Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?

Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №106 (июнь) 2022
Разделы: История, Регионоведение
Размещена 14.05.2022.
Просмотров - 208

Основные источники «мягкой силы» Китайской Народной Республики в странах Латинской Америки

Шафатов Артур Алексеевич

Магистр

Казанский (Приволжский) федеральный университет

Студент

Галиуллин Марат Зуфарович, кандидат исторических наук, доцент ФГАОУ ВО Казанский (Приволжский) федеральный университет


Аннотация:
Бурный экономический рост Китайской Народной Республики ожидаемо привел к наращиванию влияния на международной политической арене и в мировой экономике. Внешнеэкономическое и внешнеполитическое влияние Китая распространились далеко за пределы АТР, в том числе охватывая страны Латинской Америки. У Китая в этом регионе особые экономические и политические интересы, несмотря на географическую отдаленность. «Мягкая сила» стала неотъемлемой частью латиноамериканского направления внешнеполитического курса Китая, так как поддержание позитивного имиджа играет очень важную роль в современной системе международных отношений. В данной статье рассматриваются источники «мягкой силы» Китая в Латинской Америке.


Abstract:
The rapid economic growth of the People's Republic of China has, as expected, led to an increase in influence in the international political arena and in the global economy. China's foreign economic and foreign policy influence has spread far beyond the Asia-Pacific region, including covering Latin American countries. China has special economic and political interests in this region, despite its geographical remoteness. "Soft power" has become an integral part of the Latin American direction of China's foreign policy, as maintaining a positive image plays a very important role in the modern system of international relations. This article examines the sources of China's "soft power" in Latin America.


Ключевые слова:
«мягкая сила»; Китай; Латинская Америка; источники «мягкой силы»; экономика; внешняя политика

Keywords:
«soft power»; China; Latin America; sources of «soft power»; economy; foreign policy


УДК 327

Введение.

В период «холодной войны» Латинская Америка стала полем для противостояния двух противоборствующих блоков. После распада СССР ожидалось, что США станут единственным центром влияния в регионе. Однако, приоритетными направлениями США выбрали Ближний Восток и Восточную Европу. Наравне с чередой «левых поворотов» в странах Латинской Америки, это открывало новые возможности для развивающихся стран в плане расширения сотрудничества, в первую очередь для Китая. Экономика Китая на рубеже веков росла очень стремительно. Это привело и к росту политического влияния. Открывшиеся возможности в Латинской Америки позволяли Китаю расширить рынок сбыта своих товаров и улучшить свое положение в плане обеспечения энергетической безопасности за счет импорта энергоресурсов из Латинской Америки, что было критически важно для поддержания темпов роста производства и всей экономики. Это также привело к росту политического влияния в регионе, где Китая, как и во всех других направлениях своей внешней политики, ставит задачу продвигать принцип «одного Китая».  Политическое влияние также необходимо для гарантирования обеспечения сохранности своего торгово-экономического влияние в регионе, это особенно актуально при нарастающей напряженности и всестороннего противостояния с США. Неотъемлемым элементом внешней политики Китай, как и у любого другого крупного субъекта международных отношений, стала «мягкая сила». В этом не является исключением и латиноамериканское направление внешнеполитического курса Китая.

Актуальность. Бурный экономический рост Китайской Народной Республики ожидаемо привел к наращиванию влияния на международной политической арене и в мировой экономике. Внешнеэкономическое и внешнеполитическое влияние Китая распространились далеко за пределы АТР, в том числе охватывая страны Латинской Америки. Регион имеет для Китая важное значение как в экономическом, так и в политическом плане. «Мягкая сила» стала неотъемлемой частью латиноамериканского направления внешнеполитического курса Китая, так как поддержание позитивного имиджа играет очень важную роль в современной системе международных отношений. В связи с наращиванием экономического и политического влияния Китая в Латинской Америке, исследователи все чаще начали обращать внимание на изучение роли «мягкой силы» и на определение ключевых факторов, влияющих на формирование положительного образа Китая в регионе.

Целью исследования является изучение источников «мягкой силы» Китая в Латинской Америке. Для достижения цели были поставлены следующие задачи:

  1. Определить, что можно считать источником «мягкой силы» государства;
  2. Определить место «мягкой силы» в латиноамериканском направлении внешней политики Китая;
  3. Вычислить основные источники «мягкой силы» Китая в Латинской Америке и определить их влияние на формирование образа Китая в регионе.

Научная новизна. В исследовании совмещены американский и китайский подходы к определению источников «мягкой силы» государства. Ранее, за основу брали только концепцию Дж. Ная. Также, китайские технологии и «вакцинная дипломатия» впервые изучены как отдельные источники «мягкой силы» Китая в Латинской Америке.

Основная часть

Согласно концепции Джозефа Ная, «мягкая сила» является формой влияния на международной арене без принуждения, исключительно за счет привлекательности в культурном, политическом или экономическом аспектах. Он противопоставил «мягкой силе» «жесткую силу», в рамках которой цели достигаются методом давления, как военно-политического, так и экономического [1]. В качестве источников «мягкой силы» Дж. Най выделял: культуру страны, внешнюю политику, политические ценности, а в своих последующих исследованиях также к ним добавил экономику, научно-технологические достижения [1][2]. Понятие «мягкой силы» стало устойчивым выражением в политическом дискурсе и неотъемлемой частью внешнеполитических стратегий государств, особенно более крупных субъектов международных отношений, таких как США и Китай.

Концепция «мягкой силы» хорошо совмещается с социально-культурными и политическими особенностями Китая. Также, «мягкая сила» имеет идеальное сходство с идеями Сунь Цзы, которые он обозначил в своем знаменитом трактате «Искусство войны», одна из его стратагем требует использовать «мягкие средства» для борьбы с «силой» [3]. На фоне экономического роста и роста политического влияния Китая, в китайском политическом дискурсе активизировались дебаты вокруг определения самого понятия «мягкая сила» и его источников. Понятие «мягкая сила» в китайском понимании несколько отличается от западной концепции. Исследователь Мен Хонхуа считает, что источниками «мягкой силы могут выступить: культура, нормы, модель развития, международные институты и международный имидж [4]. Как отмечают китайские исследователи, Китай применял комплексный подход путем продвижения обобщающих моделей, которые совмещали в себе применение всех источников «мягкой силы» в своей внешней политике. Эти модели претерпели несколько изменений, от модели «мирного развития» до концепции «гармоничного мира и совместного процветания» [5]. Впервые о «мягкой силе» на официальном уровне заговорил Председатель Китая Ху Цзиньтао на 17-м съезде Коммунистической партии Китая (КПК). Понятие «мягкая сила» он использовал в контексте распространения китайской культуры и роста ее популярности в мире [6].

Как уже отмечалось выше, Латинская Америка имеет стратегическое значение для Китая. Во время череды конфликтов на Ближнем Востоке, латиноамериканский рынок энергоресурсов практически заменил Ирак и Ливию в качестве экспортеров [7]. Кроме сохранения экономического влияния, Китай поставил цель добиться максимальной поддержки своей территориальной целостности и принципа «одного Китая» в Латинской Америке, что прямо заявляется в концептуальном документе политики Китая в отношении Латинской Америки [8]. «Мягкая сила» является важной составляющей внешней политики Китая в этом регионе. Дж. Най подчеркивает, что быстрый экономический рост и последующий рост политического влияния обычно создает побочные эффекты в виде роста опасений со стороны соседних государств, что существенно ограничивает влияние «мягкой силы». С такими трудностями сталкивался и Китай, так как по мере роста экономики и политического влияния Китая, в государствах АТР росло сопротивление и желание дистанцироваться от него [9]. Однако, Китай не сталкивается с подобными трудностями в случаях с продвижением своего имиджа и влияния в Латинской Америке или в Африке в связи с отдаленным географическим расположением [10].

Далее будут рассмотрены и выявлены основные источники «мягкой силы» Китая в Латинской Америке.

В первую очередь необходимо выделить экономику Китая, рост которой стал основным источником повышения политического влияния в мире. Лишь сам факт подобных достижение создает необходимость изучить опыт Китая, что позитивно влияет на его имидж. В этом ключе сразу стоит выделить экономику на ровне с моделью развития Китая, как одни из основных факторов положительного влияния на имидж. Это особенно актуально на фоне экономических потрясений, которые пережила Латинская Америка, сначала в конце 1990-х, и позже в 2008. В период между этими потрясениями страны региона переживали экономический рост и изменения в направлениях экономического сотрудничества [11]. Например, страны Латинской Америки, в первую очередь такие как Бразилия, Аргентина и Венесуэла применяли практику Китая в направлении развития государственного капитализма [12]. Исследователь Дж. Рамо предложил термин «китайский консенсус», который объясняет популярность китайской модели развития среди развивающихся стран Азии, Африки и Латинской Америки [13]. Латинская Америка также является важным финансовым рынком для Китая. В 2015 году в ходе первого министерского совещания форума Китай-СЕЛАК в Пекине Си Цзиньпин заявил о намерении увеличить прямые инвестиции в регион до 250 млн. долл. США. в течение четырёх лет [14]. Подобная инвестиционная активность повышает привлекательность среди политических и бизнес-элит стран региона. Также, важню роль играет привлекательность внутреннего рынка сбыта Китая, в том числе для бизнеса в странах Латинской Америки. Как отмечает американский исследователь Э. Элис, несмотря на сложную процедуру получения доступа на китайский рынок, он является самым желанным для латиноамериканского бизнеса [15]. Однако, в данном направлении наблюдаются и негативные эффекты. Китай является главным внешним инвестором в регионе и сильно опережает в этом остальных, а также, в торговле между странами наблюдается сильный дефицит латиноамериканских стран, что повышает опасения относительно своей экономической независимости [16].

Безусловно, одним из ключевых источников «мягкой силы» Китая в регионе является его внешняя политика. Учитывая, что инструменты «мягкой силы» активно пользовались и до формирования концепции (Дж. Най дал определение группе инструментов, которые существовали ранее), внешняя политика Китая пользовалась привлекательностью в Латинской Америка еще во времена «холодной войны», в первую очередь внутри левых политических сил в регионе. Это было связано с внешнеполитическим курсом Мао Цзэдуна, направленный на борьбу с империализмом и колониализмом. Внешняя политика Китая пользуется крайней привлекательностью в Латинской Америке и на современном этапе, так как ее курс ориентирован на формирование «многополярной» системы международных отношений и формирование принципа «многосторонности», что совпадает с внешнеполитическими ориентирами таких ключевых региональных акторов как Бразилия, Аргентина, Венесуэла, Боливия [10]. Это было особенно актуально в контексте череды «левых поворотов» в регионе и последующему курсу снижения зависимости от США и наращивания сотрудничества с развивающимися государствами, так как появление нового влиятельного субъекта на международной арене позволяло диверсифицировать свои внешние связи. Также, Китай держит курс на увеличение роли развивающихся стран на международной арене, что прописано концептуальном документе латиноамериканского направления внешней политики [8]. Например, по вопросу реформы Совета Безопасности ООН Китай выступает с позицией предоставления развивающимся странам, в том числе из Латинской Америки, более широкого представительства в главном органе ООН, что, особенно актуально учитывая стремление Бразилии получить постоянное место в Совете [17].

Что касается политических ценностей, данный источник является одной из самых слабых позиций, негативно влияющая на «мягкую силу» Китая. Проблемы с соблюдением прав человека и частые осуждения внутренней политики Китая со стороны международного сообщества негативно влияют на имидж страны, в том числе и в Латинской Америке [9]. Однако, есть обстоятельство смягчающий этот негативный эффект, Китай не пытается распространять или навязать другим странам свои политические ценности или внутриполитические практики [16]. Этим он сильно отличается от США или стран Европы. 

В культурно-образовательном направлении основными элементами «мягкой силы» Китая в регионе являются Институты Конфуция. К началу 2022 года в Латинской Америке насчитывалось более 500 Институтов Конфуция, которые в основном сконцентрированы в таких странах как Аргентина, Бразилия, Чили, Мексика и Перу [18]. Основными целями этих институтов является распространение китайского языка и рост популярности китайской культуры. Достижения Китая в науке и технологиях, в медицине повлияло положительно на образ образовательной системы страны. В Латинской Америке Китай активно использует практику предоставления стипендий. Это также позволяет студентам из латиноамериканских стран лучше познавать культуру Китая. По данным Центра стратегических и международных исследований в Китае к 2016 году обучались: 2100 студентов из Мексики, 1500 студентов из Бразилии, 1100 из Колумбии, 600 из Перу, 550 из Панамы, 500 из Венесуэлы, 500 из Чили и 460 студентов из Эквадора [19].

Еще одним из ключевых источников Китая в Латинской Америке являются его технологии. Способность строить крупную инфраструктуру наравне с инвестиционной активностью повышают возможности и ускоряют процесс их строительства, так как практически они строятся самим инвестором. Также, Китай успешно обеспечивает регион электроникой по сравнительно невысоким ценам. Сравнительно привлекательную цену за свои технологии Китай обеспечивает за счет государственного субсидирований своих наиболее успешных компаний [20].

Одним из ключевых элементов мягкой силы Китая в Латинской Америке является его инициатива «Один пояс – один путь» (далее ИПП). ОПОП является показательным примером сочетания одновременно нескольких источников «мягкой силы»: политика, экономика, культура, наука и образование. Сам Дж. Най, в контексте изучения особенностей ОПОП, пришел к выводу, что Китай делает существенные инвестиции в продвижение своей «мягкой силы», тем самым делая ставку на получение выгоды используя «привлекательность, а не принуждение или выкуп», называет ОПОП «успешной маркетинговой пропагандой» и даже сравнивает с «Планом Маршалла» [21]. Хоть и Латинская Америка не является приоритетным направлением инициативы, Китай придает региону важное значение в продвижение морской части инициативы – «Морского Шелкового пути XXI века». Для стран Латинской Америки инициатива является привлекательным сразу в двух аспектах: во-первых, это новый приток инвестиций в регион; во-вторых, это дополнительная площадка для расширения сотрудничества не только с Китаем, но и с другими участниками ОПОП [22].

Стоит отдельно упомянуть «вакцинную дипломатию» Китая в регионе в самый разгар пандемии. Китай является крупнейшим поставщиком вакцин в регионе. Китай сделал «вакцинную дипломатии» своим сильным источником «мягкой силы». Например, Китай пожертвовал 50 тысяч вакцин Федерации футбола Южной Америки (КОНЕМБОЛ) перед проведением Кубка Америки по футболу в 2021 году, что помогло провести турнир без задержек. Учитывая, что данный вид спорта является самым популярным в Латинской Америке, этот шаг способствует продвижению имиджа Китая в регионе [23].

Заключение.

Основными источниками «мягкой силы» Китая в Латинской Америке являются его экономика, модель развития, внешняя политика, научно-образовательные и технологические достижения. Необходимо также отметить, что в плане улучшения своего имиджа Китай применяет как комплексный подход, предлагая разного рода концепции от модели «мирного развития» до инициативы «Один пояс – один путь», которые предполагают задействование одновременно несколько источников «мягкой силы», так и точечный подход, который можно выявить на примере распространения Институтов Конфуция или «вакцинной дипломатии». Быстрый экономический рост Китая и наращивание влияния в Латинской Америке могут иметь и побочные эффекты, негативно влияющие на восприятие. Но на данный момент негативные эффекты от них менее значительны по сравнению с позитивными.

Библиографический список:

1. Nye J. S. Soft Power // Foreign Policy. – 1990. – No. 80. – P. 153–171
2. Nye J. S. The Changing Nature of World Power // Political Science Quarterly. – 1990. – Vol. 105. – No. 2. – P. 177–192
3. Абрамов В. А. Императивный потенциал «Мягкой силы» в стратегиях внутреннего и внешнего развития КНР // Вестник ЗабГУ. 2010. №3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/imperativnyy-potentsial-myagkoy-sily-v-strategiyah-vnutrennego-i-vneshnego-razvitiya-knr (дата обращения: 06.05.2022).
4. Men H. Report on China’s Soft Power // International Review. – 2007. –Vol. 2. – P. 19-20
5. Михалев А. В. Концепция «Мягкой силы»: обзор подходов в зарубежной науке // Дискурс-Пи. 2014. №1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/kontseptsiya-myagkoy-sily-obzor-podhodov-v-zarubezhnoy-nauke (дата обращения: 06.05.2022).
6. Full text of Hu Jintao's report at 17th Party Congress URL: https://www.mfa.gov.cn/ce/celr//eng/gyzg/a123/t375202.htm (дата обращения: 06.05.2022)
7. Латинский Чайна-таун: тяжелая зависимость от нефти [Электронный ресурс] // Объединение лидеров нефтегазового сервиса и машиностроения России. 2020. URL: https://nangs.org/news/markets/latinskiy-chayna-taun-tyazhelaya-zavisimosty-ot-nefti (дата обращения: 06.05.2022)
8. Политический документ Китая по Латинской Америке и Карибскому Бассейну (на кит.) [Электронный ресурс]. URL: http://www.scio.gov.cn/tt/zdgz/Document/1524857/1524857_1.htm (дата обращения: 06.05.2022)
9. Nye J. S. Hard Decisions on Soft Power: Opportunities and Difficulties for Chinese Soft Power // Harvard International Review. – 2009. – Vol. 31. – No. 2. – P. 18–22
10. Nye J. S. The Information Revolution and Power // Current History. –2014. – Vol. 113. – No. 759. – P. 19–22
11. Яковлев П. П. США и КНР в Латинской Америке: контуры конкуренции // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. – 2019. – Т. 19. – № 1. – С. 47–58.
12. Блэквилл Р. Харрис Дж. Война иными средствами (пер. с англ. В. Желнинова). М: АСТ, 2017. – С. 145–148
13. Ramo J. C. The Beijing Consensus [Электронный ресурс] // The Foreign Policy Center. 2004. URL: https://www.files.ethz.ch/isn/23013/Beijing_Consensus.pdf (дата обращения: 06.05.2022)
14. Xi Jinping’s Speech at the Opening Ceremony of the First Ministerial Meeting of China-CELAK Forum [Электронный ресурс]. URL: https://www.mfa.gov.cn/ce/ceus//eng/zgyw/t1227318.htm (дата обращения: 06.05.2022)
15. Ellis E. R. Chinese soft power in Latin America: a case study // Joint Force Quarterly. – 2011. – № 60. – P. 85–91.
16. Гарбарт М.И. Основные источники «мягкой силы» КНР в Латинской Америке на современном этапе [Электронный ресурс] // Вестник КемГУ. 2019. №4 (80). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/osnovnye-istochniki-myagkoy-sily-knr-v-latinskoy-amerike-na-sovremennom-etape (дата обращения: 06.05.2022)
17. Набиев Х. Х. Реформа Совета Безопасности ООН: проблемы и перспективы их разрешения // Казанский вестник молодых учёных. – 2021. – Т. 5. – № 5. – С. 101–109
18. McDonald S. B. Soft Power, Confucius Institutes, and Latin America and the Caribbean [Электронный ресурс] // Global Americans. 2022. URL: https://theglobalamericans.org/2022/02/soft-power-confucius-institutes/ (дата обращения: 06.05.2022)
19. Flow of International Students in China [Электронный ресурс] // Center for Strategic and International Studies. 2017. URL: https://chinapower.csis.org/china-international-students/ (дата обращения: 06.05.2022)
20. De Aragao T. High-end technology: China's strongest soft power to increase its influence in Latin America // Latin America Business Stories [Электронный ресурс]. 2021. URL: https://labsnews.com/en/articles/business/china-soft-power-latin-america/ (дата обращения: 06.05.2022)
21. Nye J. S. Perspectives for a China Strategy // PRISM, Vol. 8, No. 4. 2020, pp. 120–131
22. Гарбарт М.И. «Мягкая сила» КНР в Латинской Америке в контексте реализации инициативы «Один пояс, один путь» // Вестн. Том. гос. ун-та. История. – 2020. – № 66. – С. 79–85
23. Kneip L. China’s Vaccine Diplomacy in Latin America [Электронный ресурс] // The Diplomat. 2021. URL: https://thediplomat.com/2021/08/chinas-vaccine-diplomacy-in-latin-america/ (дата обращения: 06.05.2022)




Рецензии:

15.05.2022, 8:31 Шедько Юрий Николаевич
Рецензия: Рецензия Работа представляет интерес как для специалистов, так и для массового читателя. Недостатки: В аннотации надо изложить основные положения и результаты исследования. Работа выиграла бы, если бы автор разместил таблицу или рисунок, иллюстрирующий свои суждения и выводы, полученные в работе. Впрочем, это можно сделать в следующей статье, продолжив исследования по данной теме. Вывод: Статья рекомендуется к публикации Юрий Николаевич Шедько, доктор экономических наук, доцент профессор кафедры государственного и муниципального управления Факультета «Высшая школа управления» (ВШУ) Финансового университета при Правительстве Российской Федерации

17.05.2022 23:23 Ответ на рецензию автора Шафатов Артур Алексеевич:
Юрий Николаевич, благодарю Вас за рецензию к моей статье! Замечания по поводу аннотации будут учтены и исправлены.



Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх