой эволюции любовной лирики Высоцкого наиболее ярко, полно, четко отражает все грани его поэтического восприятия мира. Это период обобщений, подведения итогов жизни и творчества. Потому совсем не удивительно, что мотив одаривания возлюбленной переходит постепенно в мотив одаривания всех близких сердцу людей. Каждый, кто был рядом, кто принимал участие в судьбе героя, должен получить вознаграждение. Да и, в конце концов, все люди должны быть счастливы, а потому лирический герой готов каждому это счастье подарить. Конечно, вряд ли это осуществимо, но важна не достижимость цели, а сам порыв героя.

Одаривают того, кого искренне любят, кого возвышают над собой, перед кем преклоняются. Поэтому желание бескорыстно одарить всех на свете, будто вынуть сердце из груди, чтобы оно светило людям, как романтический порыв Данко прорывается у Высоцкого в период позднего творчества.

Изучение лирики В.С. Высоцкого обладает огромными перспективами как в литературоведческой сфере, так и в сфере методики преподавания литературы. Малая изученность бардовской песни в целом дает большой простор для научной работы, позволяет реализовать себя как исследователя в разных областях. Даная статья призвана привлечь внимание филологов к разработкам новых тем в творчестве бардов, которые позволят обогатить методическую базу, необходимую для обучения современных школьников.

Библиографический список:

1. Высоцкий В.С. Собрание сочинений в одном томе. – М.: Издательство АЛЬФА-КНИГА, 2017. – 813 с.
2. Венкьярутти Р.Ф. Владимир Высоцкий: «хулиганские» песни // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1998. – Вып. 3, т. 2. – 624 с.
3. Волкова Т.С. Сатирическое начало в песнях Владимира Высоцкого // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1998. – Вып. 3, т. 2. – 624 с.
4. Выдрина Н.А. Высоцкий в восприятии современных школьников // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 2001. – Вып. 5. – 712 с.
5. Жовтис А.Л. Разоблачение советского менталитета в ролевой сатире Галича и Высоцкого // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1998. – Вып. 3, т. 1. – 603 с.
6. Копылова Н.И. Лирический герой и герои Высоцкого на rendes-vous // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В.С. Высоцкого, 1998. – Вып. 2. – 672 с.
7. Коркина Е.В. Уроки литературы // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1998. – Вып. 3, т. 1. –603 с.
8. Крылов А.Е., Кулагин, А.В. Высоцкий как энциклопедия советской жизни: Комментарий к песням поэта. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Булат, 2010. – 384 с.
9. Кулагин А.В. Поэзия Высоцкого: Творческая эволюция – 3-е изд., переработ. – Воронеж: Эхо, 2013. – 230 с.
10. Кулагин А.В. Беседы о Высоцком / Анатолий Кулагин. – [Б. м.] : Издательские решения, 2016. – 161 с.
11. Кулагин А.В. Барды и филологи: авторская песня в зеркале литературоведения / А. В. Кулагин. – Коломна: Московский гос. обл. социальногум. инст., 2011. – 156 с.
12. Кулагин А.В. Словно семь заветных струн… : статьи о бардах, и не только о них / А. В. Кулагин. – Коломна: Гос. соц.-гуманит. ун-т, 2018. – 324 с.
13. Макарова Б.А. В контексте школьной программы. Из опыта преподавания литературы в старших классах // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1998. – Вып. 3, т. 1. – 603 с.
14. Намакштанская И.Е., Романова, Е.В., Куглер, Н.А. «Человеческая комедия» в поэтике Высоцкого // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В.С. Высоцкого, 1998. – Вып. 3, т. 2. – 624 с.
15. Новиков В. И. Высоцкий / В. И. Новиков. – М: Молодая гвардия, 2003. – 413 с.
16. Поляков О. Бард Высоцкий, русский язык и русское возрождение. // Мир Высоцкого. Исследования и материалы: альманах / ред.-сост. А.Е. Крылов, В.Ф. Щербакова. – М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1998. – Вып. 3, т. 1. –603 с.
17. Раевская М.А. [Комментарии]/ Высоцкий В. С. Песни. Стихотворения. Проза/ [Сост. И комм. М. А. Раевской, вступит. статья В. И. Новикова]. – М.: Эксмо, 2010. C. 691 – 814
18. Скобелев А.В., Шаулов С.М. Владимир Высоцкий: Мир и Слово – 2. изд., испр. и доп. – Уфа : Изд-во БГПУ, 2001. – 203 с.




Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх