Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
Международный научно-исследовательский журнал публикации ВАК
Научные направления
Поделиться:
Срочные публикации в журналах ВАК и зарубежных журналах Скопус (SCOPUS)!




Статья опубликована в №1 (сентябрь) 2013
Разделы: Религиоведение
Размещена 20.09.2013.

РЕЛИГИОЗНЫЙ ОПЫТ КАК ИНТЕРПРЕТАЦИЯ В РЕЛИГИОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ (НА ПРИМЕРЕ КОНЦЕПУАЛЬНОЙ ПОЗИЦИИ А. МЕНЯ)

Копылов Олег Владимирович

соискатель

Пермский филиал МЭСИ

преподаватель

Аннотация:
Современное религиоведение не может быть конфессионально или аксиологически ориентировано. Одновременно с вышесказанным утверждением следует заметить, что религиоведческие исследования не должны превращаться в «единообразно-ортодоксальное религиоведение», где изучение такого разнообразного и специфичного предмета, как религия, может быть отдано на откуп, либо верующим, либо материалистично ориентированным ученым. Направленность религиоведов на объективность и эмпиризм в исследованиях предполагает с одной стороны ориентированность на равенство мировоззрений в ценностном и гносеологическом отношениях, с другой – «вживание» и определенную долю эмпатии по отношению к изучаемым религиозным феноменам. На примере концептуальной позиции российского мыслителя, религиоведа и богослова А. Меня в статье рассматривается позиция интерпретации религиозного опыта в научно-религиоведческих исследованиях.


Abstract:
Modern religion can not be religiously or axiologically oriented. Simultaneously with the above statement should be noted that studies religious studies should not become a "uniform-orthodox religious studies", where the study of such diverse and specific subject, like religion, can be farmed out, or a believer, or materialistically oriented scientist. The focus of religious studies at the objectivity and empiricism in research involves on the one hand the focus on equality of values ​​and worldviews in the epistemological relationship with another - "getting used" and a certain amount of empathy towards religious phenomena under study. On the example of the conceptual position of the Russian philosopher, theologian and religious studies A. I was in the position paper considers the interpretation of religious experience in the scientific and Religious studies.


Ключевые слова:
религиозный опыт, интерпретация, религиоведение, А. Мень, методология исследования

Keywords:
religious experience, interpretation, religious, A. Men, research methodology


Современное религиоведение не может быть конфессионально или аксиологически ориентировано. Одновременно с вышесказанным утверждением следует заметить, что религиоведческие исследования не должны превращаться в «единообразно-ортодоксальное религиоведение»[1], где изучение такого разнообразного и специфичного предмета, как религия, может быть отдано на откуп, либо верующим, либо материалистично ориентированным ученым.  Направленность религиоведов на объективность и эмпиризм в исследованиях предполагает с одной стороны ориентированность на равенство мировоззрений в ценностном и гносеологическом отношениях, с другой – «вживание» и определенную долю эмпатии по отношению к изучаемым религиозным феноменам.

Но именно такая противоречивость в религиоведческих исследованиях порождает парадокс мировоззренческой интерпретации. Все дело в том, что под ориентированностью на равенство мировоззренческих позиций предполагает не просто абстрагирование от своих аксиологических   предпочтений. В действительности равенство мировоззренческих позиций предполагает нивелирование (уравнивание, уничтожение различия) любых этических предпочтений, при непосредственном сохранении моральных норм, которые и порождают такое отношение.

Такая аксиологическая дилемма в исследованиях затрагивающих мировоззренческие феномены свойственна любой форме миропонимания. Но, если формы миропонимания, возникшие благодаря развитию свободомыслия и  в основе которых находится достаточно свободное аксиологическое поле, могут минимизировать эту дилемму, то религиозные формы миропонимания остро и болезненно реагируют на аксиологическую дилемму в исследовательской деятельности.

Еще основатели современного религиоведения ставили вопрос соотнесения объективного и аксиологического контекста между собой. В своей первой лекции 19 февраля 1870 году, М. Мюллер говорил: «Подлинное почтение к предмету, каким бы священным, каким бы дорогим для нас он ни был, проявляется в подходе к нему с полным уважением; без страха и без предубеждения; безусловно, с нежностью и любовью, но прежде всего с неуклонным и бескомпромиссным стремлением к истине (выделено мной – О.К.)»[2]. При этом являясь верующими людьми основатели религиоведения старались найти такие формы интерпретации полученных эмпирических данных, который не противоречили бы тому религиозному  Абсолюту, на который они ориентировались  в своих этических предпочтениях. В той же самой лекции, чуть дальше М.Мюллер утверждает: «По моему скромному мнению, она (наука о религии- О.К.) не ведет к утрате того, что является существенным для истиной религии, и, если мы честно взвесим все «за» и «против», выигрыш будет неизмеримо больше, чем потери»[3].

Вроде бы методологические основы науки о религии указаны и сформированы в начале ее возникновения, но после 20 века, время интенсивного развития этой научной области, снова требуется определять границы религиоведения и проводить демаркационную линию между наукой и смежными ненаучными областями познания[4]. Особенно эта тема актуальна для религиоведения на территории постсоветского пространства, где долгое время главенствовал идеологический диктат ориентированный на воинствующий атеизм, а после падения Советского Союза, наметилась тенденция клерикализации различных сфер социума, в том числе религиоведения[5]. Поэтому так важно рассмотрение концептуальных позиций исследователей, которые являясь ярким представителем какой-либо религиозной или светской системы старались не противоречить научной истине,  не выходя за рамки научного объективизма интерпретировать полученные данные в соответствии с Абсолютом своего миропонимания.

Одним из таких исследователей можно считать священника Русской православной церкви, протоиерея  Александра Меня.

Александр Вольфович (Владимирович) Мень (1935-1990), отечественный богослов, религиовед и философ. Его труды, мысли и просветительная деятельность внесли заметный вклад в российскую культуру. Долгое время он считался в советской стране «неудобным» мыслителем. Официальная научно-академическая элита из-за идеологического контроля сверху не признавала и профессионально не реагировала на социальные и религиоведческие концепции А.Меня. А близкие ему по мировоззрению и духовному служению православно-богословские круги из-за засилья консерваторов и фундаменталистов[6] воспринимали его теологические построения как модернизм, который в их глазах выглядел ересью. Но даже в таких неблагоприятных условиях этот подвижник-пастырь смог периодически вести  теоретические  исследования, частично публиковать их за рубежом (обычно анонимно, под псевдонимом)  и активно влиять на обширный круг отечественных  диссидентствующих интеллигентов.

В своих трудах А. Мень рассматривает и критически переосмысливает обширный круг актуальных проблем социального бытия,  культурных традиций и взаимоотношений на уровне общества, социальных групп и личности.  В разрез ортодоксальному провиденциализму А. Мень принимает тезис о решающей роли культуры в  жизнедеятельности общества и настаивает на том, что именно ее освоение и формирует «настоящего человека». Не последнее место в трудах А. Меня занимают вопросы толерантного отношения к инаковерующим людям.

Именно толерантное отношение, которое в свете рациональных размышлений также видится противоречивым, позволило А. Меню исследовать и интерпретировать эмпирические данные, не противореча своим внутренним убеждениям. В своем «Кредо» А. Мень утверждает, что благодаря своей вере он открыт «всему ценному, что содержится в христианских исповеданиях и нехристианских верованиях», а сама вера исходит из догматических и канонических предписаний вселенского православия[7].

Основная религиоведческая проблематика работ А. Меня направлена на исследование существования религиозных верований в динамике исторического процесса. Этой историко-религиоведческой проблеме посвящена его 7-томная серия «История религий: В поисках Пути, Истины, Жизни», где  А. Мень смог показать все богатство других религиозно-философских традиций исходя из миропонимания православного человека. В историко-религиоведческой серии Мень проявив себя по-настоящему толерантным человеком, не принижая и не унижая другие верования, попытался раскрыть глубину таких религиозно-мировоззренческих традиций, - как восточный и западный политеизм (индуизм, египетская, греческая и римская религии и др.), иудаизм, даосизм,  буддизм, атеизм. А. Мень затронул и проанализировал  философские доктрины Древнего мира: конфуцианство, пифагорейство, платонизм и др. Понимая  историческую эпоху, в которой работал и творил российский, религиозный мыслитель и религиовед, а также мировоззрение самого Меня, следует отметить, что отмеченная выше толерантность это не просто требование времени и идеологии, а именно глубокая рефлексия, которая указывает на миропонимание этого пытливого  мыслителя.

Особо стоит отметить «Библиологический словарь» А. Меня.  Который на  фоне других апологетических работ этой тематики можно с уверенностью назвать религиоведческим исследованием[8], где собраны не только узкоконфессиональные богословские взгляды на Библию, но и попытка предоставить читателю весь спектр воззрений на эту книгу, начиная от Отцов Церкви и евангелистов, заканчивая, трактовками новых религиозных движений и светскими исследованиями. Кроме предоставленного широкого спектра трактовок понимания Библии в «Библиологическом словаре» этот словарь содержит в себе уроки веротерпимости. В таких актуальных на сегодняшний день статьях, как  «Аввакум Петров, протопоп», «Мифологическая теория происхождения христианства», «Бёме Я.», «Иеговистская экзегеза», «Социальные интерпретации Библии», «Мунистская интерпретация Библии», «Неоведантистский подход к Библии» и во многих других, представлены иные религиозно-мировоззренческие взгляды и толкования библейских текстов. Во всех статьях в первую очередь прослеживается попытка понять иную точку зрения, указать на ее основные принципы и основания и только потом, в большинстве случаев в конце статьи идет указание, что данное миропонимание не может быть принято православием.

Заключая выше сказанное можно обозначить один важнейший принцип позволяющий отнести исследователя, который изучает и рассматривает иное верование или миропонимание, через призму своей мировоззренческой интерпретации, к религиоведу, а его работы к религиоведческим исследованиям –  толерантность. На этот принцип обязан опираться любой религиовед в своих исследованиях в ином случае исследователь начинает маскировать свои абсолютные ценности в форму объективных истин, превращая науку в апологетику своего мировидения. Поэтому опираясь на слова А. Меня можно сказать, что верующий ученый, должен быть открытым «ко всем проблемам мира, полагая, что любая из них может быть оценена и  осмыслена в свете веры»  понимая, «что зараженность той или иной сферы грехом не может быть поводом для ее отвержения»[9].

 


[1] Писманик М.Г. Религиоведческие размышления.//Религиоведение. 2006.  №3. С. 190

[2] Мюллер М. Введение в науку о религии./Религиоведение. Хрестоматия/Пер. с англ., нем., фр. Сост. и общ. ред. А.Н.Красникова.- М.; «Книжный дом «Университет», 2000. С. 19

[3] Там же. С. 20

[4] Тема демаркации религиоведения и религиозных видов познания затронута в ряде исследований отечественных и зарубежных религиоведов: Красников А.Н. Тенденции современного религиоведения//Религиоведение. 2001, №1. С.5-9;  Границы науки. - М.; ИФРАН, 2000; Брук Дж. Х. Наука и религия: Историческая перспектива/Пер. с англ. (Серия «Богословие и наука»). – М.: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2004; Красников А.Н. Методология классического религиоведения. – Благовещенск: Библиотека журнала «Религиоведение», 2004; Писманик М.Г. Религиоведческие размышления.//Религиоведение. 2006.  №3. С. 189-199; Проблема демаркации науки и теологии: современный взгляд/Рос. акад. наук, Ин-т философии, Рос. гос. гуманитар. ун-т; Отв. ред. И.Т. Красавин и др. - М.; ИФРАН, 2008 и др.

[5] См. материалы Всероссийской конференции «Секуляризм и религиозная свобода: противостояние или партнерство», на сайте «Общероссийской общественной организации содействия защите свободы совести ‘’МАРС (Международная ассоциация религиозной свободы)’’»: URL: http://www.svobodasovesti.org/index.php?option=com_content&view=category&id=117&Itemid=800 (29.01.2013). Режим доступа: свободный.

[6] Однако признаем, что особый крен Русской православной церкви в сторону фундаментализма в советский этап своего существования, в определенной мере способствовал сохранению того наследия, которое русское православие выработало за предыдущие века своего развития.

[7] Мень А., протоиерей Трудный путь к диалогу. – М.: Фонд имени Александра Меня, 2001. С.447-453

[8] Мень А., протоиерей Библиологический словарь. В 3 т. – М.; Фонд имени Александра Меня, 2002 – словарь является одной из последних работ А. Меня, которую он окончательно закончил в к. 80-х годах 20 века, но продолжал править до момента своей трагической гибели в 1990 году. Эта работа в середине 80-х, была представлена в качестве докторской диссертация по богословию в Ленинградской духовной академии. Отказ ученого совета Академии был аргументирован достаточно своеобразно - ученый совет ЛДА заявил, что в истории академии ещё не было прецедента, чтобы степень доктора богословия присуждалась за словарь.

[9] Мень А., протоиерей Трудный путь к диалогу. – М.: Фонд имени Александра Меня, 2001. С.447-453

Библиографический список:

1. Мень А., протоиерей Библиологический словарь. В 3 т. – М.; Фонд имени Александра Меня, 2002
2. Мень А. В. История религии: В поисках Пути, Истины и Жизни. В 7 т. Т. 5: Вестники Царства Божия: Библейские пророки от Амоса до Реставрации (VIII-IV вв. до н.э.). — М.: СП «Слово», 1992.
3. Мень А. В. История религии: В поисках Пути, Истины и Жизни. В 7 т. Т. 6: На пороге Нового Завета: От эпохи Александра Македонского до проповеди Иоанна Крестителя.— М.: СП «Слово», 1993.
4. Мень А. Магизм и единобожие. – М.; Изд-во Эксмо, 2004.
5. Мень А. В. История религии. В 2-х кн. Кн. 2-я: Пути христианства: Учеб. пособие. — М.: Издательская группа «ФОРУМ-ИНФРА-М», 1997.
6. Мень А., протоиерей Трудный путь к диалогу. – М.: Фонд имени Александра Меня, 2001.
7. Мень А. У врат молчания. М.; Изд-во Эксмо, 2005.
8. Писманик М.Г. Религиоведческие размышления.//Религиоведение. 2006. №3.С. 189-199
9. Религиоведение. Хрестоматия/Пер. с англ., нем., фр. Сост. и общ. ред. А.Н.Красникова.- М.; «Книжный дом «Университет», 2000.




Рецензии:

4.12.2015, 14:37 Назаров Равшан Ринатович
Рецензия: Статья написана на интересную, актуальную, но весьма сложную тему. И хотя она дана в разделе "Религиоведение", однако в ней есть аспекты чисто философские (имеется в виду светско-философские, поскольку существуют аспекты и религиозно-философские), безусловно - этические, теологические, исторические, то есть статья носит междисциплинарный характер. Не все аспекты автор охарактеризовал одинаково ровно, но в целом с поставленными задачами справился. статья может быть рекомендована.



Комментарии пользователей:

Оставить комментарий


 
 

Вверх