Разделы: Юриспруденция
Размещена 29.07.2026. Последняя правка: 28.07.2026.
Просмотров - 67

ОЗНАЧАЕТ ЛИ ПРЕДЪЯВЛЕНИЕ ВСТРЕЧНОГО ИСКА, НАПРАВЛЕННОГО НА ЗАЧЁТ, ПРИЗНАНИЕ ПЕРВОНАЧАЛЬНОГО ТРЕБОВАНИЯ?

Амельченко Алиса Олеговна

-

Сибирский федеральный университет, юридический институт

выпускница

Ковалева Анна Владимировна, кандидат юридических наук, доцент, старший преподаватель кафедры гражданского процесса Юридического института Сибирского федерального университета

УДК 34 347 347.9 347.92 347.928

Введение

Встречный иск, направленный на зачёт, сочетает признаки самостоятельного требования ответчика и способа урегулирования взаимных обязательств сторон. Именно эта особенность породила спор о том, означает ли его предъявление согласие ответчика с первоначальным требованием. Вопрос имеет не только теоретическое, но и прикладное значение: признание иска и признание обстоятельств способны повлиять на предмет доказывания, распределение процессуального бремени и содержание судебного решения.

Исследование строится на разграничении трёх самостоятельных правовых явлений: признания иска, признания обстоятельств и заявления о зачёте. Их смешение приводит к ошибочному выводу, согласно которому обращение ответчика со встречным требованием автоматически подтверждает наличие и размер долга перед первоначальным истцом.

Актуальность

Актуальность темы обусловлена изменением подхода высших судебных инстанций к форме заявления о зачёте после возбуждения дела. Если ранее судебная практика ориентировала ответчика преимущественно на предъявление встречного иска, то современное разъяснение допускает заявление о зачёте как во встречном иске, так и в возражениях [6, п. 1; 12, п. 19]. Следовательно, процессуальная форма сама по себе не может определять отношение ответчика к первоначальному требованию.

Дополнительную значимость проблеме придаёт необходимость обеспечить баланс между диспозитивностью сторон и обязанностью суда самостоятельно проверить каждое из взаимных требований. Ошибочная квалификация зачётного встречного иска как признания могла бы необоснованно освободить первоначального истца от доказывания и ограничить право ответчика на полноценную защиту.

Цели, задачи, материалы и методы

Цель исследования состоит в определении процессуального и материально-правового значения предъявления встречного иска, направленного на зачёт, и в проверке тезиса о том, что такое действие означает признание первоначального требования.

Для достижения цели решаются следующие задачи: разграничить признание иска и признание обстоятельств; сопоставить основные доктринальные подходы; проанализировать развитие судебной практики о форме заявления зачёта; определить, может ли встречный иск одновременно иметь процессуальные и материально-правовые последствия; сформулировать критерии, позволяющие отличить зачёт от признания иска.

Материалами исследования послужили нормы ГПК РФ и АПК РФ [2; 4], разъяснения Верховного Суда Российской Федерации [12; 13], судебные акты 2018, 2023 и 2025 годов [8–10], а также труды российских процессуалистов [1; 3; 5; 7; 11; 14; 15]. Использованы формально-юридический, сравнительно-правовой, системный и аналитический методы.

Научная новизна

Научная новизна состоит в последовательном разграничении процессуального признания иска, доказательственного признания обстоятельств и материально-правового заявления о зачёте применительно к одному процессуальному документу. Обосновывается, что встречный иск может одновременно выступать способом возбуждения самостоятельного требования и формой выражения сделки о зачёте, однако ни одно из этих качеств не создаёт презумпции признания первоначального долга.

Предлагается оценивать не название и не внешнюю форму документа, а действительную направленность волеизъявления ответчика. Только прямое, ясное и безусловное согласие с первоначальным требованием, выраженное в установленной законом форме, может рассматриваться как признание иска.

Разграничение признания иска, признания обстоятельств и заявления о зачёте

Признание иска представляет собой распорядительное процессуальное действие ответчика. В гражданском процессе право признать иск закреплено статьёй 39 ГПК РФ, а порядок его оформления и проверки судом — статьёй 173 ГПК РФ. В арбитражном процессе соответствующее полномочие предусмотрено статьёй 49 АПК РФ [2; 4]. Такое волеизъявление должно быть определённым и направленным именно на согласие с заявленным истцом требованием.

Признание обстоятельств имеет иное назначение. В соответствии с частью 2 статьи 68 ГПК РФ и статьёй 70 АПК РФ оно освобождает другую сторону от дальнейшего доказывания признанного факта, но не обязательно означает согласие с иском в целом [2; 4]. Ответчик может подтвердить факт заключения договора, одновременно отрицая нарушение обязательства, наступление срока исполнения или правильность расчёта задолженности.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что признание иска должно быть оформлено отдельным письменным заявлением либо занесено в протокол и подписано ответчиком; отсутствие возражений само по себе признанием не является [13, п. 30]. Из этого следует, что предъявление самостоятельного требования к истцу тем более нельзя автоматически считать признанием без установления соответствующей воли ответчика.

Заявление о зачёте направлено на прекращение встречных однородных обязательств. Его правовой результат отличается от процессуального результата признания иска: ответчик не просит удовлетворить первоначальное требование вследствие согласия с ним, а требует учесть собственное притязание при определении итогового объёма взаимных обязанностей.

Доктринальные подходы

В научной литературе представлены две основные позиции. Согласно первой, предъявление зачётного встречного иска логически предполагает существование первоначального обязательства, поскольку нельзя ставить вопрос о зачёте требования, которое полностью отрицается. Такой подход связывается, в частности, с позицией Е. А. Трещевой [15, с. 112].

Вторая позиция отрицает автоматическое признание. Д. Б. Абушенко отмечает различие между внесудебным заявлением о зачёте и предъявлением встречного иска: в судебном процессе факт подачи встречного требования сам по себе не подтверждает юридическую действительность первоначального долга [7, с. 475]. Данный подход представляется более обоснованным, поскольку учитывает самостоятельность первоначального и встречного исков.

А. А. Игнатьев дополнительно разграничивает возражение о зачёте и встречный иск. Встречный иск обладает самостоятельными предметом и основанием и направлен на рассмотрение собственного материально-правового притязания ответчика, тогда как возражение включается в систему защиты против первоначального требования [5, с. 72–76]. Следовательно, встречный иск нельзя сводить к сообщению суда о согласии с позицией истца.

Самостоятельный характер встречного иска соответствует общему пониманию данного института в гражданском процессе: он предъявляется ответчиком для совместного рассмотрения с первоначальным иском, но не утрачивает собственной исковой природы [3, с. 366, 368; 14, с. 381, 387].

Самостоятельность первоначального и встречного требований

Первоначальный и встречный иски имеют самостоятельные предметы и основания. Первоначальный истец обязан доказать обстоятельства возникновения и размер своего требования, а ответчик как встречный истец — факты, на которых основано его собственное притязание. Предъявление встречного иска не создаёт предусмотренной законом презумпции существования первоначальной задолженности.

Ответчик вправе утверждать, что первоначальное обязательство не возникло, прекращено исполнением, заявлено в неправильном размере либо срок его исполнения не наступил. Одновременно он может просить суд произвести зачёт на случай, если первоначальное требование всё же будет установлено. Такая условная позиция не является признанием: она позволяет использовать взаимодополняющие способы защиты и не устраняет обязанность суда исследовать доводы обеих сторон.

При разрешении спора суду необходимо последовательно установить наличие и размер первоначального требования, наличие и размер активного встречного требования, соблюдение условий зачёта и момент прекращения обязательств. Только после исследования всех указанных обстоятельств возможно определить итоговый объём исполнения.

Эволюция судебного подхода к форме заявления о зачёте

В пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2001 г. № 65 был отражён прежний подход, при котором после предъявления иска зачёт связывался с рассмотрением встречного иска [6, п. 1]. Такая модель придавала встречному иску значение основной процессуальной формы судебного зачёта.

Современный подход закреплён в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 г. № 6. После предъявления иска сторона вправе заявить о зачёте как во встречном иске, так и в возражениях; юридические и фактические основания обоих способов исследуются судом равным образом [12, п. 19]. Ответчик также может направить заявление о зачёте непосредственно истцу и затем сослаться в возражениях на прекращение обязательства.

Эта правовая позиция имеет принципиальное значение. Один и тот же материально-правовой результат может быть заявлен в различных процессуальных формах, поэтому выбор встречного иска не должен порождать особого доказательственного последствия в виде автоматического признания первоначального требования. В противном случае содержание волеизъявления необоснованно зависело бы только от формы его доведения до суда.

Двойственная природа зачётного встречного иска

Отрицание автоматического признания не означает, что встречный иск лишён материально-правового значения. Верховный Суд Российской Федерации исходит из того, что заявление о зачёте является односторонней сделкой, а при соблюдении установленных условий обязательства прекращаются с момента, когда они стали способными к зачёту [12, пп. 14–15].

В Определении от 16 августа 2018 г. № 305-ЭС18-3914 Верховный Суд Российской Федерации признал, что встречный иск, направленный на зачёт, может рассматриваться как волеизъявление о зачёте, оформленное в исковой форме; изменение внешней формы не должно менять момент прекращения обязательств [8].

Данная позиция не опровергает вывод об отсутствии признания первоначального иска. Материально-правовая направленность зачёта состоит в прекращении взаимных обязательств, тогда как признание иска выражает согласие с требованием истца и влечёт самостоятельные процессуальные последствия. Один документ может служить носителем нескольких юридических волеизъявлений, но это не означает их тождества.

В процессуальной доктрине допускается, что поведение лица в суде одновременно имеет материально-правовое значение [1, с. 126; 11, с. 109]. Встречный иск о зачёте является примером такого сочетания: он возбуждает рассмотрение самостоятельного притязания и при определённых условиях выражает одностороннюю сделку. Для признания первоначального иска, однако, требуется дополнительное и безусловное согласие ответчика именно с требованием истца.

Судебная практика о самостоятельной проверке требований

Современная практика Верховного Суда Российской Федерации последовательно исходит из необходимости самостоятельной проверки требований, заявленных к зачёту. В Определении от 21 ноября 2023 г. № 305-ЭС23-15021 указано, что законность и обоснованность активного требования, его размер и допустимость зачёта входят в предмет судебного исследования [9].

В Определении от 27 мая 2025 г. № 305-ЭС25-1730 Верховный Суд Российской Федерации подчеркнул, что отсутствие возражений контрагента против уведомления о зачёте недостаточно для признания обязательства прекращённым. Суд должен установить правовую природу активного требования, проверить его законность, размер и возможность зачёта [10].

Эти выводы подтверждают самостоятельность требований сторон. Если даже отсутствие возражений не освобождает суд от проверки активного требования, то предъявление встречного иска не может освобождать первоначального истца от доказывания пассивного требования. Иной подход необоснованно переносил бы бремя доказывания и превращал встречный иск в не предусмотренную законом форму признания долга.

Заключение, результаты, выводы

Проведённое исследование показывает, что тезис об автоматическом признании первоначального требования основан на смешении признания иска, признания обстоятельств и материально-правового заявления о зачёте. Эти действия различаются по направленности, форме и последствиям.

Встречный иск, направленный на зачёт, сохраняет самостоятельные предмет и основание. Он может одновременно выражать материально-правовую сделку о зачёте, однако это не освобождает первоначального истца от обязанности доказать своё требование и не лишает ответчика права оспаривать его основание, размер или срок исполнения.

Основным результатом исследования является вывод о необходимости оценивать действительную направленность воли ответчика. Если процессуальный документ содержит прямое, ясное и безусловное согласие с первоначальным требованием, такое волеизъявление может быть признано признанием иска при соблюдении статей 39 и 173 ГПК РФ либо статьи 49 АПК РФ [2; 4]. Если же ответчик продолжает заявлять возражения и просит произвести зачёт условно либо в качестве самостоятельного способа урегулирования взаимных обязательств, оснований для вывода о признании нет.

Таким образом, первоначальное и встречное требования должны разрешаться самостоятельно: каждая сторона доказывает обстоятельства собственного притязания, а суд проверяет условия и последствия зачёта. Такой подход обеспечивает состязательность, сохраняет баланс процессуальных прав и соответствует современным разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации [5, с. 76–78; 13, п. 30].

1. Абушенко Д. Б. Проблемы взаимовлияния судебных актов и юридических фактов материального права в цивилистическом процессе : дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2014. 501 с.
2. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ.
3. Гражданский процесс : учебник / М. К. Треушников [и др.] ; под ред. М. К. Треушникова. 7-е изд., перераб. М. : Городец, 2021.
4. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ.
5. Игнатьев А. А. Критерии разграничения возражения о зачёте и встречного иска, направленного к зачёту первоначального требования // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. 2025. № 3 (62). С. 72–79.
6. Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2001 г. № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачётом встречных однородных требований».
7. Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / А. В. Абсалямов, Д. Б. Абушенко [и др.] ; под ред. В. В. Яркова. 4-е изд., испр. и перераб. М. : Статут, 2020. 1071 с.
8. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16 августа 2018 г. № 305-ЭС18-3914 по делу № А40-147055/2016.
9. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2023 г. № 305-ЭС23-15021 по делу № А40-256590/2021.
10. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 2025 г. № 305-ЭС25-1730 по делу № А40-298758/2023.
11. Платонова Н. В. Материально-правовое значение процессуального поведения лица, участвующего в деле : дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2025.
12. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 г. № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств».
13. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2021 г. № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции».
14. Сахнова Т. В. Курс гражданского процесса. М. : Статут, 2014. 784 с.
15. Трещева Е. А. Субъекты арбитражного процесса. Ч. II : Правовое положение лиц, участвующих в деле, в арбитражном процессе. Самара : Самарский университет, 2007. 354 с.

Комментарии пользователей:

Оставить комментарий