Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Вакпрофи. Публикация статей ВАК, Scopus
Научные направления
Поделиться:
Разделы: Филология
Размещена 07.02.2018. Последняя правка: 01.05.2018.

Библейские мотивы в творчестве М. Горького

Бескровная Елена Наумовна

кандидат филологических наук

ВУЗ "Международный гуманитарно-педагогический институт "Бейт-Хана"

преподаватель

Аннотация:
В мировой культуре процесс формирования мировой литературы проходит в основном через Ветхий и Новый Завет. Особенно ярко отразилась традиция Агады Вавилонского Талмуда в рассказах писателя А.М. Горького. Для нас становится очевидным, что свои произведения он писал под влиянием «Сефер Гаагады», переведенной на русский язык русско-еврейским поэтом Семеном Фругом. Так «Песнь о буревестнике» написана под влиянием притч о праотце Ное, «Старуха Изергиль под влиянием трактатов Вавилонского Талмуда «Брашит» и «Гитин». Главный упор при этом в творчестве Горького делается на сюжетную и образную трансформацию.


Abstract:
In the World Culture process formed World Literary is going from the Old and New Testament. The tradition Agadah in the Babylonian Talmud to reflected in the short stories of the writer Macsim Gorki. The Macsim Gorki is reading Agadah, were translating of the Russian the Russian-Hebrew writer Shimon Frug. Short story “Песнь о буревестнике» is writing from the influence agadah the Noy, «Старуха Изергиль» is writing in the influence the tractates «Brashit» and«Gitin». Short stories of Macsim Gorki are writing in the influence transformation Bible in Russian – the Synod translation of the Bible.


Ключевые слова:
синодальный перевод Библии; трансформация сюжета в Ветхом и в Новом Завете; талмудические мотивы в творчестве Горького

Keywords:
the Synod translation of the Bible; motif of the Babylonian Talmud in the creative works of Macsim Gorki; translation of the subject in the Old and New Testament


УДК 82(569.4)

В мировой культуре, процесс формирования мировой литературы в основном проходит через Библию.  Трансформация Торы, приводит к трансформации всего сюжета произведения. Это считается главной особенностью формирования как иудейского, так и христианского подхода к изучению мировой западноевропейской литературы

Не обошел стороной этот процесс и творчество Алексея Максимовича Горького, который в своих произведениях поднимал не только социально-политические проблемы жизни общества в России, но в ранний период творчества был привержен проблемам культуры Библии и особенностям ее влияния на формирования взглядов Человека. Тема Человека и его роли в жизни общества звучит фактически во всех произведениях писателя, но едва ли простой читатель задумывался о том, что на молодого Пешкова в ранний период его творчества большое влияние оказала именно Библия.

Задачей нашего исследования является необходимость проследить трансформационный переход текстов от библейских сюжетов в Галахический и Агадический Мидраш, а потом уже и в Талмуд. Мы это делаем на примере творчества Горького, показывая, что этот процесс охватывает фактически всю мировую литературу

Коснулась эта особенность и литературы разночинской и, в частности, творчества Горького, которого в литературоведении принято считать революционером по своим убеждениям. Вместе с тем Горький много сделал для развития национальных  литератур в СССР. В частности изучением его творчества в этом направлении занимались Г.А. Черная [11], М.Пархоменко[8], Д. Белкин [3], И.Д. Белкин [4] и другие исследователи. Они особо подчеркивали влияние Горького на развитие  культуры малых народов Российской Федерации.

Если вы не знакомы с творчеством раннего Горького, то обязательно прочтите его, поскольку у меня создалось впечатление, что Горький  прежде всего это вдумчивый монах, размышляющий о судьбах Мира. На первый план Горький выдвигает прежде всего проблему Человека. Читая произведения Горького, мы сталкиваемся с таким понятием как параллельное библейское развитие сюжетов в разных культурах.

Эта проблема проходит через все творчество Горького, но агадические мотивы Вавилонского Талмуда наиболее четко просматриваются в его раннем произведении «Девушка и Смерть», которое сам писатель характеризовал как легенду. Это произведение было написано в Тифлисе, но опубликовано в газете «Новая жизнь» в июле 1917 года.

Горький берет для своего произведения талмудический сюжет о царе Иефае и его дочери и обрабатывает его с точки зрения взаимодействия христианско-православной и русской фольклорных традиций:

По деревне ехал царь с войны.

Едет – черной злобой сердце точит,

Слышит за кустами бузины

         Девушка хохочет.

Грозно брови рыжие нахмуря,

Царь ударил шпорами коня,

Налетел на девушку как буря,

И кричит доспехами звеня:

- Ты чего, - кричит он зло и грубо, -

Ты чего, девчонка, скалишь зубы?

Одержал враг надо мной победу,

Вся моя дружина перебита,

В плен попала половина свиты,

Я домой за новой ратью еду,

Я – твой царь, я в горе и в обиде, -

Каково мне глупый смех твой видеть? [5, т.1, с.27]

Горький был явно знаком с Вавилонским Талмудом, переведенным на русский язык Н. Переферковичем и Агадой, переведенной на русский язык С. Фругом, поэтому он вводит в канву повествования образ Смерти, что фактически позволяет ему создать сюжет в духе русских народных сказок. Девушка обещает Смерти вернуться после того, как она помилуется с любимым, но Смерть, видя насколько сильна ее любовь, принимает решение о том, что она вечно будет следовать за Любовью:

С той поры Любовь и Смерть, как сестры,

Ходят неразлучно до сего дня,

За Любовью Смерть с косою острой

Тащится повсюду, точно сводня.

Ходит околдована сестрою,

И везде – на свадьбе и на тризне –

Неустанно, неуклонно строит

Радости Любви и счастья Жизни. [5, т.1с.33]

Но главной особенностью творчества Горького можно считать все-таки православное христианство и это особенно отразилось в его произведениях.

Если в целом говорить о творчестве Горького то следует сказать, что общечеловеческие именно библейские мотивы из Синодального перевода Библии как раз и характеризуют некоторые произведения Горького. Именно в «В старухе Изергиль» уже просматриваются некоторые библейские и мотивы, которые мы находим как в Талмуде, так и в баснях Эзопа.

Так в «Сефер Гаагаде» Бялика и Равницкого, переведенной на русский язык Семеном Фругом сказано:

«Р. Симон учил:

 - Когда Всевышний решил создать человека, между духами небесными произошел раскол. Одни говорили: «сотвори человека», другие: «не твори» его»

 - Сотвори его, - говорил дух Милосердия, - он будет творить милость на земле.

 - Не твори его, - говорил дух Правды, - он ложью осквернит душу свою.

 - Сотвори его, - говорил дух Справедливости, - добрыми делами он жизнь украсит.

 - Не твори его, - говорил, - говорил дух Мира, - землю враждою наполнит он…

И пока духи вели спор между собою, осуществилось дело божественного творчества.

 - Для чего, - сказал Господь, - пререкания ваши?

Сотворение человека уже свершилось» (Берешит-Раба, 8)

Эта же тема звучит и в «В старухе Изергиль». При этом меняются не только сюжет, но и образы. Именно в этом рассказе мы наблюдаем, чтоменяется не только сюжет, но и герои. При этом остается без изменений только тема Десяти Заповедей: « - Что сделаю я для людей?! – сильнее грома крикнул Данко.

И вдруг он разорвал руками себе грудь и вырвал из нее свое сердце и высоко поднял его над головой.

Оно пылало так ярко, как солнце и ярче солнца, весь лес замолчал, освещенный этим факелом великой любви к людям, и тьма разлетелась от света его и там, глубоко внизу, дрожащая пала в гнилой зев болота. Люди же изумленные, стояли как камни.

 - Идем! – крикнул Данко и бросился вперед на свое место, высоко держа горящее сердце и освещая им путь людям.» [5, 2, т.1, с.30]

Тема библейской заповеди между «человеком и человеком» прослеживается в рассказе М.Горького «Песнь о Соколе». Традициооный, всем известный сюжет о летящем в небо Соколе и ползающем уже как будто бы снят с Сефер-Гаагады Бялика и Равницкого:

«Шел полем человек неся кувшин с молоком. Встретилась ему змея, стонавшая от мучительной жажды.

 - О чем стонешь ты? – спросил человек.

 - Изнемагаю  от жажды, - отвечала змея, - а у тебя что это в кувшине?

 - Молоко

 - Дай мне испить молока и я укажу тебе место где клад зарыт…

Сдвинул человек камень, разрыл место и достав клад направился к дому своему. Что же сделала змея. Вползла и обвилась вокруг его шеи….

- Идем на суд к Соломону, - предложил человек…

Обратился человек с мольбой к Соломону…

 - А тебе, - сказал Соломон человеку, - Господом заповедано: «Он будет поражать змею в голову» (Введение в Танхум Гакодум)

В данном случае при трансформации сюжета рассказа «Песня о Соколе» прослеживается позиция борьбы между садукеями и есеями, между прошлым и будушим Мира и проводя трансформацию этого библейского сюжета. При этом мы можем говорить о сочетании понятий «Трансформация Торы» и проблемы «социально-политических мотивов» в творчестве Горького.

«Песне о Соколе» предшествовало более раннее произведение Горького «О Чиже, который лгал, и о Дятле – любителе истины.», впервые напечатанное в газете «Волжский вестник» в 1893 году, в Казани. Именно здесь образом Чижа Горький закладывает основы своих будущих произведений «Песня о Соколе» и «Песня о Буревестнике». Так Чиж верит в победу разума и светлых убеждений: «Мы не должны уставать, мы должны всегда бороться и все победить, чтобы оправдать самих себя в своих глазах, чтобы иметь право сказать: все прошедшее, настоящее и будущее – это мы, а не слепая сила стихий…» [5, т.1, с.50]

Основываясь на высоком моральном облике птиц, Горький постепенно подводит нас к Человеку, к его стремлению к Добродетели. Если говорить о раннем творчестве Горького, то как раз именно здесь читатель найдет стремление писателя к Добродетели в его рассказе «Разговор по душе». И именно Добродетель, также как и сам молодой Пешков призывает изменить этот Мир и стать на путь истинного чувства: «Какие поступки теперь приобретают право на эпитет добродетельных?... Если данный субъект не ворует, не убивает, не лжет, не клевещет… - он добродетелен!» [5, т.1, с.224]. горький ведет повествование о Добродетели и Пороке и постепенно подводит своего читателя к рассказу «Легенда о еврее», в котором он, опираясь на тексты Нового и Ветхого Завета и другие исторические источники, фактически подводит своего читателя к проблеме образа Агасфера. Подобно блуждающему по свету «Вечному Жиду герой Горького ищет Иерусалим и стремится к нему всей душой: «… и чем более земли попирали наши ноги, тем мрачнее становился еврей. «Там!» - говорил он, - когда видел горы вдалеке, и глаза его загорались надеждой. «Там!» - восклицал он, смотря с вершины горы вниз к ее подножию… он все шел вперед, восклицая: «Там!» - и мы шли за ним, смущенные его гордостью и удивляясь его упорству…

«Там!» - воскликнул еврей, и первый раз мы услышали в его голосе звук радости… Хорошо было нам смотреть на него, и это поднимало наши силы. Подошли к горе и пошли на нее. День шли, и два, много дней – еврей все больше и больше воспламенялся надеждами, и не гасла в нем удивительная сила его…

«Адонай!» - вдруг воскликнул радостно еврей и упал на землю и был мертв, когда мы стали поднимать его…»[ 5, т.2, с.524-525]

В дальнейшем в русской литературе тот же элемент мы можем проследить и в творчестве М. Светлова. В своем стихотворении «Гренада» Светлов обращается к Испанской средневековой поэзии и мы здесь ощущаем песнь Иегуды Галеви:

         Но песню иную, о дальней земле,

         Возил мой приятель с собою в седле,

         Он пел, озирая родные края:

         Гренада! Гренада! Гренада, моя!. [9, с. 151]

В 1904 году Горький пишет рассказ «Человек», в сюжетной линии которого прослеживаются линии трактата «בראשית» Вавилонского Талмуда, при этом для нас становится очевидным, что автор этого произведения находился под впечатлением произведений Семена Фруга и его «Агады».

Ср: «я вызываю перед собой величественный образ Человека.

Человек! Точно солнце рождается в груди моей, и в ярком свете его  медленно шествует – вперед! – и выше! трагически прекрасный Человек!» [5, т.1, с.250]

Ср:

Чего-ж лишился рай нетленный,

                            Неувядающий вовек?

                            И слышит смертный голос тайный:

                            Тебя, разумный человек!                       

Тебя, души твоей пытливой

                            Броженья чувств, огня страстей,

                            Твоей мечты, твоих порывов

                            И мысли пламенной твоей –

 

                            Того, что мёртвым очертаньям

                            Немой, недвижной красоты

                            Даёт и смысл, и цель и силу

                            Движеньем творческой мечты. [10, с.59]

 

В рассказе «Рождение человека» А.М. Горький трансформирует Агаду о рождении человека, но при этом не забывает о социальном аспекте: «Баба извивалась как береста на огне, шлепала руками по земле вокруг себя и, вырывая блеклую траву, все хотела запихать ее в рот себе, осыпая землю, страшное нечеловеческое лицо, с одичалыми, налитыми кровью глазами, а уж пузырь прорвался и прорезывалась головка, - я должен был сдерживать судороги ее ног, помогать ребенку и следить, чтобы она не сорвала траву в свой перекошенный, мычащий рот…

Мы немножко ругали друг друга, она сквозь зубы, я – тоже не громко, она – от боли и, должно быть от стыда, я – от смущения и мучительной жалости к ней…

- Х-хомподи, - хрепит онасиние губы закушены и в пене, а из глаз, словно вдруг выцветших на солнце, все льются эти обильные слезы невыносимого страдания матери, и все тело ее ломается, разделяемое надвое.

 - Ух-ходи ты, бес…

- Дуреха, роди знай, скорее…»[ 6, с.31]

Мотив мистики и трансформации Талмудического сюжета из трактата «Гитин» мы наблюдаем и в рассказе Горького «Макар Чудра». Идея  удалого парня Лойки Забара и гордой Радды удивительно согласуется с образами первосвященника Сиона и его сестры, но у Горького эта идея трансформации сюжета более приближена к реальности и читателю кажется, что перед ним выступает писатель-мистик: «Я смотрел во тьму степи, и в воздухе перед моими глазами плавала царственно красивая и гордая фигура Радды. Она прижимала руку с прядью волос к ране на груди, и сквозь ее смуглые, тонкие пальцы сочилась капля по капле кровь, падая на землю огненно-красными звездочками.

А за нею по пятам плыл удалой молодой Лойка Забар; его лицо завесили пряди густых черных кудрей, и из-под них капали частые, холодные и крупные слезы…

А они оба кружились во тьме ночи плавно и безмолвно, и никак не мог красавиц Лойко поравняться с гордой Раддой.» [6, с.18]

Все творчество Горького насквозь пронизано гуманизмом и тема борьбы Человека со стихией не покидает писателя, поэтому в своей «Песне о буревестнике» он обращается к библейской легенде о праотце Ное. Трансформируя традиционный образ голубя, которого выпускает из ковчега Ной, Горький  находит в нем символ борьбы народа с несправедливостью: «Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный.

То крылом волны касаясь, то стрелой вздымаясь к тучам, он кричит, и – тучи слышат радость в смелом крике птицы….

Чайки стонут перед бурей, - стонут мечутся над морем, и на дно его готовы спрятать ужас свой пред бурей.

И гагары тоже стонут, - им гагарам недоступно наслажденье битвой жизни: гром ударов их пугает.

Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах…Только гордый Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!...

 - Буря! Скоро грянет буря!

Это смелый Буревестник гордо реет между молний над ревущим гневом морем, то кричит пророк победы:

 - Пусть сильнее грянет буря!..» [5, т.1, с.249]

Когда мы говорим о творчестве Горького, то прежде всего обращаемся непосредственно к проблеме социально-политических мотивов на территории России Х1Х-ХХ веков, но был и другой аспект, когда Горький искал в Библии ответ на социальную «прореху» в жизни общества и не раз обращался к Синодальному переводу Библии на русский язык, при этом он все-таки стремился оставаться писателем социальной жизни России начала ХХ века.

Библиографический список:

1. Агада. Сказания, притчи, изречения Талмуда и Мидрашей. В 4-х частях. Перевод с введением С.Г.Фруга по «Сефер-Гаагаде» И.Х.Равницкого и Х.Н.Бялика. - Одесса, 1910, ч.1
2. Агада. Сказания, притчи, изречения Талмуда и Мидрашей. Перевод с введением С.Г.Фруга по «Сефер-Гаагаде» И.Х.Равницкого и Х.Н.Бялика - Одесса, 1919
3. Белкин Д. Мир Востока в творчестве раннего Горького. - /Звезда Востока, 1988 - №8 – с.134-138.
4. Белкин И.Д. Литература зарубежного Востока 20-30-ых годов в оценке Горького. - /Горьковские чтения 1975. Материалы конференции «А.М. Горький и литературная критика» - Горький: Волго-вятское книжное издательство, 1976 – с.152-158.
5. Горький М. Полное собрание сочинений. Художественные произведения в двадцати пяти томах. – Москва: Наука, 1968.
6. М.Горький. По Руси. – Москва: издательство «Правда», 1986. – 477 С.
7. М.Горький. Избранные произведения в трех томах. – Москва: Художественная литература, 1976 – т.1 – 430 С.
8. Пархоменко М. Художественный опыт Горького и развитие литератур народов СССР - /Пархоменко М. Горизонты реализма. О традициях и новаторстве в советской литературе – Москва: Советский писатель, 1982 – с.38-76.
9. Пять тысяч любимых строк. – Москва: Молодая гвардия, 1976 – 207 с.
10. Фруг С.Г. Стихотворения, СПб, б-г
11. Черная Г.А. Влияние горьковских традиций на процесс становления литератур малых народов советского Севера и Дальнего Востока - / Горьковские традиции в советской литературе . – Москва: МГПИ им. Ленина, 1983 – с.132-139.




Рецензии:

7.02.2018, 16:39 Костогладова Любовь Петровна
Рецензия: Статья представляет собой интересный материал для изучения и анализа творчества выбранного им автора произведений русской литературы. Несомненный интерес представляет пласт лексики, приведенной в примерах. Утверждение автора статьи о том, что творчество А. М. Горького в основном связано с анализом проблем культуры Библии и особенностям ее влияния на формирования взглядов Человека, наиболее четко сопряжено с концептуальной составляющей взглядов самого автора статьи с восприятием творчества писателя. Неординарный подход и интересные суждения к интерпретации творчества А.М. Горького позволяет сделать вывод о том, что данная работа может быть рекомендована для публикации.

8.02.2018, 4:45 Александрова Елена Геннадьевна
Рецензия: Тема статьи интересна, во многом нова.Хотелось бы обратить внимание автора на некоторую непродуманность структуры работы, в определенном смысле стилистическую сниженность текста, например, в научной статье не могут присутствовать такие "лирические отступления":"Если вы не знакомы с творчеством раннего Горького, то обязательно прочтите его, поскольку у меня создалось впечатление, что Горький прежде всего это вдумчивый монах, размышляющий о судьбах Мира". Необходимо внимательно вычитать материал, убрать повторы. После доработки может быть рекомендована к печати.

11.02.2018 20:20 Ответ на рецензию автора Бескровная Елена Наумовна:
С Вашими замечаниями согласна. Я доработаю.



Комментарии пользователей:

7.03.2018, 13:47 Адибекян Оганес Александрович
Отзыв: Адибекян Оганес Александрович. Статья Бескровной Е.Н. литературного, религиоведческого и исторического содержания по творчеству завидно заслуженного поэта. Автором статьи об этом поэте приведены поэтические произведения, представшие слабо оцененными в религиозном плане, как использование ранних произведений европейцев. Информационно работа содержательная, полезная, логически стройная, достойна публикации. Замечания такие. Как объяснить слабую известность общественному мнению описанные достижения Горького А.М.? Не негативным отношением к религии в СССР? Показ использования зарубежных публикаций поэтом в пользу, или во вред русской литературе? Может эта публикация в пользу усиления авторитета церкви в обществе в наше время? Если так, то это атеистов не обрадует, что тоже стоило учесть.


11.03.2018, 10:52 Дзицоев Алик Анатольевич
Отзыв: Статья Бескровной Е.Н. "Библейские мотивы в творчестве М. Горького" вызывает несомненный интерес, особенно суждения автора и интерпретация творчества писателя. Структура исследования представлена в логической последовательности и соответствует логике изложения материала.В целом, работа Бескровной Е.Н. соответствует требованиям, предъявляемым к научным статьям, и может быть рекомендована к публикации. Кандидат педагогических наук, преподаватель русского языка и литературы 1 категории А.А. Дзицоев


Оставить комментарий


 
 

Вверх