Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №76 (декабрь) 2019
Разделы: Юриспруденция
Размещена 20.12.2019. Последняя правка: 21.12.2019.
Просмотров - 418

АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В РАЗВИТИИ СИСТЕМЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ

Бойко Сергей Сергеевич

к.ю.н.

Ростобрнадзор

начальник отдела

Аннотация:
В данной статье рассмотрена динамика и тенденции развития отечественного законодательства, направленного на обеспечение информационной безопасности в развитии системы национальной безопасности России. Проведен комплексный анализ изменений, внесенных в Федеральный закон № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» за последние 5 лет. Обосновывается авторское мнение о необходимости глубокой систематизации уже имеющихся норм, регламентирующих различные организационно-правовые механизмы обеспечения информационной безопасности, и о принятия в связи с этим обновленного закона.


Abstract:
This article discusses the dynamics and trends of the development of legislation aimed at ensuring information security in the national security system of Russia. The complex analysis of the changes made to the Federal law No. 149-FZ" On information, information technologies and information protection" for the last 5 years. The author's opinion on the necessity of deep systematization of the existing norms regulating various organizational and legal mechanisms of information security, and the need to adopt an updated law in this regard, is substantiated.


Ключевые слова:
информация; информационное право; защита информации; государственная регламентация; законотворчество; практика; административно-правовые средства; национальная безопасность; интернет право

Keywords:
information; information law; protection of information; information security; state regulation; lawmaking; practice; administrative legal means; National security; Internet rights


УДК 342

Введение. В мире информационного (цифрового) общества информационная безопасность - это один из базовых элементов, входящих в структуру комплексной системы обеспечения национальной безопасности государства.

Бурное и спонтанное развитие специализированных правовых норм, направленных на обеспечение информационной безопасности, приводит к отсутствию стройности и системности в отраслевом законодательстве, что в свою очередь в значительной степени осложняет осуществление правоприменительной практики.

Цель статьи - на основе комплексного анализа изменений, внесенных в Федеральный закон № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» за последние 5 лет, обосновать необходимость глубокой систематизации уже имеющихся норм, регламентирующих различные организационно-правовые механизмы обеспечения информационной безопасности, и необходимость принятия в связи с этим обновленного закона.

Задачи статьи – изучение динамики и тенденций развития отечественного законодательства, направленного на обеспечение информационной безопасности в развитии системы национальной безопасности России;  комплексный анализ изменений, внесенных в Федеральный закон № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» за последние 5 лет; обоснование необходимости глубокой систематизации уже имеющихся норм, регламентирующих различные организационно-правовые механизмы обеспечения информационной безопасности, и принятия в связи с этим обновленного закона.

Научная новизна обусловлена практико-ориентированной эмпирической базой и актуальными задачами исследования.

Актуальность заключается в высокой значимости вопросов обеспечения информационной безопасности, как базового элемента, входящего в структуру комплексной системы обеспечения национальной безопасности государства.

Основной текст статьи.

Еще четыре года назад мы отмечали тот факт, что анализируя новые статьи Закона об информации, информационных технологиях и о защите информации 2006 года [1] (далее – Закон об информации), введенные в него в 2012-2013 годах, можно вполне отчетливо отметить фактическое смещение центра внимания государственной информационной политики в сторону решения задач обеспечения информационной безопасности [2].

Прогнозы того, что информационная безопасность на рубеже третьего тысячелетия выйдет на первое место в системе национальной безопасности, а формирование и проведение единой государственной политики в этой сфере рано или поздно потребует приоритетного рассмотрения были сделаны еще в 2000 году Лопатиным В.Е. [3].

Десять лет спустя эти прогнозы стали сбываться. Начало эры масштабного развития  информационной безопасности в системе национальной безопасности России ознаменовали активно издаваемые в 2009-2013 годах правовые акты, направленные на решение различных задач обеспечения информационной безопасности[4].

Сравнивая содержание понятий «информационная безопасность» в Доктрине информационной безопасности Российской Федерации, утвержденной Президентом РФ 9 сентября 2000 г. за № Пр-1895, и в Доктрине информационной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента РФ от 5 декабря 2016 г. № 646 [5], можно сделать вывод о том, что несмотря на различные формулировки (введенная в 2016 году формулировка более расширенная в части описания ценностных ориентиров) основной концепт содержания этого термина в базовых нормативных актах остался прежним.

В то же время, в российской юридической науке до сих пор идут активные дискуссии по вопросам содержания и соотношения таких терминов как «национальная безопасность» и «национальная информационная безопасность», «информационная безопасность» и «безопасность информации», «безопасность киберпространства» и «кибербезопасность», «информационная безопасность личности» и «информационное оружие», др.[6].

Неопределенность терминологической базы обеспечения информационной безопасности во многом вызвана активной, но зачастую спонтанной и узконаправленной законотворческой деятельностью в данной сфере [7]. 

В 2013 г. был разработан весьма неоднозначный проект Концепции Стратегии кибербезопасности РФ [8], в котором отмечен недостаток существующего правового регулирования киберпространства, вводится понятие «безопасность киберпространства», а также отмечается его важность для обеспечения информационной безопасности, и как следствие, национальной безопасности России.

Как и многие другие акты в данной сфере этот документ не только пестрит различными терминами, декларациями и принципами, смешивает их, фактически не приводя терминологическую базу к единообразию, но и не выстраивает какие-либо организационно-управленческие механизмы обеспечения комплексной информационной безопасности.

Анализируя состояние международной и отечественной информационной сферы, а также общие тенденции ее развития, в 2014 году мы сделали прогноз о том, что в среднесрочной перспективе спрос общества на развитие правовых средств обеспечения информационной безопасности, в том числе на развитие административно-управленческих механизмов, обеспечивающих безопасность информационных прав личности, общества и государства, будет существенно повышаться.

И что же мы имеем в настоящее время?  

Последовательная стратегия и политика государства на масштабное внедрение информационных технологий как в рамках электронного государства и информационного общества, так и в рамках перехода к цифровой экономике, не могут осуществляться без увязки с эффективным обеспечением информационной безопасности, существенно снижающим риски проявления всевозможных информационных угроз.

За последние четыре года в Закон об информации внесено порядка 20 изменений и дополнений, и если в начале 2015 года эти изменения носили исключительно экономико-организационных характер и регламентировали особенности государственного регулирования в сфере использования российских программ для ЭВМ и баз данных [9], а также организации обмена информацией в форме электронных документов при осуществлении полномочий органов государственной и муниципальной власти [10], то уже с июля 2015 года по июнь 2018 года 13 из 14 поправок и дополнений, внесенных в Закон об информации, (т.е. 93 %) касались исключительно различных аспектов обеспечения информационной безопасности.

Всего же в рассматриваемый период (с июля 2015 г. по ноябрь 2019 г.) из 21-го изменения и дополнения, внесенного в Закон об информации, 16 (т.е. 76%) относятся к сфере правового обеспечения информационной безопасности.

В ряду вышеуказанных поправок можно выделить те, которые закрепляли новые и, как видится, в достаточной мере эффективные административно-правовые средства обеспечения информационной безопасности.

Так, Федеральным законом от 13.07.2015 № 264-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и статьи 29 и 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» нормативно закреплено понятие «поисковая система», а также установлена обязанность оператора поисковой системы, распространяющий в сети «Интернет» рекламу, прекратить выдачу сведений об указателе страницы сайта (прекратить выдачу ссылки на страницу сайта), позволяющих получить доступ к незаконной, недостоверной, неактуальной информации о гражданине (физическом лице), а также к информации, распространяемой с нарушением законодательства.

Несмотря на то, что так называемый «Закон о праве на забвение» активно критиковался различными интернет-компаниями, в том числе за то, что передавал поисковым системам несвойственные им функции по проверке информации на достоверность и соответствие законодательству (т.е. функции правоохранительных и правоприменительных органов, а также судов), заложенные законом правовые механизмы все-таки позволяют обеспечить достаточно эффективную защиту граждан от распространения в сети интернет незаконной, недостоверной и неактуальной информации о них.

Безусловно, законодательные нормы «о праве на забвение» и организационно-правовые механизмы их реализации требуют дальнейшего совершенствования, но в то же время их принятие (после утверждения пакета «антипиратского законодательства»), стало очень значительной вехой в развитии национальной системы информационной безопасности, ознаменовавшей непосредственную направленность на защиту личных прав граждан.

Федеральным законом от 23.06.2016 № 208-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» в отечественное правовое поле введено понятие «новостного агрегатора», особенности (ограничения) распространения новостным агрегатором информации, а также сформирована государственная система выявления, учета и контроля за функционированием соответствующих информационных ресурсов.

Данный закон, как видится, обеспечил реализацию очень важной конституционной функции защиты общества и государства в сети «Интернет» и заложил законодательную основу для противодействия так называемым «информационным войнам».

Федеральным законом от 06.07.2016 № 374-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности» на организаторов распространения информации в сети Интернет были возложены дополнительные обязанности по хранению информации о фактах приема, передачи, доставки и (или) обработки сообщений (информации во всех ее формах) и информации об отправителях-адресатах, хранения содержания переданных сообщений, а также предоставления доступа к указанной информации правоохранительным органам и органам государственной безопасности.

При этом при кодировании передаваемых сообщений за организаторами распространения информации была закреплена обязанность по предоставлению органам государственной безопасности информации для декодирования принимаемых, передаваемых, доставляемых и (или) обрабатываемых электронных сообщений.

Стоит отметить, что большинство вновь вводимых административно-правовых средств обеспечения информационной безопасности проходили через жернова достаточно громких и резонансных общественных обсуждений, в ходе которых вводимые ими ограничения противопоставлялись базовым - конституционным правам и свободам человека. Все это как нельзя лучше демонстрирует ту тонкую грань, на которой балансирует государство (как в лице законодателей, так и в лице правоприменителей) при решении задачи обеспечения информационной безопасности и не нарушения в то же время конституционных прав граждан на свободу личности и доступа к информации.

Федеральным законом от 01.05.2017 № 87-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены дополнения, устанавливающее ограничения к владению массовыми аудиовизуальными сервисами, действующими на территории РФ, обязанности владельцев таких сервисов не допускать использование их в целях совершения уголовно наказуемых деяний и разглашения общественно опасных сведений.

Также вышеуказанным законом закреплен механизм государственного (административно-правового) контроля за деятельностью аудиовизуальных сервисов на территории РФ и административно-правовые средства пресечения деятельности сервисов, нарушающих установленные законом требования.

Данный федеральный закон не только обеспечил комплексную защиту информационных прав граждан – пользователей аудиовизуальных сервисов, но и стал логичным продолжением развития как «антипиратского законодательства», так и административно-правовых механизмов борьбы с «информационными войнами», то есть комплексным механизмом обеспечения защиты общественных и государственных интересов в интернет пространстве.

В целях развития административно-правовой системы борьбы с распространением незаконной информации в сети «Интернет» в 2017 году была утверждена правовая основа для ограничения доступа к копиям заблокированных сайтов (введена Федеральным законом от 01.07.2017 № 156-ФЗ).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 241-ФЗ «О внесении изменений в статьи 10.1 и 15.4 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и защите информации» были утверждены правила работы операторов сервисов обмена мгновенными сообщениями, так называемых «мессенджеров». В частности, федеральным законом было определено понятие организатора обмена мгновенными сообщениями и возложены на него обязанности по обеспечению передачи сообщений только тех пользователей, которые идентифицированы в порядке, установленном Правительством РФ. Идентификация пользователей в соответствии с законом должна осуществляться по абонентскому номеру оператора подвижной радиотелефонной связи на основании договора об идентификации, заключенного организатором сервиса обмена мгновенными сообщениями с оператором подвижной радиотелефонной связи.

На мессенджеры была возложена обязанность по обеспечению технической возможности отказа пользователей от получения электронных сообщений от иных пользователей, по проведению рассылки сообщений по инициативе государственных органов, по ограничению и запрету рассылки сообщений, нарушающих законодательство РФ, а также по недопущению передачи сообщений в случаях и в порядке, которые определены Правительством РФ.

При неисполнении организатором обмена мгновенными сообщениями своих обязанностей предусмотрена возможность ограничения доступа к его услугам оператором связи на основании решения регулятора, в свою очередь принятого на основании вступившего в законную силу судебного решения.

Также в июле 2017 года были приняты меры, направленные на противодействие использованию на территории Российской Федерации информационно-телекоммуникационных сетей и информационных ресурсов, посредством которых обеспечивается доступ к информационным ресурсам и информационно-телекоммуникационным сетям, доступ к которым ограничен на территории Российской Федерации [11].

Суть принятых мер заключается в том, что различные анонимайзеры, VPN и прочие системы проксирования, равно как и поисковые системы должны в обязательном порядке подключаться к федеральной государственной информационной системе, содержащей перечень информационных ресурсов, информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым ограничен на территории России.

При этом сведения, содержащиеся в государственной информационной системе, должны использоваться владельцами программно-аппаратных средств проксирования, операторами поисковых систем для обеспечения ограничения доступа к информационно-телекоммуникационным сетям, информационным ресурсам или прекращения выдачи сведений об информационно-телекоммуникационных сетях, информационных ресурсах, доступ к которым ограничен.

Федеральным законом от 25.11.2017 № 327-ФЗ «О внесении изменений в статьи 10.4 и 15.3 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и статью 6 Закона Российской Федерации  «О средствах массовой информации» установлен административно-правовой механизм пресечения незаконной деятельности в случае обнаружения в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», информации, которая содержит призывы к массовым беспорядкам, осуществлению экстремистской деятельности, участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка, а также к информационным материалам иностранных или международных неправительственных организаций, деятельность которых признана нежелательной на территории РФ.

В декабре 2017 года было регламентировано применение информационных технологий в целях идентификации граждан Российской Федерации, в том числе порядок размещения в электронной форме сведений, необходимых для регистрации в единой системе идентификации и аутентификации, и иных сведений - в единой системе идентификации и аутентификации, а также биометрических персональных данных граждан - в единой информационной системе персональных данных, обеспечивающей обработку, включая сбор и хранение биометрических персональных данных, их проверку и передачу информации о степени их соответствия предоставленным биометрическим персональным данным [12].

В 2019 году законодательно реализованы еще несколько резонансных административно-правовых механизмов обеспечения информационной безопасности, а именно установлены порядки:

-          ограничения доступа к информации, выраженной в неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам Российской Федерации, Конституции РФ или органам, осуществляющим государственную власть (cт. 15.1-1 Закона об информации);

-          пресечения распространения недостоверной общественно значимой информации, распространяемой под видом достоверных сообщений, которая создает угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи (ч.1, ч.ч. 1.1 - 1.5 ст. 15.3. Закона об информации).

В декабре 2019 года принят закон, вносящий поправки в законы о средствах массовой информации и об информации, информационных технологиях и защите информации, позволяющие приравнивать граждан (физических лиц) к средствам массовой информации, выполняющим функцию иностранного агента, а также утверждающий порядок распространения на территории РФ сообщений и материалов иностранного средства массовой информации, выполняющего функции иностранного агента, и (или) российского юридического лица, выполняющего функции иностранного агента [13].

Новые нормы информационного законодательства также обязывают Министерство Юстиции РФ вести реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента, и устанавлевает принципы и механизмы формирования данного реестра.

Для обеспечения реализации «заложенных» в федеральный закон о средствах массовой информации организационно-правовых нововведений, направленных на предупреждение информационных атак иностранными СМИ и их агентами, закон об информации, информационных технологиях и защите информации был дополнен статьей 15.9., регламентирующей административно-принудительный механизм ограничения доступа к информационным ресурсам иностранного СМИ, выполняющего функции иностранного агента, и (или) российского юридического лица, учрежденного таким иностранным СМИ, в случае установления вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении нарушения порядка деятельности иностранного СМИ, выполняющего функции иностранного агента.

В 2017 году в целях обеспечения национальных интересов о области информационной безопасности был принят и самостоятельный Федеральный закон [14] впервые установивший понятие критической информационной инфраструктуры, к которой были отнесены как отдельные объекты критической информационной инфраструктуры, так и сети электросвязи, используемые для организации их взаимодействия.

Так к объектам критической информационной инфраструктуры были отнесены в том числе информационные системы и сети госорганов, автоматизированные системы управления технологическими процессами в оборонной индустрии, в сфере здравоохранения, связи, на транспорте, в кредитно-финансовой сфере и энергетике, а также в целом ряде отраслей промышленности, включая топливную, атомную, ракетно-космическую и другие отрасли.

Законом О безопасности критической информационной инфраструктуры РФ впервые в отечественном правотворчестве выстраевается единая (хотя и узкоспециализированная) законодательная база для функционирования самостоятельной целостной государственной подсистемы обеспечения информационной безопасности, включающей в себя механизмы категоризации объектов критической информационной инфраструктуры и ведения реестра значимых объектов этой инфраструктуры, требования к обеспечению безопасности значимых объектов, механизмы  государственного контроля в области обеспечения безопасности значимых объектов, а также специальную систему обнаружения, предупреждения и ликвидации последствий компьютерных атак на информационные ресурсы Российской Федерации.

Изучение практики реализации обозначенных нами административно-правовых средств обеспечения информационной безопасности, анализ их эффективности и целесообразности – это, конечно-же, вопросы отдельных научных исследований.

Безусловен лишь факт того, что эффективность правоприменительной деятельности в данной сфере во многом зависит от стройности и системности складывающейся законодательной базы.

ВЫВОДЫ:

Активная вовлеченность граждан, бизнеса и государства в информационные правоотношения обусловливает повышенное внимание общества не только к сфере защиты конституционных прав на информацию, но и в целом к вопросам безопасного использования информационных технологий в своей повседневной деятельности.

Для оперативного разрешения возникающих проблем и пробелов правового регулирования разрабатываются и утверждаются новые организационно-правовые механизмы обеспечения информационной безопасности.

Подводя итог обобщенному анализу законотворческой деятельности в части формирования и развития административно-правовых средств обеспечения информационной безопасности, можно с уверенностью говорить о том, что будущее этих правовых механизмов, эффективность их дальнейшей реализации во многом  зависит от того, насколько будут систематизированы и взаимосвязаны нормы  базового Закона об информации и нормы специализированных законов и подзаконных нормативно-правоввых актов.

Бурная и зачастую спонтанная законотворческая деятельность в данной сфере все более и более явно наталкивает на мысли о том, что нужен новый, существенно переработанный закон – Федеральный закон об информации, информационных технологиях и информационной безопасности, в котором термин информационная безопасность будет пониматься в его максимально широком смысле: не только как защита информации, информационных ресурсов и технологий, но и как защита широкого круга прав и законных интересов личности, общества и государства в информационной сфере.

При этом новый Федеральный закон на основе глубокой систематизации уже имеющихся норм, регламентирующих различные организационно-правовые механизмы обеспечения информационной безопасности, как видится, должен заложить новый терминологический и правовой фундамент для дальнейшего системного и последовательного развития административно-правовых средств реализации современной концепции информационной безопасности в системе общей национальной безопасности России.

Библиографический список:

1. Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // «Собрание законодательства РФ», 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3448.
2. Основные направления государственной политики в сфере правового регулирования информационных отношений // Бойко С.С., Научно-периодический электронный рецензируемый журнал «SCI-ARTICLE.RU» №13 (сентябрь) 2014 г. // http://sci-article.ru/stat.php?i=1410265276.
3. Лопатин В.Н. Информационная безопасность России: Человек. Общество. Государство: Монография. СПб., 2000. 428 с.; Он же. Информационная безопасность России: Автореф. дис. д-ра юрид. наук. СПб., 2000. С. 6 - 7.
4. См. например: Указ Президента РФ от 12.05.2009 № 537 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года», Федеральный закон от 29.12.2010 № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» (ред. от 02.07.2013) // «Парламентская газета», № 1-2, 14-20.01.2011; Указ Президента РФ от 15 января 2013 г. № 31с «О создании государственной системы обнаружения, предупреждения и ликвидации последствий компьютерных атак на информационные ресурсы Российской Федерации» и др.
5. Доктрина информационной безопасности Российской Федерации, утв. Указом Президента РФ от 5 декабря 2016 г. № 646 // Официальный интернет-портал правовой информации http://www.pravo.gov.ru, 06.12.2016; Собрание законодательства Российской Федерации. 2016. № 50. Ст. 7074.
6. См. например: Бражник Т.А. Правовые вопросы обеспечения информационной безопасности личности // Информационное право. 2018. № 4. С. 17 - 21.; Чеботарева А.А. Информационная безопасность личности в глобальном информационном обществе: теоретико-правовые аспекты // Российская юстиция. 2016. № 8. С. 39 - 42.; Куликова Е.А. Информационная безопасность как залог национальной безопасности / Е.А. Куликова // Сборники конференций НИЦ "Социосфера". 2015. № 58. С. 76 - 79.; Лызь Н.А. Информационно-психологическая безопасность в системах безопасности человека и информационной безопасности государства / Н.А. Лызь, Г.Е. Веселов, А.Е. Лызь // Известия ЮФУ. Технические науки. 2014. № 8(157). С. 58 - 66.
7. См. например: Проект Федерального закона «Об информационно-психологической безопасности» // СПС «КонсультантПлюс».
8. Проект Концепции Стратегии кибербезопасности РФ. URL: http://council.gov.ru/media/files/41d4b3dfbdb25cea8a73.pdf/.
9. Федеральный закон от 29.06.2015 № 188-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и статью 14 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», «Собрание законодательства РФ», 06.07.2015, № 27, ст. 3979.
10. Федеральный закон от 13.07.2015 № 263-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части отмены ограничений на использование электронных документов при взаимодействии физических и юридических лиц с органами государственной власти и органами местного самоуправления», «Собрание законодательства РФ», 20.07.2015, № 29 (часть I), ст. 4389
11. Федеральный закон от 29.07.2017 № 276-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», «Собрание законодательства РФ», 31.07.2017, № 31 (Часть I), ст. 4825
12. Федеральный закон от 31.12.2017 № 482-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», «Собрание законодательства РФ», 01.01.2018, № 1 (Часть I), ст. 66
13. Федеральный закон от 02.12.2019 № 426-ФЗ «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «О средствах массовой информации» и Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // «Российская газета», № 273, 04.12.2019
14.Федеральный закон от 26.07.2017 № 187-ФЗ «О безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации»




Рецензии:

22.12.2019, 10:27 Супонина Елена Александровна
Рецензия: РЕЦЕНЗИЯ на статью «Административно-правовые средства обеспечения информационной безопасности в развитии системы национальной безопасности России» кандидата юридических наук Бойко С.С. Предмет анализа: Предметом анализа является изучение динамики и тенденций развития отечественного законодательства, направленного на обеспечение информационной безопасности в развитии системы национальной безопасности России. Актуальность темы: Актуальность данной статьи обоснована высокой значимостью вопросов обеспечения информационной безопасности, как базового элемента, входящего в структуру комплексной системы обеспечения национальной безопасности государства. Структура работы: Работа содержит в себе все необходимые части научной статьи, а именно аннотацию, ключевые слова, введение, цель, задачу исследования, результаты и их обсуждение. Краткое содержание: Анализируя состояние международной и отечественной информационной сферы, а также общие тенденции ее развития, автор делает прогноз о том, что в среднесрочной перспективе спрос общества на развитие правовых средств обеспечения информационной безопасности, в том числе на развитие административно-управленческих механизмов, обеспечивающих безопасность информационных прав личности, общества и государства, будет существенно повышаться. Бурная законотворческая деятельность в данной сфере наталкивает автора на мысль о том, что России нужен новый, существенно переработанный закон – Федеральный закон об информации, информационных технологиях и информационной безопасности, в котором термин информационная безопасность будет пониматься в его максимально широком смысле: не только как защита информации, информационных ресурсов и технологий, но и как защита широкого круга прав и законных интересов личности, общества и государства в информационной сфере. Достоинства работы: К положительным аспектам можно отнести тот факт, что автором строго соблюдаются формальные требования, предъявляемые к оформлению научной статьи. Подкупает новизна авторской позиции по анализируемой проблеме. Широк спектр цитируемых источников, в котором содержатся как нормативно-правовые акты так и научная периодика. Недостатки, недочеты: В процессе рецензирования не выявлено существенных недостатков, способных повлиять на решение об опубликовании статьи. Выводы: Представленная на рецензирование статья соответствует всем требованиям, предъявляемым к работам такого рода, и может быть рекомендована к публикации. Кандидат юридических наук, доцент, руководитель обособленного подразделения ООО «Национальная юридическая служба» Е.А. Супонина

22.12.2019 19:19 Ответ на рецензию автора Бойко Сергей Сергеевич:
Елена Александровна, большое спасибо за написанную рецензию. В свете новых повышенных требований к оформлению рецензий в данном электронном журнале это большой и зачастую неблагодарный труд. Так что отдельная Вам благодарность за внимание к моей работе и за положительную оценку статьи, оформленную в виде развёрнутой рецензии.



Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх