Публикация научных статей.
Вход на сайт
E-mail:
Пароль:
Запомнить
Регистрация/
Забыли пароль?
https://wos-scopus.com
Научные направления
Поделиться:
Статья опубликована в №4 (декабрь) 2013
Разделы: Лингвистика, Философия
Размещена 30.12.2013. Последняя правка: 11.01.2014.

Ценность японской письменности как особенности национального мышления

Гончарова Алина Алексеевна

Сергиево-Посадский гуманитарный институт

аспирантка

Аннотация:
В данной статье были проанализированы дискуссии на тему возможной отмены иероглифического письма и доказана ценность иероглифики как неотъемлемого элемента национальной культуры Японии культуры и тем самым выявлено отсутствие необходимости реформирования письменности страны.


Abstract:
There is the analysis of discussions about eventual hieroglyphic written language’s abolishment in this article. It proves hieroglyphics’ value as essential element of Japanese national culture and in that way discovers the absence of need to reform the written language of the country.


Ключевые слова:
мышление, менталитет, японский язык, письменность, иероглифы, восприятие, межнациональная коммуникация

Keywords:
thinking, mentality, Japanese language, written language, hieroglyphs, perception, interethnic communication



УДК 1:81-26

Японский язык хранит в себе следы многовековой изоляции Японии. Многочисленные исследования показали, что в этом заключается одна из фундаментальных причин его уникальности. Но с преодолением изоляции Япония стала значимой фигурой на мировой арене, и некоторые современные исследователи сходятся во мнении, что иероглифическое письмо дальнейшее развитие страны замедляет.

Интернационализация, по мнению социолингвиста профессора Кацухико Танаки, не может ограничиться высшим классом: японский язык давно изучают широкие слои населения, а современный человек не может тратить все свое время на изучение одних лишь  иероглифов, так как ему требуется множество других знаний. С распространением подобных настроений в обществе возникла идея об отказе от иероглифики и переходе на латиницу или, как минимум, на слоговую азбуку кану [8].

Диалог на тему целесообразности отказа от иероглифов продолжается не одно десятилетие, однако Япония от исконной формы письменности до сих пор не избавилась. Устойчивость ее системы письма обусловлена наличием в языке большого числа слов, понятных только в иероглифической записи, богатством выразительных возможностей иероглифики, а также рядом культурных факторов [4].

Актуальность данной работы состоит в том, что до настоящего времени не разрешена дилемма: пожертвовать уникальной в своем роде письменностью ради интеграции в мировые процессы или же сохранить язык в былом виде, отражающем национальные особенности. Исходя из этого, была поставлена цель – проанализировать ценность японской письменности как особенности национального мышления, оценить возможность сохранения иероглифики на фоне усиления взаимодействия Японии с другими странами и изыскать пути разрешения проблемы межнациональной коммуникации в данном аспекте.

Японское письмо обладает редкой особенностью – наличием двух сосуществующих алфавитов. В этой смешанной письменности сочетаются иероглифы кандзи, обозначающие понятия, которые были заимствованы из китайского письма, и знаки двух японских азбук — хираганы и катаканы (именуемые общим названием «кана»), передающие звучание вне зависимости от смысла[1].

В культуре и психологии каждого народа есть черты, составляющие его индивидуальное этническое своеобразие, и есть черты, объединяющие этот народ с другими народами или группами народов. Народный менталитет складывается из взаимодействия всех этих компонентов, причем этническая индивидуальность определяется и особенностями народа как такового, и уникальностью самого соединения индивидуальных и групповых черт [6]. Одним из главных факторов, характеризующих культурно-психологическое своеобразие народа, является язык, в том числе – его письменность. В исследовании данной проблематики механизмы восприятия иероглифического письма становится одним из центральных вопросов.

С изобразительной точки зрения иероглифы являются рисунками, изображениями предметов или явлений, которые они обозначают, и как бы далеко ни ушло начертание современных иероглифов от изображения реальных предметов, они фактически остаются рисунками, а, следовательно, их опознание должно входить в сферу деятельности правого полушария [7]. Любой японский иероглиф содержит в себе и значение, и произношение, следовательно, в процессе его восприятия задействованы оба полушария. Занятия японской каллиграфией способствуют интенсификации деятельности правого полушария мозга, поэтому ряд ученых считает подобную деятельность эффективным средством для сбалансирования работы обоих полушарий [9].

С точки зрения ряда социолингвистов, придерживающихся националистических воззрений, механизм мышления японцев коренным образом отличается от мышления любых других наций. Профессор Таданобу Цунода утверждал, что все прочие народы мира воспринимают гласные и согласные звуки исключительно левым полушарием мозга, которое отвечает за логическое мышление. Японцы же воспринимают правым полушарием только согласные звуки, а при переработке гласных и неязыковых звуков у них доминирует правое полушарие, ответственное за эмоционально-интуитивное мышление. Исходя из изложенного, большинство людей не в состоянии продвинуться дальше границ логики, тогда как японец способен воспринимать мир еще и интуитивно [1].

Нейрофизиология подтверждает, что зрительно-пространственное восприятие иероглифов действительно осуществляется правой половиной мозга. Об этом свидетельствуют наблюдения за японцами, перенесшими инсульт: при локализации очага поражения в левом полушарии больные теряли способность читать слова, написанные на кане, символы которой соответствуют звукам. Она в большей степени сходна с алфавитами, привычными европейцам. Однако наблюдаемые больные по-прежнему продолжали читать иероглифические тексты, что доказывает связь восприятия кандзи с работой правого полушария [2].

Проанализировав вышесказанное, мы приходим к выводу, что восприятие речи японцем принципиально отличается: в нем сочетается работа как правого полушария при обработке кандзи, так и левого – при понимании каны. Когда иностранец начинает изучать японский (или любой другой язык, письменность которого основана на иероглифике), в первый месяц у него происходит перестройка форм мышления, поэтому увеличение сложности преподаваемого материала часто увязывается с адаптацией ученика.

Наряду с этим необходимо отметить следующее. Для жителей Японии родной язык представляет огромную ценность как неотъемлемый элемент национальной культуры и отражение этнической индивидуальности, однако в послевоенные годы в стране начался кризис языковых норм. Прогрессивные деятели того времени, в частности писатель Тэру Такакура, призывали коренным образом изменить языковую норму, приблизив ее к «языку простого народа».  Предлагалось упразднить вовсе или свести к минимуму иероглифику, а также очистить японский язык от ряда специфических нюансов [3].

В девяностые годы основным идеологом отмены иероглифики был социолингвист профессор Кацухико Танака.  Он признавал, что стремление к сохранению иероглифов было основной тенденцией в Японии пятидесятых годов. Однако теперь ситуация меняется: иероглифика серьезно затрудняет выход Японии на мировую арену. Даже недостаточное использование иены как мировой валюты он аргументирует тем, что на японских купюрах  изображены иероглифы, непонятные большинству иностранцев.  Новая мировая роль Японии, которая в области модернизации языка отстала, требует перехода на латиницу. Этот переход позволит придать японскому языку международные функции.

Директор Государственного этнографического музея Тадао Умэсао отмечает чрезвычайную сложность родного языка.  По его мнению, мировой бум в изучении японского языка скоро должен закончиться, поскольку из-за сложности иероглифики мало кому удается выучить этот язык. Система иероглифов, интересная и совершенная сама по себе, не соответствует современным потребностям. Если японец, изучающий в школе иностранный язык (например, немецкий) в течение года, способен относительно свободно читать, то немец и через пять лет после начала изучения японского языка так и не сумеет прочесть на нем ни одной книги [10].

Сущность рассмотренных выше точек зрения сводится к требованиям романизации японского языка, однако ее сторонники не смогли добиться своего до сих пор. По мнению профессора Чемберлена, исследователя Японии и ее национального менталитета, главная причина этого – преимущество японской письменной речи перед разговорной.  Письменность является самым точным и изящным орудием для передачи мысли, и отказываться от умственного оружия нации нецелесообразно.

Есть и другая, более общая причина. Идеографическое письмо обладает специфической врожденной силой, дающей ему возможность если не совсем заменять фонетическое, то, как минимум, доминировать над ним. Все страны, находящиеся под влиянием китайской образованности, служат примером этого малоизвестного факта. В Европе почти не было подобного соперничества, если не считать цифр или знаков. Именно на примере цифр Чемберлен доказывает это явление. Если сравнить, что чаще употребляется и быстрее воспринимается человеком – «триста шестьдесят пять» или «365», преимущество цифр над фонетическим языком становится очевидным. Аналогично и иероглифика более наглядно и изящно передает смысл написанного [11].

Большинство японских слов допускает несколько вариантов написания, только эти варианты в действительности не всегда равнозначны: каждому из них обычай придает свое значение и ценность. Японской орфографией правит не столько закон, сколько именно обычай, но зато обычай этот исключительно устойчив. В современном мире отношение японцев к иероглифам постоянно меняется, но все же владение иероглификой на достойном уровне по-прежнему принадлежит к числу господствующих ценностей [5].

Уместно также обратить внимание на тот факт, что через иероглифику можно проследить некоторые специфические особенности мировосприятия, присущего японскому менталитету. Пока в европейской философии ведутся споры на предмет доминирующей роли рационализма или эмпиризма, в японском мировоззрении эта проблема разрешена дуалистически – чувство и мысль едины. Для обоснования данной точки зрения следует рассмотреть, какие иероглифы используются для обозначения анализируемых понятий.  В процессе изучения японской письменности было установлено, что иероглиф 念 переводится и как «мысль», и как «чувство». Более того, он входит в состав слов «идея», «представление», «внимание», а также «вера» и «сомнение».

Проведя выборочный анализ содержательного аспекта иероглифики, мы приходим к выводу о схождении важнейших гносеологических понятий в одном идеографическом знаке. Это свидетельствует о многогранности значений и смысловой насыщенности иероглифического письма.

Опираясь на результаты предшествующих исследований и собственных теоретических поисков, можно заключить, что иероглифы – довольно противоречивый элемент японской культуры. С одной стороны, сложная письменность отпугивает иностранцев, даже тех, кто стремится познать Японию во всех ее аспектах, и тем самым препятствует налаживанию более тесных связей с представителями зарубежных стран. С другой стороны, иероглифика является умственным оружием японцев, формирует их особую форму мышления, свидетельствует о высоком уровне образования, выступает неотъемлемым элементом искусства. Имеющиеся точки зрения по данной проблематике можно свести к двум основным: одни предлагают исключить иероглифику из японского письма, другие настаивают на ее сохранении.

Япония могла бы не только успешно взаимодействовать со многими другими государствами, но и в некоторых областях являться примером для них. В частности, экономика и образование Японии качественно выделяются на мировом фоне. Однако не всегда представляется возможным международный обмен опытом, и причиной тому является не только слабая толерантность. Даже если Япония будет предельно открыта к контакту с другими странами, языковой аспект взаимоотношений ставит взаимопонимание под угрозу.

С одной стороны, освоение японского языка для иностранцев часто бывает слишком сложным. Основная проблема состоит в перестройке мышления: не все могут пройти период адаптации. С другой стороны, японская речь – довольно богатая и насыщенная, и даже если японец будет на высоком уровне владеть каким-либо международным языком (например, английским), всю полноту своих идей он передать не сможет.

Вместе с тем следует подчеркнуть, что трудности перевода не являются специфической проблемой одного языка или одного народа. Любой иностранный язык, будучи отражением специфики мышления своих носителей, имеет собственные нюансы, которые труднодоступны или вообще закрыты для понимания жителя другой страны. Люди воспринимают мир через призму родного языка, как утверждает теория лингвистической относительности. Придание какому-либо языку статуса международного отчасти эту проблему решает, но восприятие у двух иностранцев, говорящих на английском, будет нетождественным. Но в любом случае, еще ни одно государство, в какой бы степени оно не было вовлечено в процесс глобализации, от своего коренного языка не отказалось.

Наряду с этим возникает вопрос: нужно ли иностранцам вообще изучать японский язык и, в частности, иероглифику? Понимание языка всегда ведет к более глубокому осмыслению культуры страны-партнера, следовательно, для эффективного сотрудничества желательно не ограничиваться английским как универсальным для обеих сторон. Но, как уже отмечалось выше, японец через год изучения начинает относительно понимать европейский язык, а для европейца японский по-прежнему будет оставаться загадкой. Если гипотетически отказаться от использования кандзи и оставить только кану, положения иностранных партнеров будут уравновешены.

Проблема сложности японского языка является многоаспектной. С точки зрения близости лингвистика признает более простым тот язык, который принадлежит к языковой группе родного языка изучающего. С точки зрения же грамматики более сложным является тот язык, функционирование которого описывается большим числом правил: синтаксических, фонетических и прочих.

Если рассмотреть японский текст, написанный на кане, включающей 47 базовых знаков, его уже нельзя позиционировать как сложный в разрезе правил чтения. Вначале осложнить процесс изучения японского языка могут непривычный европейцу порядок слов и изменяющиеся основы годан-глаголов. Но пресловутая адаптация мышления и работа механизмов памяти эти неудобства устраняют. Романизированный японский язык исключает затруднения с фонетикой.

В завершении стоит отметить, что сами японцы не владеют навыками иероглифического письма от рождения. Первую тысячу простых кандзи они осваивают в течение шести лет обучения в начальной школе. Непосредственные носители японского языка сначала учатся говорить и понимать друг друга, а уже потом читать и писать.

Результаты проведенного в данной работе анализа позволяют сделать ряд выводов, которые представляют практическую ценность для повышения эффективности межнационального диалога. Решая поставленную проблему, можно предложить для иностранных партнеров так называемый упрощенный курс японского языка. Для базового общения и понимания изучаться будут лексика и грамматика, а учебные материалы будут представляться на катакане и хирогане или же на ромадзи.

В настоящее время уже практикуется изучение романизированного японского языка: весь материал, изучаемый на уроках, записывается латиницей. Для русских, изучающих японский язык, такую систему предлагает Наое Наганума. Начинающий изучение языка подготавливает для себя определенную базу: пополняет словарный запас, выстраивает грамматическую базу, тренируется в говорении. Впоследствии для углубления знаний можно переходить к изучению иероглифики.

Таким образом, принимая во внимание значение иероглифики как национальной ценности Японии  и возможность введения упрощенного курса изучения языка для иностранцев, мы приходим к выводу, что для реформы письменности и отказа от использования иероглифов нет оснований.

Библиографический список:

1. Алпатов В.М. Япония: язык и общество. – М.: Издательство: Муравей, 2000. – 208с.
2. Блум Ф., Лейзерсон Α., Хофстедтер Л. Мозг, разум и поведение: Пер. с англ. – М.: Мир,1988. – 248 с, ил.
3. Конрад К И. Вопросы языка и послевоенной Японии // Вестник АН СССР. 1948, №6
4. Маевский Е.В. Графическая стилистика японского языка – М.: Издательство: Муравей-Гайд, 2000. – 176 с.
5. Маевский, Е. В. Зрительный облик японского слова Текст. // Язык и культура. Новое в японской филологии / Е. В. Маевский. М.: Изд-во МГУ, 1987. – С. 49-58.
6. Мечковская Н. Б. Язык и религия: лекции по философии и истории религий. – Пособие для студентов гуманитарных вузов. – М.: Агентство "ФАИР", 1998. – 352 с.
7. Сергеев Б.Ф. Ум хорошо… М.: Молодая гвардия, 1984. – 192 с.
8. Иероглифы в современном мире [Электронный ресурс]: //Культура в жизни [сайт]. URL: http://www.culttoday.ru/cultstorys-207-3.html (дата обращения 21.06.2013)
9. История квадратных китайских иероглифов [Электронный ресурс]: //Загадки истории мира [сайт]. URL: http://pupilby.net/misterios/3015-istoriya-kvadratnyh-kitayskih-eroglifov.html (дата обращения 22.06.2013)
10. Новые дискуссии о будущем японской письменности [Электронный ресурс] //Ichiban – Япония, японский язык и японская культура [сайт]. URL: http://www.ichiban.narod.ru/books/LaS/13.html (дата обращения 23.06.2013)
11. Чемберлен Б. Things Japanese [Электронный ресурс] //Восточная культура [сайт]. URL: http://www.hi-braa.spb.ru/nihhon/writing/writing.php?xy=12 (дата обращения 22.06.2013)




Рецензии:

6.01.2014, 14:53 Кузнецова Ирина Павловна
Рецензия: Рекомендую к печати, так как статья отвечает всем требованиям. Автору советую внимательно прочитать некоторые предложения, например, " Следовательно....японец и способен..." убрать лишнее "и". В списке литературы №2. в конце 248 с,ил. Что такое "ил"? Будьте внимательны. Успехов!

07.01.2014 15:15 Ответ на рецензию автора Гончарова Алина Алексеевна:
Благодарю за рецензию! Рекомендации учла, недочеты исправила. А "ил" означает "иллюстрированная", в таком виде ссылка приведена в самой книге

7.01.2014, 14:05 Крапивкина Ольга Александровна
Рецензия: Статья интересна и актуальна, однако ее можно скорее квалифицировать как науно-популярную, что, в частности, подтверждают такие клише, как "наукой доказано ..." и т.п. В работе также присутствуют некоторые стилистические и пунктуационные ошибки. Статья может быть рекомендована к публикации после доработки.
09.01.2014 14:14 Ответ на рецензию автора Гончарова Алина Алексеевна:
Благодарю за рецензию! Доработала статью с учетом Ваших рекомендаций. В дальнейшем буду больше внимания уделять стилю изложения

11.01.2014, 11:43 Егорова Олеся Ивановна
Рецензия: Представленная статья несомненно вызывает интерес, ее тематика весьма актуальна, но, на мой взгляд, статье не хватает "научности". Даже после заявленной автором правки текста, она продолжает иметь характер научно-популярной статьи или эссе ("Возможно, в субъективном рассмотрении, ...."; "Но рассмотрим эту проблему с другой стороны: ..."; "Хотелось бы также отметить, что именно через иероглифы можно познать всю глубину и загадочность японского мировосприятия."). Интересно, познавательно, но нет научного описания. Рекомендую автору еще уделить внимание стилю, включить в текст научные клише, релевантные синтаксические конструкции и терминологию. С учетом доработки статья может быть рекомендована к публикации.
11.01.2014 19:19 Ответ на рецензию автора Гончарова Алина Алексеевна:
Спасибо за рецензию! Ориентируясь на Ваши замечания, еще раз переработала статью, особое внимание уделила части с собственными выводами и предложениями.

13.06.2015, 22:16 Закирова Оксана Вячеславовна
Рецензия: Автор достаточно внимательно отнесся к рекомендациям рецензентов.



Комментарии пользователей:

12.01.2014, 11:00 Егорова Олеся Ивановна
Отзыв: Рекомендую к публикации.


Оставить комментарий


 
 

Вверх