Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Научные направления
Поделиться:
Разделы: История
Размещена 14.07.2020.
Просмотров - 115

Повседневная жизнь таджикистанцев в годы ВОВ

Абдурашитов Фозил Маматович

доктор исторических наук

Институт истории, археологии и этногрфаии им. А Дониша Академии наук Республики Таджикистан

Заместитель директора по науки и образованию

Аннотация:
Статья посвящается 75 летию Победы в Великой Отечественной войне. В ней освещаются основные аспекты повседневной истории таджикского народа периода Великой Отечественной войны как быт, жизнь по карточкам, пища, одежда, занятие, учеба, отдых, свадьба, песни, обряды, привычки, болезнь и др. В историко-этнографическом плане исследована по отдельности повседневная жизнь представителей основной социальной группы как женщины, дети, старики и разных профессий как учителя, врачи, колхозники, рабочие и др. На основе фактических материалов освещается ратный труд таджикского народа в тылу по обеспечению бойцов Красной Армии. Рассматриваются их сложные условия проживания и быта в годы войны на основе устного свидетельства очевидцев той суровой жизни в тылу Великой Отечественной войны.


Abstract:
The article is dedicated to the 75th anniversary of Victory in the Great Patriotic War. It highlights the main aspects of the everyday history of the Tajik people of the Great Patriotic War, such as everyday life, life on cards, food, clothes, occupation, study, rest, wedding, songs, rituals, habits, illness, etc. Separately studied in the historical and ethnographic plan everyday life of representatives of the main social group as women, children, old people and different professions like teachers, doctors, collective farmers, workers, etc. Based on the actual materials, the Tajik people's military work in the rear to provide support for the Red Army fighters is highlighted. Their complex living and living conditions during the war years are examined on the basis of oral evidence of eyewitnesses of that harsh life in the rear of the Great Patriotic War.


Ключевые слова:
Великая Отечественная война; повседневная история; карточная система; занятие; учеба; женщины; старики; дети; ратный труд

Keywords:
World War II; everyday history; card system; occupation; study; women; old people; children; military labor


УДК 9(575,3)

Закулисный героизм. В борьбе с фашистскими захватчиками таджикский народ принимал активное участие не только в составе воинских подразделений, но и в тылу обеспечивая фронт необходимым - продовольствием, обувью, одеждой и др. Таджикистанцы внесли весомый вклад в восстановление и формирование мощной экономической базы СССР.  В республике в кратчайшие сроки народнохозяйственный комплекс был переориентирован на военный лад. В те суровые годы войны каждый житель республики стал равноправным участником борьбы против фашизма.

В Таджикистане с первых дней войны для нужд фронта была мобилизована большая часть сельскохозяйственной техники и лошадей. А работа на полях продолжалась, более того удвоилась, несмотря на неимоверно сложные условия.  Поставки тракторов и удобрений прекратились полностью. 80% всех сельскохозяйственных работ приходилось выполнять вручную, крестьяне вновь использовали плуг, зачастую в него впрягались они сами.  В результате было обработано меньшее количество посевных площадей, что привело к значительному падению урожая. В тылу в колхозах работали в основном женщины, дети и старики. Ситуация в аграрном секторе складывалась критическая.

Женщины. До начала войны многие женщины, особенно в сельских местностях традиционно занимались дома в приусадебных хозяйствах. Большинство из них работали на полях и были вовлечены в сельскохозяйственное производство. Но с началом войны многим молодым женщинам пришлось уйти из сельского хозяйства. Большая часть из них, особенно бездетные колхозницы, переехали в города, работали в предприятиях промышленности, а часть из них учились в ремесленных училищах.

Весь период войны ощущалась острая нехватка трудоспособных женщин в селах, в колхозах и артелях. Из колхозов на войну или в города на работу в военные предприятия были мобилизованы практически все специалисты. Женщинам пришлось осваивать профессии механизатора, тракториста, механика, шофера и др. Только за 1941-1942 годы в республике было подготовлено 1340 трактористов, из которых 70 процентов были женщины и девушки. Сельские женщины заменяли также ушедших на фронт большинство руководителей и орга­низаторов колхозного производства.  Среди них были председатели, их замес­тители, бухгалтера, учетчики, бригадиры, звеньевые и т.д.

В первые годы войны. число трудоспособных мужчин в колхозах республики было еще преобладающим. А с начала 1943 г. женщин-колхозниц стало почти на 50 тыс. больше. До войны в колхозах женщины в основном участвовали в прополке, в окучивании, в чеканке хлопчатника, в уборке урожая.

После ухода мужчин на фронт женщинам пришлось осваивать «мужские» и массовые колхозные специальности – кетменщика, поливальщика, пахаря, пастуха, табунщика и т.д. В селах женщины в основном работали в поле. Весной занимались коконоводством. Приходилось работать днем и ночью.

В городах на промышленных, особенно оборонных предприятиях недостаточно было рабочих, не говоря уже о инженерно-технических работниках. А в аграрных районах катастрофически не хватало специалистов сельского хозяйства. По всей республике женщины повсеместно были охвачены переквалификацией. Переподготовка новых кадров из числа женщин, девушек осуществлялась через краткосрочные курсы и школы. Срок их обучения зависел от сложности и трудности профессии. Но главным оставалось индивидуальное обучение в процессе рабо­ты. Например, в одной только Ленинабадской области бы­ло подготовлено 560 женщин-пахарей, сеяльщиков, поливальщи­ков и т.д. В районах области 395 женщин, впервые пришедших на животноводческие фермы, были обучены профессиям здесь же на фермах[4].

Примечательно, что в военные годы в республике 28 женщин-таджичек работали председателями колхозов, 88 – заместителями председателей, 54 – за­ведующими фермами, 1335 – бригадирами и 4588 – звеньевыми[5].

Дети. В Таджикистане в годы войны дети продолжали ходить в школу и получать образование, С пребыванием эвакуированных в школах, где без того не хватало мест, учебных парт, учителей ситуация еще больше усугубилась.  Тем не менее эвакуированные дети были окружены особым вниманием. Из-за нехватки мест устраивали их в детские дома и школы. В районах, микрорайонах, махаллах за ними были закреплены участковые врачи, медработники.  Им была предоставлена специализированная медицинская помощь. Ослабленные дети и страдающие теми или иными заболеваниями получали дополнительное питание. Детям эвакуированных и из семей фронтовиков выдавались бесплатные пайки. Росла сеть детских дошкольных учреждений. Среди детей эвакуированных, спецпереселенцев и депортированных было много детей, страдавших туберкулезной интоксикацией, желудочно-кишечными заболеваниями и с неустойчивым стулом. Для детей дошкольного возраста   организовывались специальные детские ясли и сады.

В Таджикистане много было детей, оставшихся без родителей. Для них открывали специальные столовые. Жители республики повсеместно для них организовали сбор теплой одежды и питания.

Местные дети школьного возраста были вовлечены в хозяйственные работы. Подростки стали опорой для женщин и стариков, которые в основном трудились на производстве. В колхозах на места выбывших из колхозов кадров не работавшие до войны дети и подростки вставали в артельном хозяйстве.

Дети и подростки были активно вовлечены в социально-культурную жизнь республики. При СШ «КИМ» был организован художественный кружок пионеров. В нем выступало 27 пионеров и пионерок. Они готовили декламации, исполняли песни и танцы. Для декламаций выбирали в основном отличников. Они выступали также с концертами в праздничные дни – 8 марта, 1 мая, 7 ноября и в других мероприятиях[1].

Между детьми эвакуированных, беженцев и местными часто возникали конфликты. порою доходило до драки. В большинстве случаев это происходило из-за непонимания языка друг друга. Местные дети смеялись над немецкими и польскими, что они не говорят ни по-русски, и ни по -таджикски. А дети переселенцы - немцы, поляки и других национальностей, чтобы оградить себя от множества нападок местных, которые по численности намного превосходили их, объединились против местных.  Между детьми часто происходили уличные драки. А старшее поколение относилось к этой проблемы толерантно, тем более дети спецпереселенцев, как и сами спецпереселенцы в правах были ограничены.

Дети-сироты.В годы ВОВ Таджикистан стал для десятки тысяч детей  вторым домом. В республике особую заботу проявляли в отношении детей-сирот. Во всех областях и городах были учреждены детские комиссии, которые строго следили за опекой над сиротами. Всем детдомам и домам малютки были предоставлены земельные участки, сельскохозяйственный инвентарь и семена для организации подсобных хозяйств. Особую заботу проявило местное население, которое всячески старалось помочь детям-сиротам. Поистине материнскую заботу проявляли женщины. Так, жительница Сталинабада Бибиойша Бобокалонова вместе со своими десятью детьми воспитывала еще восемь оставшихся без родителей детей из России и Белоруссии. Другая женщина колхозница сельхозартели им. Ленина Хабиба Разокова взяла на воспитание пять детей-сирот[15]. Таких было много. Тысячи дети-сироты были усыновлены в таджикских семьях. Они  получили достойное воспитание, как и родные дети.

Молодежь. Молодое поколение военных лет действительно можно назвать «золотой молодежью». В неимоверно сложных условиях жизни, быта, когда самим, своим семьям нехватало еды, одежды и других бытовых условий молодежь во всех сферах жизни и деятельности республики были на переднем крае борьбы тыловиков за победу. Работала на заводах, фабриках, предприятиях обслуживания городов. Активно участвовала в сельскохозяйственном производстве. В качестве волонтеров помогали старикам, неимущим, ухаживала за больными. Она проявила большую заботу о детях фронтовиков на предприятиях и колхозах, собирали деньги, одежду и обувь. Так, молодежь помимо приобретения теплой одежды для детей-сирот и детей фронтовиков собрала также деньги, продукты питания для нуждающихся. Сбор средств, одежды и продовольствия для детей-сирот и детей фронтовиков проходил и в других колхозах и предприятиях республики.

Безусловно, возросла роль молодежи в сельскохозяйственном производстве. Им доверяли ответственные должности. Более 400 комсомольцев работали председателями колхозов, 2500 – звеньевыми, 1000 – бригадирами, 500 - заведующими фермами. Молодежь составляла 45 процентов всех работающих в сельском хозяйстве.

Старики. На места выбывших из колхозов кадров вставали не работавшие до войны в артельном хозяйстве старики. Они в основном занимались земледелием – пахали землю вручную, поливали, очищали арыки и каналы. А старушки удобряли навозом землю, часто приходилось им нести влажный навоз для повышения урожайности и обогащения почвы. Часть из них занимались животноводством, работали на конюшнях. В сезон урожая старики и старушки наряду с другими сельхозработниками по ночам не спали, трудились на земле. Некоторые старики имели дома точилки, веретена с целью навивания пряжи перерабатываемой в нить для пошива одежды и обуви.  Мастера по пошиву одежды и изготовления обуви были почти в каждом кишлаке. За продукцию им давали натурой, в основном зерном, которое измерялось горстками.

Учителя. В школах, особенно в сельской местности учителей не хватало. В некоторых селах уроки велись в 2-3 смены. Сельские учителя после занятий вместе с учениками помогали колхозникам. В некоторых селах учителей заменили больные и старики. Труд оплачивали деньгами и в основном натурой. В школах детей и учителей кормили шуллой. В огромном котле варили муку с водой.

Из-за нехватки педагогических кадров, в школах на­чался отсев учащихся старших классов. Почти во всех городах школьные здания были переданы под госпитали. А занятия проводились в полевых условиях, когда было тепло. Так, например, учащиеся средней школы №1 г. Ленинабада занимались в помещении интерната и во дворе правления колхоза им. Ленина Исписарского района, передав здание школы под эвакогоспиталь[6]

В школах Таджикистана катастрофически не хватало учителей. Состояние образования было критическое. Так, к концу 1943/44 уч. г. в школах работало более 6000 учителей, не имеющих среднего образования. Поэтому в городах были организованы заочные педучилища и консультативные пункты для студентов этих училищ. В республике были открыты 9 заоч­ных педучилищ, в которых в 1944 г. успешно завершили летнюю сессию 3030 учителей. Для учащихся заочных педучилищ были открыты 70 консультационных пунктов[16].

Врачи. В городах больные лечились в основном в эвакогоспиталях, в которых работали врачи, медсестры, прибывшие вместе с эвакуированными раненными. Не во всех селах были больницы. В отдельных кишлаках были медпункты, где работали медсестры или санитарки. Квалифицированных врачей в кишлаках почти не было. Тяжелобольных отправляли в районные больницы. В отдельных кишлаках в основном табибы и лекари лечили больных дома.

Только в июне 1943 года Таджикский государственный медицинский институт выпустил 125 врачей. Часть из них была отправлена на фронт, другая часть была распределена по военным госпиталям, а оставшиеся работали в районных больницах.

Колхозники. Война свои отпечатки оставила и на жизнь колхозников. В связи с уходом на фронт большого числа колхозников и рабочих совхозов, их места на поле заняли женщины и подростки. На полях они составляли основную рабочую силу.  Многие женщины-колхозницы и молодежь возглавляли колхозы, совхозы, руководили бригадами, звеньями и животноводческими фермами. Катастрофически не хватало сельскохозяйственных кадров. Поэтому, при крупных колхозах, совхозах и МТС были открыты курсы по подготовке механизаторских кадров, бригадиров и работников других специальностей.

Если жители городов и поселков были обеспечены продкартами и снабжались по возможности некоторыми товарами повседневного быта, то в селах Таджикистана население фактически выживало. К тому же в колхозах нагрузка на каждого колхозников намного возросла. Дело в том. что многие из вновь пришедших не имело достаточного опыта и навыков работы, да к тому же все большее значение приобретали ручной труд и использование простейших технических средств и живой тягловой силы (лошадей, волов, а то и коров). Поэтому в тех колхозах, где было много новобранцев производительность их труда была не высокой. Труд колхозника была неимоверно сложной. Нехватка техники привела к тому, что в большинстве колхозов обработку полей пришлось провести вручную

Рабочие. В Таджикистане до начала ВОВ рабочий класс еще не сформировался. Война отбросила на многие годы, даже десятилетие план индустриализации. Поэтому подготовка новых кадров рабочих имела свои особенности. Она проводилась на различных курсах и непосредственно на предприятиях путем прикрепления учеников к инструкторам, передовым производственникам. На промышленных объектах республики наблюдалась нехватка рабочих рук, в результате чего было принято решение компенсировать на производстве дефицит мужчин за счет женщин и детей старшего возраста. В пищевой, хлопкоочистительной, текстильной промышленности в основном трудились женщины-работницы. Основную рабочую силу во всех сферах промышленности республики составляли женщины и молодежь Квалифицированных кадров рабочих для промышленности и строительства в годы войны готовили ремесленные, железнодорожные училища и школы фабрично-заводского обучения. За период ВОВ ими было подготовлено 4,9 тысяч рабочих.  Условия труда были неимоверно сложными. На заводах, производимых военную продукцию, режим был суровым, а порядок работы очень строгим. На механичес­ком заводе им. Орджоникидзе выполнялись военные заказы - рабочие занимались переоборудованием авто­мобилей марки ГАЗ-АА в спец­машины: санитарные и топливоцистерны.  Для того, чтобы заказ был выполнен досрочно рабочим приходилось работать в две, а то и в три смены. Многие рабочие месяцами не ходили домой, после смены оставались и спали в складских помещениях завода. Особый режим работы был установлен в цехах, где изготавливались корпуса для снаря­дов, мин и ручных гранат. До начала производства здесь отсутствовал литейный цех. Для ускоренного производства военной продукции самим рабочим пришлось построить его[8].

Условия работы немного отличались в предприятиях легкой промышленности, где трудились в основном женщины и девушки. Они работали преимущественно на швейном, обувном, кожевенном и других предприятиях.  Занимались выпуском тканей и военных изделий для фронта, изготавливанием армейского обмундирования: гимнастерок, шинелей, телогреек, полушубков, нательного белья и сапог для фронтовиков.

Основной контингент предприятий по производству пищевых продуктов также составляли женщины и девушки.  С большим энтузиазмом они трудились в изготовлении всевозможных концентратов, мясных и овощных консервов, компотов, сухарей, печенья и других видов продовольственных продуктов длительного хранения, необходимых для снабжения войск. Для стимулирования труда и улучшения условий труда и быта рабочих профсоюзы проявляли постоянную заботу. Они проводили различные мероприятия, направленные на их материальное обеспечение. Для рабочих были выделены специальные фонды продовольствия и промтоваров. Был установлен контроль за работой столовых и магазинов для рабочих.

Дисциплина на объектах производства, особенно военного назначения была очень строгой. Для нарушителей трудовой дисциплины вводились жесткие санкции. В случае временного ухода рабочего с завода или фабрики без разрешения руководства предусматривался тюремный срок от пяти до восьми лет. За воровство рабочие наказывались сурово, вплоть до расстрела, в зависимости от степени, характера и назначения украденного имущества.

Жизнь по карточкам. В конце 1941 года, в Таджикистане, как и во всех тыловых республиках, была внедрена карточная система снабжения населения. А в крупных городах, как Москва, Ленинград она была введена уже с июля 1941 г. Эти меры в основном касались не только хлеба, мяса, жиров, но и других продуктов питания. Ситуация в деревне была намного критической - не было чая, сахара, мяса. Практически все продукты отдавались на снабжение фронта и городов, колхозники выживали за счет подсобного хозяйства. Суть этой системы состояла в распределении основных видов продовольствия - хлеба, сахара, крупы, мяса и предметов ширпотреба по талонам, с указанием фиксированной цены[10,150].

В тыловых районах продовольственная норма была настолько минимизирована, что это зависело от категории людей и их деятельности. В Таджикистане, как и во всех тыловых республиках, продовольственные карточки выдавались в основном населению городов и поселков, работникам промышленных предприятий оборонного назначения. Конечно, это было связано с тем, что рабочие этих предприятий занимались производством продукции стратегического назначения. Продкарточки также распределялись некоторым категориям специалистов в сельской местности, таким как учителя, врачи и др., которые не были связаны сельскохозяйственным производством. Так, рабочим промышленных объектов оборонного значения выдавался наибольший размер пайка. Работники оборонной промышленности относились к первой категории и получали от 800 до 1200 грамм хлеба в день. Другие рабочие получали 500 грамм, а служащие – 400-500 грамм в сутки. Меньше всего получали иждивенцы и дети до 12 лет, до 300-400 грамм[14].

Однозначно, в годы войны в городах и даже селах республики, среди всех других острее стояла продовольственная проблема. Отпуск продуктов по карточной системе осуществлялся с перебоями.  Большая часть жителей городов и рабочих поселков жили впроголодь, кормясь в основном хлебом. В пунктах выдачи продовольствия по карточкам в городах Сталинабад, Ленинабад, Курган-Тюбе, жителям приходилось иногда долго стоять в очередях. Люди ежедневно занимали очередь с раннего утра. Иногда люди стояли по несколько часов в очередях и не доходя. часто оказывалось, что продукты закончились, иногда не хватало хлеба тем, кто стоял в конце очереди.

В городах продталоны выдавались на месяц. По общей норме на каждого члена семьи полагалось 200 граммов хлеба. В сельских местностях наряду с пшеничной мукой, положенной после сдачи урожая в фонд обороны, в основном, употребляли кукурузу и ячмень. 

В случае, если владельцы талонов теряли их, то во время восстановления им приходилось голодать. Хотя люди были очень внимательны друг к другу делились последним куском хлеба. Конечно, нормированное снабжение основными продуктами питания в городах и районах породило массу негативных явлений. Населению пришлось довольствоваться только жизненно важными продуктами, как хлеб, сахар, масло. Качество продтоваров было низкое. Самое лучшее поставлялось в фонд обороны и отправлялось на фронт.

В городах и поселках существовали стихийные рынки. Их называли еще и колхозными. В них люди продавали свои вещи, имущество, но больше всего обменивались товарами по бартеру. На рынках, несмотря на высокие цены, можно было приобрести такие продовольственные товары как картофель, некоторые зерновые, мясо, куриные яйца, сахар и др. А вот с пшеницей, мукой было трудно, во-первых, хлебопродуктов не хватало, а,во-вторых, люди боялись их продавать, потому что это строго контролировалось и преследовалось органами власти.  Но не все могли себе позволить покупать продукты питания на рынках. К тому же во многих базарах, особенно продтовары продавались по спекулятивной цене. Конечно, были случаи, когда происходили разборки между продавцами и покупателями из-за обмера, обвеса, продажи некачественной продукции и т.д.

Материально-бытовое положение. Основная проблема, как в городах, так и в селах заключалась в нехватке продовольствия. Сельские труженики почти весь урожай отправляли на фронт, а сами голодали. В республике были уменьшены нормы на хлеб для рабочих и служащих. С осложнением ситуации на фронтах были установлены новые пониженные нормы снаб­жения хлебом. Население, проживающее в сельской местности, были сняты со снаб­жения хлебом. Они получали свою долю из выращенного урожая только после сдачи плановой нормы государственному фонду обороны.

В неимоверно сложных условиях дефицита продуктов питания для восполнения продовольственных ресурсов существенное значение имели подсобные хозяйства предприятий и учреждений. Продовольственная корзина горожан и сельских жителей частично пополнялась за счет урожая из огородов трудящихся. В городах также были выделены земельные участки рабочим предприятий, учреждений и организаций с тем, чтобы они для дополнительного прокормления себя и своей семьи выращивали только основные продовольственные культуры. Из пустовавших земель были выделены земельные участки для подсобных хозяйств под огороды рабочим и служащим заводов и фабрик.

Проблему усугубляло еще положение с эвакуированными. Несмотря на заботу правительства СССР их прием, размещение и обеспечение сильно повлияли на повседневную жизнь республики, значительно ухудшили материально-бытовое положение местных жителей.

Жилище. Из-за прибытия огромного количества эвакуированных из фронтовой и прифронтовой полос СССР, жилищная проблема стала одной из наиболее острых проблем в городах республики. Их приходилось расселять в коммунальных и государственных домах, общежитиях. Для размещения эвакуированных передавались здания школ, дома культуры, ведомственные клубы, а порою временно их подселяли в квартиры горожан. Условия проживания беженцев были тяжелыми. Большинство зданий, выделенные под жилище в городах и поселках республики были переполнены и требовали капитального ремонта. Помещения в холодное время не отапливались и многие из них не имели нормального освещения.

Сельское население в основном проживало в глинобитных домах. В небольших комнатах проживало по 4-5, а то и более человек. Не хватало предметов домашнего обихода.

Пища. Большая часть жителей городов и рабочих поселков жили впроголодь, питаясь в основном картофелем и хлебом. Зимой продукты заканчивались. Когда весной нечего было кушать, сельчане собирали травы. Их сушили, потом молотили и с водой варили. Многих сельских жителей спасли тутовник, абрикосы, орехи. Тутовник сушили летом, он становился настолько твердым, что его приходилось разрубать топором. Потом из него делали «талкон». Население от многих болезней, как грипп, воспаление легких и ангины спасал «шинни», который был сделан из различных фруктов, арбуза и дыни летом и осенью.

Одежда. Из-за того, что вся продукция в первую очередь отправлялась на фронт, а затем снабжалось городское население, хуже обстояло дело с обеспечением сельского населения промышленными товарами и предметами повседневного обихода. Сельским жителям приходилось в основном самим заниматься изготовлением одежды и обуви. У многих одежда была сшита из домотканой ткани. У большинства детей обуви не было совсем. Весной, летом и даже осенью они ходили босиком. В городах большинство рабочих месяцами ходили в рабочей одежде.

Занятие. Оставшаяся молодежь допризывного возраста всячески поддерживала тружеников тыла. Но одновременно пополняли военный резерв республики. Основная масса была охвачена всевобучем. Из числа молодежив течение полугода с начала войны в Таджикистане всевобуч прошли около 200 тыс. человек.  Среди них большинство составляли женщины и девушки. Они активно обучались военному делу на медицинских курсах.  Всего за период Великой Отечественной войны в республике было подготовлено 3300 сандружинниц, 2000 медсестер и 5000 санита­рок[11,221].       

Учеба. В годы войны в тяжелом положении находились школы и ВУЗы республики. Суровые условия военного времени создавали большие трудности в деятельности общеобразовательных школ, техникумов и вузов. При слабой учебно-материальной базе учащиеся были лишены нормальных условий для занятий. В школах не хватало учебников и учебных пособий, школьных принадлежностей. В течение первых трёх лет войны учебники в республике не издавались. Школы ощущали острую нехватку учительских кадров. Тысячи учителей ушли на фронт.

Заметно сократилось число педагогических кадров в школах и в единственном в республике ВУЗе. В школах на­чался отсев учащихся старших классов. Многие школьные здания в г. Сталинабаде были переданы под госпитали. Многие школьные здания были переданы под эвакогоспиталь[6]. Так было в Курган-Тюбе, Кулябе, Гиссаре и в других городах и районах республики.

Учащиеся старших классов были охвачены обучением в трудовых резервах. Все они, одновременно осваивая школьные предметы, обучались различным профессиям и нес­мотря на трудности, которые им пришлось преодолевать, были направлены на предприятия с определенными профессиональными знания­ми. Они пополнили ряды рабочего класса республики, работали наравне со старшими по различным специальностям. Из числа молодежи всего в республике в годы войны в 10 ремесленных училищах и школах ФЗО было обучено 4,9 тыс. человек[13,225].

Из-за того, что молодежь с незаконченным средним образованием составила основной контингент распространенных во время войны курсов по ускоренной подготовке кадров для сельского хозяйства, учителей, техников и других специалистов в школах резко сократилось число учащихся-старшеклассников. А другая часть оставшейся школьной молодежи в дни войны продолжая обучение, параллельно еще и работали. В городах они пополнили кадрами промышленные предприятия, а на селе помогали колхозникам, механизаторам машинно-тракторных станций (МТС) и др. Другая причина отсева учащихся из школ заключалась в материальной необеспеченности семей учеников. Они стали основными кормильцами своих семей.

Отдых. Досуг. Несмотря на все трудности в республике старались организовать отдых для учащихся, детей-сирот, эвакуированных. В самый разгар войны в 1943 г. СНК Таджикской ССР принял меры по проведению летней оздоровительной кампании. В республике были открыты пионерские лагеря: в Сталинабаде на 1100 человек, в Ленинабаде – на 700 человек. На летний период были пере­ведены на оздоровительный режим с четырехразовым питанием 800 воспитанников детских домов, 100 детей детских садов и яслей[17]. С улучшением обстановки на фронтах и укреплением экономики в республике больше стали уделять внимание здоровью и отдыху детей. Так, в 1944 г. в пио­нерских лагерях, на детских площадках, в санаториях летним отдыхом и лечением были охвачены 10 тыс. детей­[7].

Для старшего, трудоспособного населения в цехах, полевых бригадах и звеньях на досуге поводилась воспитательная работа во время обеденных перерывов. Для рабочих и служащих на предприятиях и учреждениях проводились собрания, доклады и беседы из героических страниц истории таджикского народа и народов СССР. Конечно, в беседах, основную тематику составляла история совместной борьбы русского и таджикского народов против иноземных завоевателей.

Культурно-бытовая жизнь. В годы войны проводились мероприятия культурно-бытового характера для населения. Это были индивидуальные и групповые беседы, коллективное чтение газет с последующим их обсуждением, концертные выступления в перерывах между сменами, проведение собраний домохозяек, интеллигенции. Для вовлечения в массовую работу сельских тружеников во время сбора урожая были организованы передвижные библиотеки, походные клубы, агитпоезда и концертные бригады. 

Огромное значение в повседневной информативной жизни тружеников тыла сыграло радио, которое постоянно держало жителей республики в курсе событий, происходящих на фронтах, в тылу и на международной арене. Радиопередачи велись на русском, таджикском и узбекском языках.

В социально-культурной жизни населения важную роль сыграли театры,которые также были военизированы. Коллектив Курган-Тюбинского районного театра поставил пьесы «Разведчик», «Семья», «Граница», «Маска» и др.[2]. В городе Курган-Тюбе функционировал колхозно-совхозный театр. Коллектив этого театра ежедневно выезжали в села и давали концерты. Во время сезона сбора урожая дехканам ежедневно давали концерты. Таким образом, был обеспечен минимальный культурный досуг крестьян. С приходом беженцев  в жизни народов произошел социо-культурный синтез. Это проявлялось практически во всем: в приготовлении пищи, одежде и др. Жизнь под одной крышей привело к тому, что эвакуированные вошли в совершенно им неведомую жизнь и культуру таджиков, то в культурно-бытовой жизни последних также произошли изменения.  

Свадьба. Несмотря на тяжелые условия жизни молодые, оставшиеся в тылу,  влюблялись, играли свадьбы и  создавали свои  семьи. Хоть в какое то время забывали про войну. В первые годы войны, из-за неопределенности многие молодые торопились жениться, а потом многим пришлось уйти на фронт. Очевидцы не помнят, что тогда были ЗАГСы. Молодожен венчали аксакалы  села или глава духовенства. Свадебный дастархан накрывали в основном в доме у жениха.  На свадьбу приглашали только родных невесты. Дастархан накрывали тем, что было, в основном сухофруктами из абрикоса, персика и  миндали . Конфет тогда не было. Свадебное меню состояло из лепешек, плова или другой из горячей пищи.  После свадьбы жених и невеста жили в доме у родителей жениха. В редком случае, если у родителей невесты не было сына, то молодожены жили у родителей невесты.

Ритуалы.  Ритуалы в основном были печальные. В доме получившего  «черное письмо», все жители собирались, женщины приходили в траурной одежде. Среди женщин одна плакальщица воспевала, а другие хором припевали «Вой балам, вой балам». Это продолжалось 2-3 часа. Почти все рыдали[3].

Болезни. Зимой 1941 года в Сталинабаде началась вспышка сыпного тифа и дизентерии. Это в то время, когда, начиная с декабря 1941 года, ежедневно в Душанбе начали прибывать тысячи эвакуированных жителей из фронтовых и прифронтовых полос СССР. Положение усугублялось тем, что в течение короткого времени сотни срединих заболели. Местные жители говорили, что это они привезли инфекцию из неблагополучных регионов, где шла война, люди голодали и болели. Для ликвидации эпидемии в Душанбе были спешно организованы круглосуточные бани, дезинфекторы и прачечные; места общественного пользования обрабатывались, людей в буквальном смысле проверяли на вшивость, а больных с лихорадкой и температурой — изолировали[9]. Проводились масштабные противомалярийные работы. Этим занимались сотрудники  Сталинабадского института малярии и медицинской паразитологии. Они ежедневно разъезжали по районам и собственными силами проводили обследование и ликвидацию малярийных вспышек. Самые распространенные болезни в годы войны были дизентерия, малярия, грипп, тиф, туберкулез. Даже в самых отдаленных уголках республики были проведены профилактические работы.Например, в результате противоэпидемических и санитарно-гигиенических мероприятий по Кулябской области в 1945 г., количество заболеваний сыпным тифом уменьшилось по сравнению с 1944 г. в 2 раза[12]. В целом, даже в суровых условиях войны удалось сдержать распространение массовых эпидемических заболеваний

Привычки. В годы войны многие расстались со своими привычками, а другие приобрели их. До начала войны мужское население в основном было занято устройством своего хозяйства, обеспечением своей семьи. Война изменила взгляды человека, их внутренний мир и психологию. С другой стороны, в городах с прибытием беженцев, эвакуированных произошла некая социально-культурная трансформация в жизни местного населения. Если до войны в селах мужчины в основном курили нос, в городах, сигарету, махорку, то с началом войны часть мужского населения тяготела к алкоголю. Но их на селе было немного. Спиртными напитками увлекались в основном в городах. Из-за нехватки спиртных напитков некоторые варили дома самогон.

По сравнению с городами в селах, особенно в конце зимы и начале весны обострялась кража в основном продуктов питания, а иногда и имущества населения. Воровали пшеницу, другие продукты, но больше всего домашний скот. В городах, в основном охотились на продкарточки. Были случаи ограбления складов продовольствия.

Все это, конечно фрагментарная история повседневной жизни таджикистанцев. На самом деле в годы войны произошли серьезные изменения в жизни всех слоев населения. Не хватало еды, продуктов, одежды, обуви. Дети и старики недоедали. Большую часть выращенного собственными руками урожая колхозники отправляли на фронт. А сами голодали. Война коснулась каждого, каждой семьи. Оставаясь в тылу все – женщины, дети, старики, молодежь  внесли в эту Великую победу свою лепту. Каждый из них старался в своей  повседневной  жизни  трудиться по максимуму, помочь выживать своей семьи, близким и родным, эвакуированным и вместе приближать час победы.

Библиографический список:

1. Болшевики Кургонтеппа. 8 марта 1941 г.
2. Большевики Кургонтеппа. 21.01.1942.
3. Из беседы с К.Назыровым, председателем колхоза Ижтимои Кабодиенского района (1920 г.р.)
4. ГАНИ РТ. – Ф.3. – Оп.93. – Д. 41. – Л. 91.
5. ГАНИ РТ. – Ф.3. – Оп.93. – Д.41. Л.32-33.
6. ГАСО Республики Таджикистан. – Ф.20. – Оп.2. – Д.200. – Л.110.
7. Коммунист Таджикистана. – 1944. 16 июня
8. Коммунист Таджикистана. 1941. 4 июля
9. Коммунист Таджикистана, 1942. 21 февраля
10. Кринко Е.Ф. Карточная система и регламентация потребления советских граждан в 1941–1945 гг. //Сумськийісторико-архівний журнал. 2012. № XVI-XVII. С. 150.
11. Народное хозяйство Таджикской ССР. – Душанбе, 1957. – С.221.
12. КФГАРТ.-Ф7. -Оп. 1. -Д.87. -Л.139, 140
13. Народное хозяйство Таджикской ССР. – Душанбе, 1957. – С.225
14. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 7 апреля 1942
15. Стахановец. - 1942. 13 сент.
16. ЦГА РТ. – Оп.11. – Д. 62. – Л. 92-94.
17. ЦГА РТ. – Ф.279. – Оп.14. – Д.6. – Л.115-116; Кизил Тожикистон. – 1943. 7 сент.




Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх