Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Международный научно-исследовательский журнал публикации ВАК
Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №9 (май) 2014
Разделы: Филология
Размещена 10.04.2014. Последняя правка: 12.04.2014.

Магический реализм в романе Рудольфо Анайи «Тортуга»

Быкова Елизавета Александровна

ЗабГУ

Магистрант

Воронченко Татьяна Викторовна, профессор, доктор филологических наук ЗабГУ, niifmkchita@mail.ru.


Аннотация:
Статья посвящена анализу романа «Тортуга» (“Tortuga”) мексикано-американского писателя Рудольфо Анайи (Rudolfo Alfonso Anaya) с точки зрения магического реализма как художественного метода. Автор на основе мифо-поэтического и герменевтического методов выявляет базисные черты магического реализма в тексте.


Abstract:
The article is devoted to analysis of the novel “Tortuga” by Mexican-American writer Rudolfo Anaya in respect to magic realism as artistic method. The author discovers principal features of magic realism in the text on basis of mythological and hermeneutical methods.


Ключевые слова:
Магический реализм, мифология, миф, фольклор, архетип, символ, литература чикано, мексиканская литературная традиция, пограничная ситуация, индеанизм.

Keywords:
Magical realism, mythology, myth, folklore, archetype, symbol, Chicano literature, Mexican literary tradition, frontier situation, indeanism.


УДК 882
 
Магический реализм – любой художественный  или литературный жанр, в котором реалистическое повествование и приемы натуралистического изображения соединены с сюрреалистическими или сказочными элементами [3].

Несмотря на то, что литература чикано неразрывно связана с мексиканской литературной традицией и часто обращается к исконно мексиканским темам, за последние пятнадцать лет она приобрела свой оригинальный, узнаваемый облик. Так же как и мексиканская литература, литература чикано воспроизводит темы боли, испытаний и переживаний детства, потери религии, выживания во враждебном обществе, поиска личной и групповой идентичности, а также обрядов и потери невинности. Но если первые три являются оригинальными для авторов чикано, то последние, пересекаясь с литературами других народов,  всегда дают уникальные решения. Несмотря на то, что мексиканская письменность  рассматривается как наиболее инновационная в формировании новой литературной техники, литература чикано отличается созданием образа ребенка-рассказчика [2].  Роман «Тортуга» мексикано-американского автора Рудольфо Анайи сочетает в себе все вышеперечисленные черты.

Роман «Тортуга» описывает физическое и духовное восстановление парализованного шестнадцатилетнего юноши после аварии. По сюжету, Бенджи Чавес, главный герой, был доставлен в госпиталь для сирот и детей-инвалидов. Его пребывание в больнице является символическим вступлением в мир сверхъестественных трансформаций: он  претерпевает символическое возрождение для того, чтобы занять место Криспина (Crispin), хранителя мудрости чикано.

Название романа имеет два символических значения. Во-первых, Тортуга – это магическая гора, которая возвышается над больницей для детей-инвалидов, а во-вторых, это прозвище главного героя, у которого верхняя часть тела облачена в твердую гипсовую оболочку, напоминающую панцирь черепахи. Сравнение парализованного юноши с черепахой является центральной метафорой романа:  он, так же, как только что появившиеся на свет черепахи, движутся к морю, должен пройти свой путь от тьмы к свету, от отчаяния к душевному покою, от физической беспомощности и зависимости к физической самодостаточности и духовному перерождению. “I watch the few young turtles who disappear into the immense, lapping water. The cycle is complete … the sucking ocean washes them away. But now the sea itself is a new enemy … and to return to it is to return to life with the ghosts of the past … to live in the sea-darkness. That is not our path, that is not our way. If there is any hope it lies on the path of the sun. That is one glimmering cell of light which floats in our dark blood must become a sun … it must shine on new worlds…”[1, 82]. 
Анайя, как и все латиноамериканские магические реалисты, выстраивает роман на основе мифов, легенд и сновидений. Зачастую сны воспроизводят мифологические или фольклорные образы, которые, трансформируясь, обретают реальные черты.  “…it was something else… Something or someone seemed lost in the storm, working its way towards the hospital in search of one of us. But who? I wondered in my restless sleep … and suddenly my nightmare is alive with La Llorona, the old and demented woman of childhood stories who searches the river for her drowned sons … sons she herself has cut into pieces and fed to the fish… Now I see her again, as I saw her that day of my first communion…” [1, 66].  Архетип Ла Йороны, а также магического курандеро и курандеры неоднократно возникают в повествовании, закрепляя тем самым мифологизм романа. Сны Тортуги – одно из самых ярких проявлений магического реализма в тексте, – возникая в подсознании главного героя, они переходят в реальное пространство и время, становясь осязаемыми и очевидными.

Гора Тортуга является одним из центральных персонажей романа и несет в себе основную магическую функцию. “There it is, that is Tortuga. It rose so magically into the gray sky that is seemed to hold the heavens and the earth together. “It is a magic mountain”.  “That old mountain is alive … a real sea turtle which wandered north when the oceans dried and became deserts.”   “For a moment the mountain was alive. It called to me, and I lay quietly in my dark room, hypnotized be the sight… There was a secret in the mountain, and it was calling me…[1, 3]

Главный герой находится в пограничной ситуации между двумя реальностями: первичной (пребывание в больничной палате) и скрытой (мистические события, происходящие в госпитале). Пространственное и временное жизнеподобие искажено смещением границ между реальным и ирреальным. Тортуга иначе воспринимает окружающее его пространство и течение времени: “… the paralysis the past did not matter. It was as if everything had died, except the dreams and the memories which kept haunting me”.  “Now here I was, something in the middle of that desert, but I really did not know where… Maybe I had really died and the whole idea of the hospital was just a dream to keep from facing that reality…”[1, 6].

Восприятие окружающей действительности происходит на сенсорном и эмоциональном уровне, обостряющееся в условиях физической ограниченности главного героя. “I closed my eyes and listened to the sounds of the hospital. Somewhere dishes clanged and kids shouted to each other. From faraway I thought I heard the whimper of babies crying… Overhead the cold wind moaned … and if I listened very carefully far beneath the frozen earth I could hear the sound of water, Tortuga's warm pee cutting new channels through the frozen wasteland” [1, 21].

Роман выстроен с использованием приема повторения центральных образов воды, солнца, огня, пустыни, горы, неба, цикла времен года. Все эти образы наполняют роман, переходя из главы в главу. Кроме того, в романе присутствуют некоторые основополагающие персонажи. Например, Соломон, обездвиженный инвалид со сверхъестественным пониманием человеческой природы. Он – носитель мифологического сознания, создатель  мудрых историй, помогающих Тортуге обрести душевное равновесие и встать на путь к духовному обновлению. “… life is sacred, even in the middle of this wasteland and in the darkness of our wards, life is sacred… And you ask why, Tortuga. Why were we transformed from blooming flower to withered petals? I will tell you … it because we guard the new love which needs no explanation. We must search for the path of light and when we find it we must walk on it” [1, 4].

Роман имеет прочную мифологическую основу, представленную, помимо архетипических образов индеанизмом и множеством легенд. Так, один из персонажей, Джерри, является хранителем индейской мифологии. Каждое утро, на рассвете, он возносит свои молитвы небу и восходящему солнцу – отцу индейского народа. “I opened my eyes to the words of the whispered song. The outline of a shadow stood at the window … Jerry, singing to the rising sun. It was his prayer, a prayer he sang every day at sunrise:
The sun is our father
I walk in his path
I walk in beauty…
He is the fiery rider
Who mounts the turtle
Day by day…” [1, 10-11].
Джерри покинет госпиталь навсегда, и Тортуга станет свидетелем его ухода. Он уйдет на зов предков, на зов своего дедушки, который однажды вывел людей и черепах из темной воды на путь солнца:
I walk in the path of the sun
My grandfather commands
I walk in the path of the sun
He calls me to walk in his path
As he once called the turtles from the sea… [1, 18-19]
Прощаясь, Джерри скажет Тортуге: “We cannot retreat into the darkness, Tortuga, we cannot build shells like the turtle … our commandment is to live in the light of the sun … to walk in the light of the sun…” [1, 42-43].

Роман наполнен множеством легенд и притч: легенда о магической горе, об индейском народе, об обряде инициации, о происхождении жизни, притчи о судьбе и предопределении, о жизненном пути (путь черепах), о ценности человеческой жизни.
Кроме того, в  романе усилен мотив мечты. Тортуга, так же, как и другие искалеченные дети, мечтает о доме и о физическом исцелении. Вместе с тем в повествование введен мотив любви как чувства, несущего прощение и отказ от злобы и ненависти, чувство, помогающее по-новому смотреть на мир, несмотря на боль и страдание. Именно любовь, любовь к жизни, к девушке Исмельде, Соломону и другим людям, помогает Тортуге встать на путь духовного обновления и переродиться для новой жизни: “I looked at myself in the mirror and saw the layers of my past fall away, like the sheaths of an onion strip away to expose the little green heart at the core” [1, 44].

В финале романа Тортуга получает известие из дома о том, что Криспин, старый мудрый человек умер – “He died and with him so many dreams died” [1, 69], но перед смертью он завещал передать свою голубую гитару, символ мудрости чикано, Тортуге как новому хранителю своего народа. Тортуга исцелен и готов для новой жизни.
“Ah, Tortuga, I'm so glad to see you. I see you've come walking like a man… Crispin is dead… but he left you the guitar. He sang his time on earth and now it's your turn. Oh, how can we be sad when a man passes away but leaves us so much of his life… leaves another to take up his place. Now it's your turn to sing, Tortuga. My heart is full of joy that this has come to pass!” [1, 163-164].

Магический реализм романа «Тортуга» представлен совокупностью основных его черт: индеанизмом, фольклорными и архетипическими образами; наличием двойственной реальности и «необъяснимого элемента» магического; искажением пространственного жизнеподобия посредством снов и видений; субъективностью и относительностью времени; способностью героев видеть реальность под другим углом; сенсорным восприятием реальности; использованием в повествовании символов и образов, а также принятием действующими лицами логики магических явлений.  

Библиографический список:

1. Anaya, Rudolfo A. Tortuga. New Mexico: University of New Mexico Press, 1990. 197p.
2. Contemporary Literary Criticism. URL. http://www.gale.cengage.com/servlet/BrowseSeriesServlet?region=9&imprint=000&titleCode=CLC (дата обращения: 10.12.2013)
3. Magical Realism. Oxford Dictionary. URL. http://oxforddictionaries.com/definition/english/magic+realism (дата обращения: 10.12.2013)




Рецензии:

10.04.2014, 17:02 Ланин Борис Александрович
Рецензия: Статья нуждается в доработке. Аналитического метода не существует - все методы аналитические, все дело лишь в том, каков аналитический аппарат. Так что из аннотации это нужно убрать. В первом же предложении написано, что магический реализм - "это жанр". Конечно, не жанр, а направление, охватывающее многие жанры. Что значит "усилен мотив мечты"? А что бывает, когда он "ослаблен"? В целом статья интересная, но нуждается в доработке

10.04.2014, 23:37 Колесникова Галина Ивановна
Рецензия: Работа логичная, грамотна, содержательна и может быть рекомендована к публикации

11.04.2014, 9:14 Александрова Елена Геннадьевна
Рецензия: Материал статьи в целом интересен. Однако есть ряд недоработок. Автору необходимо пересмотреть аннотацию, перестроить структуру работы, уточнить некоторые понятия, стилистически выверить текст.

17.05.2014, 21:02 Ланин Борис Александрович
Рецензия: На мое замечание реакции не последовало. Печатать статью без исправления не следует

07.06.2014 13:13 Ответ на рецензию автора Быкова Елизавета Александровна:
Уважаемый Борис Александрович! Спешу заметить, что я учла некоторые Ваши замечания: в аннотации указаны только мифо-поэтический и герменевтический методы. Что же касается терминологического аппарата, то в этом случае я руководствовалась современным определением термина "магический реализм", изложенным в Оксфордском словаре. В библиографическом списке есть ссылка на данную словарную статью, в которой магический реализм определяется именно как жанр. По поводу замечания относительно мотива мечты позволю себе полемизировать с Вами: я и мой научный руководитель считаем, что такая формулировка имеет место быть и не является ошибочной. Благодарю за рецензию. Буду рада Вашему ответу.



Комментарии пользователей:

18.05.2014, 12:50 Быкова Елизавета Александровна
Отзыв: Уважаемый Борис Александрович! Спешу заметить, что я учла некоторые Ваши замечания: в аннотации указаны только мифо-поэтический и герменевтический методы. Что же касается терминологического аппарата, то в этом случае я руководствовалась современным определением термина "магический реализм", изложенным в Оксфордском словаре. В библиографическом списке есть ссылка на данную словарную статью, в которой магический реализм определяется именно как жанр. По поводу замечания относительно мотива мечты позволю себе полемизировать с Вами: я и мой научный руководитель считаем, что такая формулировка имеет место быть и не является ошибочной. Благодарю за рецензию. Буду рада Вашему ответу.


Оставить комментарий


 
 

Вверх