Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Научные направления
Поделиться:
Разделы: История
Размещена 21.05.2018.

Источники для изучения образа Александра Великого в литературе средневековой Руси: систематизация и типология

Силенко Владислав Дмитриевич

Донецкий Национальный Университет

Студент-магистрант

Научный руководитель: Красноносов Юрий Николаевич, кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой Историографии, источниковедения, археологии и методики преподавания истории ДонНУ (г. Донецк, ДНР)


Аннотация:
В данной статье выявляются и систематизируются средневековые литературные источники Руси, которые непосредственно отражают репрезентации мифологемы образа Александра Великого в данном цивилизационном пространстве, а также те сочинения, которые оказались под влиянием этого образа. Первичный анализ собранных источников и созданная схема их классификации, становятся основанием для выводов об общей специфике восприятия Александра и бытования его образа в различных историко-культурных регионах Руси.


Abstract:
This article reveals and classifies the medieval literary sources of Rus, which directly reflect the representations of the mythologeme of the image of Alexander the Great in this civilization space, as well as those works that were influenced by this image. The primary analysis of the collected sources and the created scheme of their classification become the basis for conclusions about the general specificity of the perception of Alexander and the existence of his image in various historical and cultural regions of Russia.


Ключевые слова:
Александр Великий; исторические регионы Руси; Русское царство; источники; мифологема; образ

Keywords:
Alexander the Great; historical regions of Russia; The Russian kingdom; sources; mythologeme; image


УДК 94(47) + 930.2

Реконструкция мира образов окружающих книжность средневековья и их непосредственных репрезентаций человеком этой эпохи, чрезвычайно сложная и противоречивая задача, однако это не умаляет её важности. Благодаря изучению подобных областей, современному исследователю начинают открываться отдельные пласты самого мироощущения этого периода истории, особенности его психологии, понимания различных вещей, явлений и фактов представителями этого времени. Конечно же, древнерусский человек обладал собственным виденьем исторических событий, по-своему воспринимал происходящие процессы и осмысливал литературные произведения. Это в свою очередь необходимо учитывать при формировании ретроспективной картины прошлого, в особенности, если это происходит на основании одного из главнейших исторических источников – письменных свидетельств, причем написанных этим самым человеком эпохи. Его особое видение накладывается на освещение и древних, и современных ему времен, что придает им новое значение и трактовки. Язык этого средневекового человека апеллирует особыми фигурами речи, метафорами, сравнениями и собственным восприятием исторических или мифических личностей. Наконец он пронизан особой образностью, зачастую скрытой от современного читателя.

Так, исследование популярнейшей в средневековье мифологемы Александра и источников её литературного проявления на русской почве позволяет взглянуть на особенности мировоззрения этого цивилизационного пространства, эволюцию его средневековой психологии и перетекания в психологию Нового Времени, а этот процесс отличался на разных уровнях общества.

Стоит отметить, что специальных исследований посвященных избранной тематике, и в частности комплексному изучению образа Александра в письменной традиции средневековой Руси нет, однако есть отдельные работы затрагивающие вопросы исследования различных сочинений о царе бытовавших в славянских литературах, и проявления образа царя в материальной культуре. Таким образом, целью данной статьи является систематизация и освещение основных источников для изучений образа Александра Великого в литературе средневековой Руси. Актуальность данного исследования продиктована как важностью реконструкции определенных аспектов мировоззрения и культуры древнерусского общества, которую можно осуществить на основании изучения репрезентаций образа древнего царя в русской средневековой литературе, так и непосредственно отсутствием работ посвященных данному вопросу.

Представляя Александра с позиций современного дня, кажется, что лик древнего македонского царя неимоверно далек от культуры и книжности Древней Руси, однако именно там он обрел особое положение в качестве универсального образа и символа, не соизмеримое ни с одним его проявлением на Западе или Востоке. Причем это справедливо и не для всех культурно-исторических регионов Руси, а только для Северо-Восточных земель, и в дальнейшем Русского государства. В Южной и Западной Руси, образ не обрел и части той популярности и распространения, которыми возобладал в русской литературе средневековья. Фактически, Александр стал её органической частью и проник в самые различные жанры и памятники.

Исходя из указанной особенности восприятия образа Александра в различных частях Руси, систематизацию источников его изучения следует проводить, прежде всего, исходя из их происхождения и бытования в определенных регионах. Так следует выделить несколько массивных блоков: общих древнерусских источников (распространенных по большинству земель Руси еще в киевскую эпоху), памятников Северо-Восточной, Западной и Южной Руси. Особенности становления древнерусской литературы в XI в. и огромный массив переводных сочинений, хлынувший неудержимым потоком на русскую почву, диктует еще более глубокую начальную классификацию источников темы. С одной стороны следует учитывать протографы древнерусских переводных сочинений, но с другой, все переводные памятники являются специфическими творениями древнерусской книжности, которая с помощью переводов одновременно адаптировала их к новым культурным и литературным условиям. Так, в четырех вышеуказанных блоках, следует различать оригинальные литературные произведения Руси и переводные памятники.

Учитывая вышесказанное, первый уровень классификации источников содержащих информацию об Александре или апеллирующих к нему, выглядит следующим образом:

I. Общерусские источники.

1. Переводные памятники: 

а) Первая древнерусская редакция так называемой «Хронографической Александрии» [11, с. 5-128 (приложения)] (беллетризированного античного романа о приключениях Александра, переведенного с греческого протографа в XI-XII вв., и содержащегося лишь в составе хронографов);

б) Сборник апофегм и притч − «Пчела», содержит несколько историй связанных с царем и его мудрые сентенции [28, с. 418,438];

в) Переводы византийских хроник, прежде всего  Иоанна Маллалы [14, с. 216-217, 219] и Георгия Амартола [12, с. 42-50]. Повествуя о царе, они прибегают и к мифологеме заложенной греческим «Романом об Александре» Псевдо‑Каллисфена, и в большинстве своем их свидетельства сохранились в составах летописей и хронографов. В целом, византийские хроники стали источниками дополнения хронографической Александрии [18, с. 121];

г) Переводы византийских синаксариев и миней (сборников сокращенных произведений агиографической традиции). В таких сборниках, а именно в житии пророка Иеримеи, бытовала легенда о перенесении его мощей в Египет самим Александром [18, с. 103].

д) Переводы сочинений отцов церкви и известных богословов бытовавшие на Руси, а именно Василия Великого [38, с. 355], Григория Богослова [34, с. 63-64, 260, 568], Иоанна Златоуста [39, с. 757], Мефодия Патерского [12, с. 89-90, 106-107, 124-126]. Все они упоминают отдельные легенды и притчи связанные с царем.

е) Апокрифическая литература в виде переводов «Видений пророка Даниила», где автору открывается процесс движения мировой истории и смены четырех империй, через образы диковинных чудищ и зверей. Царство Александра предстает в образе четырёхглавого и четырехкрылого барса [5, с. 854]. Не вдаваясь в подробности истории и времени создания этого памятника, следует отметить, что толкования этих видений еще в раннехристианскую эпоху ассоциировали третье царство с империей Александра (это видно, например, из «Творений» Иоанна Златоуста [39, с. 484]). Так апокрифические «Видения Даниила» соотносились с деяниями Александра и на Руси, дополняя его образ.

2. Оригинальные произведения: 

а) «Повесть временных лет» содержит несколько обстоятельных упоминаний об Александре, его борьбе с Гогами и Магогами, описание встречи царя с ангелом перед вхождением в Иерусалим [15, с. 100, 107, 122].

II. Западнорусские и старобелорусские источники.

1. Переводные памятники: 

а) Западнорусская редакция хронографической Александрии [11, с. 243-343];

б) Старобелорусские переводы польских сочинений о царе [4, с.33-198] (они в свою очередь восходят к латинским переложениям греческого «Романа об Александре» − «Historia … de preliis», то есть в отличие от древнерусских хронографических сочинений, пришли на белорусские земли посредством западных переводов, а не напрямую из Византии);

в) Старобелорусские переводы всемирной хроники Мартина Бельского [4, с. 28] (где содержится повествование об Александре);

г) Белорусские редакции так называемой «Сербской Александрии» [4, с. 15] (она пришла в конце XV в. сначала в Южную и Северо-Восточную Русь по средством переводов с сербского, и представляет собой памятник несколько иного уровня, а именно ранний рыцарский роман);

д), «Прикарпатские» и галицкие списки с переводами сербской Александрии [7, с. IX; 8, с. 123]. В определенной мере они являются связующим звеном между западнорусской и южнорусской традицией переводов сербского романа.

III. Южнорусские источники.

1. Переводные памятники:

а) Южнорусские переложения польских переводов «Historia … de preliis» [7, с. 87-173];

б) Малороссийские редакции Сербской Александрии [7, с. 1-85];

в) Староукраинские переводы всемирной хроники Мартина Бельского [7, с. 175-210].

IV. Источники Северо-Восточной Руси и Русского царства.

1. Переводные памятники:

а) Три редакции хронографической Александрии, исследователь В.М. Истрин назвал их второй, четрертой и пятой [11, с. 311];

б) Русские переводы сербской Александрии (причем во множестве списков от XV до XIX вв., которые могут содержать специфические интерполяции) [1; 3];

в) Отреченная книга – «Тайная Тайных» (содержит всевозможные поучения Аристотеля, которые он дает Александру) [30];

г) Русские переводы всемирной хроники Мартина Бельского. Интересно, что в Северо-Восточной Руси критическая оценка некоторых мифических деяний царя (содержащаяся в этом труде) долго не имела влияния на восприятие образа Александра. Русскую книжность больше интересовала естественнонаучные интерполяции этого памятника [16, с. 422], и заимствования из хроники наблюдаются лишь в поздних хронографических редакциях Александрии, а русские переводы сербского романа их не имеют.

2. Оригинальные сочинения.

Важно отметить, что оригинальные памятники, прибегающие к образу Александра в Северо-Восточной Руси, в отличие от Западных и Южных земель, представляет наиболее обширный блок произведений, что диктует проведения классификации источников этого раздела более высокого −  второго уровня (условно). Для охвата всех источников в основу классификации второго уровня следует поставить критерий литературного характера произведений русской книжности, то есть не только жанр, но и принадлежность к определенной традиции и культурной сфере распространения.

Таким образом, среди оригинальных сочинений Северо-Восточной Руси, и впоследствии Русского царства, следует указать следующие (нумерация продолжается с пункта «2. Оригинальные сочинения»):

2. 1. Исторические труды.

а) Летописи:

− Лаврентьевская летопись [15] (она содержит древнейшую сохранившуюся редакцию «Повести временных лет» и соответственно уже указанные упоминания Александра, однако сама летопись как целостный памятник вынесена в этот блок источников, поскольку она в отличие от «Повести» является продуктом другой эпохи и другого региона, а именно Владимиро-Суздальской земли XIV в.);

− Софийская первая летопись [37, с. 11, 13];

− Псковская третья летопись [27, с. 71] (в двух вышеназванных летописях, как и в ряде других, имя Александра, прежде всего, упоминается в контексте приведения исторической хронологии событий от сотворения мира);

− Лицевой летописный свод XVI в. [19, с. 1-422] (содержит хронографическую Александрию).

б) Хронографы:

− Летописец Еллинский и Римский второй редакции [2];

− Русский хронограф 1512 г. [11, с. 252];

− Хронографы особой редакции 1617 и 1620 гг. [11, с. 221] (все вышеназванные памятники содержат хронографическую Александрию различных редакций).

в) Специфические авторские произведения. К этой группе, следует отнести «Хрисмологион» Николая Спафария-Милеску. Подобное сочинение заслуживает отдельной категории, поскольку его автор в последней трети XVII в. для освещения личности царя использует ряд античных и средневековых латинских сочинений (ранее не распространенных на Руси), и вносит в образ Александра критические ноты [24, с. 392-394].

2.2. Историко-беллетристические сочинения, воинские и бытовые повести.

а) Сказания:

− Основная и Киприановская редакции «Сказания о Мамаевом побоище» [35, с. 25-48, 49-72] (указаны различные редакции памятника, поскольку в каждой имеется свое упоминание личности царя и интерполяции из сербской Александрии);

−  «Сказание о молодце и девице и о старом муже» (здесь наблюдаться реминисценции из сербской Александрии, а именно  уподобление любви главных героев, любви Александра к Роксане [17, с. 231-232]);

б) Повести:

−  «Повесть о победах Московского государства» (содержит сопоставление Михаила Скопина-Шуйского с Александром) [23, с. 20].

2.3. Агиографические источники.

а) Жития:

−  «Житие святого благоверного Александра Ярославича». Стоит отметить, что агиографическая традиция напрямую соприкасаться с летописной. Многие жития включены в летописные повествования, а житие Александра Невского особой второй редакции находиться в Софийской первой летописи, которая располагает упоминанием «тезоименитности» двух героев (князя и царя) [37, с. 303]. Кроме того, различные редакции жития Невского располагают и различными упоминаниями македонского царя, или же не имеют их вообще (ранние редакции). Так, на примере проникновения упоминаний о древнем полководце в житие Невского, можно увидеть рост популярности образа царя на древнерусской почве и включение его во все большее число памятников.

2.4. Ораторские и идеологические произведения. К данному разделу относятся памятники особого склада, назидательно и идеологического содержания.

а) «Слова» или же речи:

− «Слово о суеверии или суечестии» Симеона Полоцкого, которое критикует народную традицию привязывать украшения с изображением Александра к больным частям тела в надежде на их исцеление [32, с. 378];

б) Послания, повести и сказания официозной идеологии, содержащие легенду о происхождении Рюриковичей от мифического брата Августа – Пруса. Это: «Послание Спиридона Савы», «Сказание о князьях владимирских», «Повесть о разделении вселенной Ноем». [9, с. 159-170, 171-178, 206-210 (приложения)]. Все они апеллируют к имени Александра, который выступает обладателем вселенной и одним из собирателей царских регалий, которые от византийских императоров перешли к русским царям.

2.5. Публицистика, переписка и близкие к ним сочинения.

а) Обращения и послания специфического характера:

− «Моление» и «Слово Даниила Заточника» (содержат пожелание князю, к которому обращается автор, быть храбрым как Александр) [36, с. 234];

− «Послание Климента Смолятича» (упоминает популярный в иконографии Северо-Восточной Руси сюжет, изображающий вознесение Александра на небо в колеснице запряженной грифонами) [25, с. 144].

б) Сочинения публицистического характера:

− Краткая заметка Максима Грека «Об Александре Македонском» (автор приводит одну из легенд о царе, известную из сочинений Плутарха) [20, с. 120];

в) Переписка:

− «Послание царю Ивану IV» Максима Грека (упоминается время процветания «греческой земли» при Александре) [21, с. 118-119].

2.6. Поэзия.

а) Отдельные вирши:

− «Фрон Истинны» и «NOWOZNALEZIONE RZECZY» Симеона Полоцкого  (в двух стихах автор апеллирует к личности царя, показывая его справедливость и величие) [33, с. 22-25, 101-102];

б) Особые поэтические сборники:

− «Вертоград Многоцветный» Симеона Полоцкого (также дважды упоминает царя, но уже в качестве назидательного примера, из-за стремления Александра к мирскому, а не небесному, и из-за невозможности побороть негативные привычки) [31, с. 50].

2.7. Чертежи и картографические атласы.

Эта группа источников представлена одним памятником, однако чрезвычайно важным и уникальным: «Чертежной книгой Сибири» С.У. Ремизова. В ней на чертеже «Всех Сибирскихъ градов и земель» [40, с. 85], с его «западной» стороны, в устье Амура находиться надпись: «До сего места царь Александр Македонский доходил и ружье спрятал и колокола оставил лудмы» [40, с. 86].

2.8. Народная литература.

а) Лечебники и заговоры:

− «Прохладный вертоград», здесь содержится  «Наука врача Моисея Египетского царю Александру Македонскому» (из «Тайная Тайных») [26, с. 142]. 

− «Заговор от всякой лихорадки» (из источников XVIII-XIX вв.), помимо упоминания святых и евангелистов располагает и именем древнего царя [26, С. 143]. Стоить отметить, что в народной среде России образ Александра в различных заговорах (для помощи в охоте, и защиты от стрел [41, С.105-106]), продолжал бытовать даже в Новом времени.

б) Лубочные картинки и тексты:

− «Славное побоище царя Александра Македонскаго съ Поромъ царемъ Индѣйскимъ», «Люди дивія наиденыя царемъ александромъ македонскимъ» [29, с. 8-9, 12-13] (изображают и кратко описывают отдельные легендарные сюжеты из биографии царя);

− «Монархическій Колоссъ», «Изображенія четырехъ древнихъ царей» [29, с. 1-8, 14-15] (более историчные картинки упоминают царя в контекстах перечисления правителей различных стран и регионов по эпохам,  а так же помещают его в компанию близких к периоду античности героев);

в) Русские народные сказки:

«Сказаніе объ Александрѣ Македонскомъ» (сказка, записанная в Саратовской губернии, повествует об удали царя во всех начинаниях и его великих деяниях) [22, с. 276]. Хотя последнее представляет скорее фольклорную, а не литературную традицию, впрочем, как и заговоры, однако их привлечение для комплексного изучения бытования образа Александра на Руси просто необходимо, поскольку они иллюстрируют завершающий этап существования средневекового мифологизированного образа полководца на русской почве.

Отдельно следует сказать о литературных памятниках, которые не упоминают царя напрямую. В некоторых оригинальных сочинениях Руси наблюдаются разного рода влияния переводных Александрий (хронографической и Сербской). Отдельные визуальные образы миниатюр, стилистика повествования, литературные формулы, деяния героев Александрий и их описания, откреплялись от своих первоначальных источников и использовались книжностью Руси. Осуществлялось это авторами знакомыми с повествованиями о царе, и применялось в соответствии с их воззрениями и видением. Так, анализ конкретных уникальных взаимовлияний,  экстраполяций образов, сюжетных ходов и казусов в различных памятниках средневековой литературы Руси, позволяет проследить восприятие книжниками самих сочинений и непосредственно Александра. Определить, какова же его роль в их представлении, и как широко его литературное влияние. То есть, на основании изучения заимствований, интерполяций и реминисценций проявляется специфическое видение авторов Руси. Что из образа Александра или повествования о его великих деяниях следует заимствовать, упомянуть, наложить на нового героя или реального персонажа русской истории, а что следует убрать, перефразировать и не упоминать при этом Александра или его сподвижников. Все это является уникальным материалом для реконструкции репрезентаций средневековой Руси, отдельных областей психологии и культуры средневековой эпохи.

Вышесказанное диктует проведение классификации источников еще более высокого третьего уровня (условно). Так в отдельный блок памятников выделяется ряд оригинальных произведений. Из-за их широкого поля, распространившегося по различным землям Руси и литературным периодам (в контексте средневековья разумеется), а также вследствие неопределенности окончательного круга таких трудов, следует выделить несколько групп памятников разделенных по критерию характера заимствований из сочинений об Александре, что будет выглядеть следующим образом:

V. Оригинальные сочинения Руси, испытавшие влияния Александрий, но не апеллирующие непосредственно к образу царя.

1. Памятники с художественно-иллюстративным влиянием:

а) «Сказание о Мамаевом побоище», а вернее его лицевые списки, помимо упоминаний Александра имеют также схожесть с сербской Александрией в иллюстрациях [6]. Не смотря на ранее упомянутое присутствие прямого взаимодействия с образом царя, этот памятник находиться в специальном блоке источников из-за того, что его позднейшие редакции сохраняют «иллюстративную» связь с Александрией, но утрачивают обращения к личности царя.

2. Источники, испытавшие стилистическое влияние.

а) «Казанская история» имеет схожие с сербской Александрией повествовательные формулы и стилистические обороты [10, с. 259].

б) «Поэтическая повесть об Азовском осадном сидении» также прибегает к образам и повествовательным формам сербского романа [17, с. 263].

3. Труды, заимствовавшие описания и сюжеты.

а) В «Повести временных лет» наблюдаются отголоски содержания хронографической Александрии (в эпизодах описания особенностей жизни амазонок [18, с. 142]).

б) В Галицко-Волынской летописи, при описании военных событий и быта, снова находятся заимствования из хронографической Александрии [16, с. 28].

в) «Повесть о Довмонте» заимствовала эпизод казни врагов из Александрии [16, с. 141].

г) «Повесть о Басарге» прибегает к сюжету о золотых чашах из сербского романа [16, с. 345].

д) Толковая Палея, наполнялась как непосредственно из переводных византийских хроник, так и из хронографической Александрии второй редакции [16, с. 156]

е) Русские былины о Вольге Святославовиче, а также об Алеше Поповиче и Тугарине испытали на себе влияние отдельных эпизодов Александрий [18, с. 143].

Таким образом, персона древнего македонского царя, безусловно, является органической частью средневековой литературы Руси, что отразилось в широком круге литературных памятников. Представленный массив источников, при его первичном анализе и систематизации, подтвердил явные отличия в популярности, распространении и соответственно восприятии образа Александра книжностью различных историко-культурных регионов Руси. Наиболее разветвленный спектр источников апеллирующих к имени Александра представлен литературой Северо-Восточных земель, которые впоследствии стали центром Русского государства. Земли Южной и Западной Руси ограничили сферу распространения образа фактически лишь полем переводной литературы, тогда как в Северо-Восточных землях наблюдаются использование имени царя в оригинальных сочинениях.  

Подобные диспропорции, при наличии блока общерусских источников киевской эпохи (упоминающих царя) и одного ядра литературного его образа (античного романа), видимо свидетельствуют о разности мировосприятия, ментальности и психологии упомянутых регионов (которая продиктована спецификой их исторического развития). Иначе говоря, имея общую базу древнерусской литературы земли Южной, Западной и Северо-Восточной Руси по-своему формируют восприятие облика царя, вовлекая в оригинальную литературу, или же ограничивая его распространение рядом  переводных сочинений, хоть уже и адаптированных к новым культурным условиям, то есть ставших памятниками книжности определенного региона Руси.

Помимо этого, стоит отметить и первичную информативность систематизации специфического блока не апеллирующих непосредственно к образу царя источников, где больше всего сочинений оказавшихся в литературном влиянии Александрий. Сюжеты, коллизии и эпизоды из переводных памятников легко откреплялись от них, переходя в другие сочинения. Так образ царя был особенным и весомым не просто из-за набора легенд, а вследствие средневекового восприятия его личности и оценок её роли в мировой истории. Само имя Александра и его образ являлись основой скрепляющей различные сюжеты, приключения и свершения, которые как откреплялись от его имени, так и прикреплялись, что в свою очередь наделяло его авторитетом в новых ипостасях. Например, великий древний государь и созидатель мировой империи, становиться еще и охранительным, врачевательным символом (что видно из лечебников и заговоров).

В целом, даже начальное изучение и систематизация средневековых литературных источников Руси, затрагивающих образ Александра, дает интересные интенции и выводы относительно особенностей мировосприятия различных её регионов и в целом средневековой психологии. Дальнейшее глубокое изучение обозначенного спектра источников, поможет конкретизировать, развить и расширить вышеназванные тезисы, что необходимо для реконструкции особенностей средневековой культуры древнерусского общества.

Библиографический список:

1. «Алексдндрия» Роман об Александре Македонском по русской рукописи XV в. / Изд. подг. М.Н. Ботвиник, Я.С. Лурье, О.В. Творогов. – М.: «Наука», 1965. – 268 с.
2. Александрия // Летописец Еллинский и Римский / Изд. подг. О.В. Творогов, С.А. Давыдова. − СПб. «Дмитрий Буланин», 1999. − Т. 1 Текст. − С.85-178
3. Александрия Сербская. Древнерусский текст и современный перевод / Подгот. текста, перевод и ком. Е.И. Ванеевой // Библиотека литературы Древней Руси / Под ред. Д.С. Лихачева, Л.А. Дмитриева, А.А. Алексеева, Н.В. Понырко. – СПб.: «Наука», 2003. – Т. 8: XIV – первая половина XVI века. − С. 12-133
4. Беларускія Александрыя, Троя, Трышчан...: перекладная белетрыстыка Беларусі XV-XVII стст. / уклад. прадм., камент А. Бразгунова. – Мінск: «Беларусская навука», 2009. – 736 с.
5. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета / Перепечатано с издания Московской Патриархии; синодальный перевод. − М.: Международный издательский центр православной литературы, 1995. – 1376 с.
6. Веселов Ф.Н. О некоторых связях между иллюстрациями русских лицевых списков Александрии Сербской и лицевых списков Сказания о Мамаевом побоище // ROSSICA ANTIQUA. – СПб.: изд. СПбГУ, 2016. (1/2). – С.70-98
7. Гаєвський С. «Александрія» в давній українській літературі.(Вступ і тексти) − К., 1929. − XIV+237 с.
8. Грушевський М. С. Історія української літератури: В 6 т. 9 кн. Т. 5. Кн. 1 / Упоряд. та приміт. С.К. Росовецького. − К. «Либідь», 1995. − 256 с.
9. Дмитриева Р.П. Сказание о князьях владимирских. − М. - Л.: Изд. Академии наук СССР, 1955. – 158+214 c. (приложения)
10. Древнерусская литература. Литература XVIII века // История русской литературы: В 4 т. / Редкол. тома: Д.С. Лихачев, Г.П. Макогоненко. − Л.: «Наука». Ленингр. отд-ние, 1980. – Т. 1. − 814 с.
11. Истрин В.М. Александрия русских хронографов (Исследование и текст). − М.: Университетская типография, 1893. – 361+356 с. (приложения)
12. Истрин В.М. Книгы временьныя и образныя Георгия Мниха. Хроника Георгия Амартола в древнем славянорусском переводе. Текст, исследование и словарь. – Петроград: Российская государственная академическая типография, 1920. − Том 1: Текст. − 615 с.
13. Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила в византийской и славяно-русской литературах. Исследование и тексты. − М.: Университетская типография, 1897. − 329+208 с. (приложения)
14. Истрин В.М. Хроника Иоанна Малалы в славянском переводе (Репринтное издание материалов В.М. Истрина) / Подг. изд., вступ. ст. и приложения М.И. Чернышевой. – М.: «Джон Уайли энд Санз», 1994. – 473 с.
15. Лаврентиевская летопись. Древний текст летописи Нестора // ПСРЛ. − СПб.: Тип. Э. Праца, 1846. − Т. 1. Лаврентиевская и Троицкая летописи. − С. 1-123.
16. Литература 1220-х - 1580-х гг. // История русской литературы: В 10 т. / Гл. ред.: П.И. Лебедев-Полянский; Редкол. тома: А.С. Орлов, В.П. Адрианова-Перетц, Н.К. Гудзий. − М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1945. − Т. II. Ч. 1. − 532 с.
17. Литература 1590-х - 1690-х гг. // История русской литературы: В 10 т. / Гл. ред.: П.И. Лебедев-Полянский; Редкол. тома: А.С. Орлов, В.П. Адрианова-Перетц, Н.К. Гудзий. − М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1948. − Т. II. Ч. 2. − 441 с.
18. Литература XI - начала XIII века // История русской литературы: В 10 т. / Гл. ред. П.И. Лебедев-Полянский; Редкол. тома: А.С. Орлов, В.П. Адрианова-Перетц, Н.К. Гудзий. − М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1941. − Т. I. − 404 с.
19. Лицевой летописный свод XVI века. Всемирная история. Книга 3. − М.: ООО «Фрма «АКТЕОН», 2014. – V+748 с.
20. Максим Грек Об Александре Македонском / Ржига В. Ф. Опыты по истории русской публицистики ХVI в. Максим Грек как публицист // Труды Отдела древнерусской литературы. − Л., 1934. − Т. 1. − С.119-120
21. Максим Грек Послание царю Ивану IV / Ржига В. Ф. Опыты по истории русской публицистики ХVI в. Максим Грек как публицист // Труды Отдела древнерусской литературы. − Л., 1934. − Т. 1. − С.117-119
22. Народные русские сказки А. Н. Афанасьева: В 3 т. − М.: Типография Высочайше утвержд. т-ва П.Д. Сытина, 1897. − Т. 2. – 445 с.
23. Повесть о победах Московского государства / Изд. подг. Г.П. Енин. – Л.: «Наука», 1982. − 160 с.
24. Посвящение царю Алексею Михайловичу книги «Хрисмологион», переведенной Николаем Спафарием, в 1673 г. // Русский вестник, Том 2. 1841. – С.384-400
25. Послание Климента Смолятича. Древнерусский текст и современный перевод / Подгот. текста, перевод и ком. Н.В. Понырко // Библиотека литературы Древней Руси / Под ред. Д.С. Лихачева, Л.А. Дмитриева, А.А. Алексеева, Н.В. Понырко. – СПб.: «Наука», 1997. – Т. 4: XII век. − С. 118-141; 599-604
26. Постников В.В. Образ Александра македонского в русской материальной культуре // Вестник ДВО РАН. − 2006 №3 − С.141-147
27. Псковские летописи / Под. ред. А.Н. Насонова. − М.: Изд. АН СССР, 1955. − Т. 2. − 364 с.
28. Пчела. Древнерусский текст и современный перевод / Подгот. текста, перевод и ком. В.В. Колесова // Библиотека литературы Древней Руси / Под ред. Д.С. Лихачева, Л.А. Дмитриева, А.А. Алексеева, Н.В. Понырко. – СПб.: «Наука», 1997. – Т. 5: XIII век. − С.414-447; 524-525
29. Русские народные картинки. Книга II: листы исторические, календари и буквари / Собрал и описал Д. Ровинский. − СПб.: Типография Императорской Академи наук, 1881. − 536 с.
30. Русский текст «Аристотелевых врат» // Из истории отреченных книг. Т.4: Тайная Тайных или Аристотелевы Врата / Тексты и материал для их объяснения собрал и приготовил к печати М. Сперанский. – СПб.: Типография М.А. Александрова, 1908. – С.131-241
31. Симеон Полоцкий Вертоград Многоцветный / Подготовка текста, статьи и комментарий А. Хипписли и Л. Сазоновой; Предисловие Д.С. Лихачева. − Кёльн 2000. − Том 1: «Аарон» «детем благословение». − 361 с.
32. Симеон Полоцкий Слово о суеверии или суечестии // Красноречие Древней Руси (XI-XVII вв.). − М.: «Советская Россия», 1987. − С.376-383
33. Симеон Полоцкий. Вирши / Сост., подг текстов, вступ. ст. и комм. В.К. Былинина, Л.У. Звонаревой. − Минск: «Мастацкая літаратура», 1990. – 447 с.
34. Симфония по творениям святителя Григория Богослова. − М.: «ДАРЪ», 2008. − 608 с.
35. Сказания и повести о Куликовской битве / Изд. подгот. Л. А. Дмитриев, О.П. Лихачева. − Л.: «Наука», ленинградское отделение, 1982. – 421 c.
36. Слово Даниила Заточника / Подгот. текста, перевод и прим. Д.С. Лихачева // Изборник: (Сборник произведений литературы древней Руси). − М., 1969. − С. 224-235; 728-730
37. Софийская первая летопись старшего извода // ПСРЛ. − М.: «Языки русской культуры», 2000. − Т.6 Выпуск 1. − I-VIII; 581 с.
38. Творения иже во святых отца нашего Василия Великаго, Архиепископа Кесарии Каппадокиǐския Творения иже во святых отца нашего Василия Великаго, Архиепископа Кесарии Каппадокийския. Часть четвертая: Беседы. − М.: В типографии Августа Семена, 1846. – III+404 c.
39. Творения Святого Отца нашего Иоанна Златоуста Архиепископа Константинопольского в русском переводе: В 12 т. − СПб.: Санкт-Пет. дух. акад., 1905. − Т. 11. − 1008 с.
40. Чертежная книга Сибири 1701 г. составленная 1699-1700 гг. С.У. Ремизовым и его сыновьями. − СПб.: Тип. (бывшая) А.М. Котомина, 1882. − 95 с.
41. Чумакова Т. В. Сюжет «Вознесение Александра Македонского на небо» в древнерусской культуре // Вестник СПбГУ. Сер. 17. − 2014. − Вып.2 – С.103-107




Рецензии:

29.05.2018, 9:12 Сильванович Станислав Алёйзович
Рецензия: Силенко Владислав Дмитриевич проделал большую работу по систематизации и типологии источников для изучения образа Александра Великого в литературе средневековой Руси. Актуальность темы обоснована, поставленная цель достигнута. Статья опирается на внушительный список источников, позволяющий сделать заключение о добросовестном и всеобъемлющем подходе автора к теме исследования. Комментарии, которыми сопровождает автор отдельные группы источников, и выводы достаточно аргументированы и звучат убедительно. Статья рекомендуется к публикации. С уважением С.А.Сильванович

29.05.2018 12:12 Ответ на рецензию автора Силенко Владислав Дмитриевич:
Станислав Алёйзович, благодарю за рецензию.



Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх